Клич Айсмарка - Стюарт Хилл

Несколько огромных перепончатых тварей спикировали из черноты вечернего неба и элегантно приземлились — с таким видом, с каким благородные дамы по парадной лестнице спускаются. Аккуратно сложив огромные крылья, вампиры уселись на входе в пещеру и огляделись по сторонам. Шерсть у них была серая, как рассветное небо в дождливый день, на песьих мордах торчали большие белые клыки. Потом очертания летучих мышей поблекли и смазались, как картина под дождем, а тела поплыли, будто были сделаны из воска. Когда превращение закончилось, вампиры были уже в человеческом обличье.

— А, король Гришмак и королева Фиррина, — поздоровалась королева вампиров, поправляя красивое шелковое платье. — Мой супруг и я прибыли, чтобы испытать ваше гостеприимство… а заодно, раз уж мы здесь, подпишем ваш ненаглядный договор.

— Ваши вампирские величества всегда желанные гости в посольстве волчьего народа. Проходите и усаживайтесь поудобнее, — ответил Гришмак и повел гостей к самому большому в пещере очагу, где были расположены полукругом четыре больших валуна, призванных заменять троны.

Проводив вампиров, король вервольфов взял Фиррину за руку и усадил ее на камень подле себя. Когда все расселись, девочка с удивлением обнаружила, что они с Гришмаком получили возможность взирать на их трупные величества свысока — в самом прямом смысле. А вампирам, с их внушительным ростом, пришлось вытянуть ноги перед собой, отчего вурдалачья чета походила на старших школьников, усевшихся за малышовые парты. Королева тихо улыбнулась про себя: иногда заполучить дополнительное преимущество можно даже в строгих пределах дипломатического этикета.

Оскан занял место за спиной Фиррины, и все молча посмотрели друг на друга. Наконец король вампиров сказал:

— Итак, раз уж никто не предлагает гостям подкрепиться после долгого пути, приступим к подписанию договора.

— Я не могу предложить вам крови, — объяснил Гришмак. — А когда я спросил, не желает ли кто с вами поделиться, добровольцев что-то не нашлось.

— Кровь вервольфов разит звериным духом, — с содроганием ответила королева вампиров. — Но вот человеческая…

— …в меню отсутствует, — невозмутимо закончила Фиррина.

— Тогда приступим к делу, — тоскливо вздохнув, сказал король.

Гришмак поднял лапу, и к нему подошли пять серых вервольфов. Первый нес свернутый пергамент. Человек-волк низко поклонился царственным особам и, когда Гришмак кивком позволил ему говорить, произнес:

— Мы и мои сподвижники подробно изучили документ и нашли, что он составлен с несколькими, гм, ошибками.

— Ошибками? — скучающим тоном переспросила королева.

— Именно. Каким-то досадным образом в договор попал пункт, по которому королева Фиррина должна передать треть своих земель вашим вампирским величествам, а также ежемесячно выплачивать дань в размере двадцати юношей и двадцати девушек.

— Ой, правда? Ума не приложу, как такое могло получиться, — невинно захлопал глазами король вампиров. — Недоразумение какое-то…

— В таком случае, думаю, ваши вампирские величества не будут возражать, если мы вычеркнем этот пункт. А также тот, где королева Айсмарка признает себя вассалом Призрачных земель.

Вампиры кашлянули и скромно потупились.

— Да-да. Верно! — наконец проговорила королева в наступившей тишине. — Давайте подписывать договор, и мы вернемся в свой дворец, прочь от этой… сельской идиллии.

Гришмак щелкнул пальцами, и появился вервольф-камергер. Он нес подушечку с четырьмя кинжалами и четырьмя перьями. По примеру короля вервольфов Фиррина взяла кинжал и перо и, затаив дыхание, дождалась, пока подушечку поднесут к королям-вампирам. Те тоже взяли по кинжалу и перу и без промедления надрезали предплечье, чтобы окунуть перо в свежую кровь.

Тогда серый вервольф поднес им документ, и их вампирские величества написали свои имена. Гришмак тоже надсек предплечье, хотя не так глубоко и демонстративно, как вампиры, и окунул перо в маленький надрез. Он написал свое имя на договоре и с улыбкой повернулся к Фиррине. Та глубоко вздохнула, собралась с силами и чиркнула кинжалом по руке. Лезвие было острым, и кровь побежала легко, так что девочка быстро добавила свое имя к остальным трем. В полумраке пещеры кровь показалась ей черной, и Фиррина внутренне содрогнулась, глядя, как блестящая густая жидкость медленно впитывается в пергамент.

Гришмак вдруг вскочил, запрокинул голову и издал дикий вой, от которого у людей кровь застыла в жилах. Все остальные звуки просто утонули в этом вое. Затем раздался низкий гортанный рык короля вервольфов:

— Да будут нам свидетелями все боги и богини земли и неба, все духи крови и смерти, все хранители клятв! И пусть любому, кто нарушит эту клятву, будь он смертный или бессмертный, вампир, вервольф или человек, не станет места на лице матери-земли! И да будет он до скончания веков страдать под палящим солнцем, лишенный кожи! — Он обратил налитые кровью глаза на вампиров. — И пусть ждут его чеснок, острый кол и очистительное пламя!

Король и королева вампиров повскакали с мест и зашипели, обнажив острые клыки:

— Ну, это уж чересчур, Гришмак!

— Может быть, — согласился вервольф прежним спокойным тоном. — Но теперь мы связаны клятвой, и даже вы не осмелитесь нарушить договор.

Вампиры снова зашипели и зашагали к выходу. Там они и их придворные обернулись в гигантских летучих мышей и улетели прочь, злобно пища.

— Что ж, мы отлично справились, — бодро сказал Гришмак. — Кто-нибудь еще есть хочет?