Торг с мертвецами, часть 2 - Алекс Хай

— А если он что-нибудь придумает? Вырвется? — не унимались собравшиеся.

— Давайте сначала его схватим, — отрезала Артанна. — Итак, я прошу вас, всех тех, кто хочет спасти своих близких или отомстить за убитых, выйти на улицу и посеять смуту. Кричите, поднимайте людей, жгите факелы, и пусть начнётся хаос. Делайте это одновременно, собираясь в единую толпу ближе к дворцовой площади и месту казни — так меньше шансов, что вас разъединят и схватят. Мы же с войсками мятежных Домов подготовим удар на Валг дун Шано. Ваши действия отвлекут Данша, и нам будет проще штурмовать дворец.

— А если не получится? — спросил Сош. — Если люди не пойдут?

— Пойдут, — заверила Айша. — Вы же здесь. А помимо вас есть множество людей, недовольных тем, что творит правитель. Не бойтесь ничего. С вами будут другие, верные нашему делу горожане. Вас будет много. И к вам присоединятся. К большой толпе всегда примыкают, вот увидите.

— До рассвета несколько часов. Казнь в полдень, — напомнил Сош.

— Не начинайте до рассвета, — предостерегла Артанна. — Иначе Данш изменит планы, а нам нужно, чтобы он притащил узников на площадь. У вас будет несколько часов. Этого хватит.

Сош кивнул. Сотница заметила, что люди жались к нему как к защитнику. Возможно, лидер. Следовало дать ему возможность проявить себя.

— Сош, — обратилась Артанна публично. — Ты отлично соображаешь. Я рассчитываю на твою помощь.

Ваграниец кивнул:

— Сделаю, что потребуется.

Люди начали расходиться. Вскоре в зале не осталось никого, кроме Артанны.

— Нужно уходить, — сказала Айша. — Нельзя подолгу оставаться на одном месте. Я присмотрела хорошую комнату в гостинице, что выходит окнами прямо на площадь. Всё уже улажено. Осталось лишь ждать.

— Пойдём. — Артанна залпом допила остатки эля и шагнула к двери. — Игра началась.

* * *

— Выглядишь разбитой, — Айша с сомнением взглянула на Артанну. — Ты точно в порядке?

— Чувствую себя много хуже, чем выгляжу, — ответила Сотница. — Но справлюсь.

Она не спала уже сутки. За всё это время присесть удавалась только в седло — всю ночь она разъезжала по кварталам Райта-Толла, общаясь с горожанами и скрываясь от погони.

— Здесь можно хоть ненадолго выдохнуть. — Айша обвела рукой комнату, ставшую их временным пристанищем. Они спрятались в одной из комнат трактира, который держал старый должник вагранийки. — Быстро не найдут. Используй это время, чтобы перевести дух.

— Ага.

Артанна привалилась спиной к сырой стене и чуть отодвинула занавеску. Отсюда в первых лучах восходящего солнца хорошо просматривалась рыночная площадь — место, к которому потихоньку стекались люди. Всю прошлую ночь город спал нервным поверхностным сном, точно лихорадочный больной. В иных домах свет не угасал даже в поздний час. Значит, шалость удалась.

— Выпей это, — Айша протянула Сотнице чашу с дымящимся отваром. — На вкус дрянь, сразу предупреждаю, но придаст сил и бодрости до вечера.

— Спасибо. — Артанна пригубила напиток и поморщилась. — И правда мерзкое пойло.

— Тебе нужно отдохнуть. Не можешь спать, так просто посиди с закрытыми глазами. А отвар я остужу и налью с собой. Чувствую, ещё пригодится.

— Ага.

До казни оставалась всего несколько часов, но город уже бурлил и роптал — тихо, ещё пока слабо ощутимо, но в воздухе уже витала тревога.

— Что чувствуешь? — спросила Айша. — Каково это — знать, что ведёшь за собой людей?

— Страшно, — отозвалась Артанна.

— За эннийца не бойся. Его отобьют.

— Я боюсь не столько за него, сколько за то, что мы не сможем взять Валг дун Шано. Войск у Данша много, а бунтовщики скверно подготовлены. Даже если удастся отпереть ворота, шансов мало.

Целительница лишь пожала плечами.

— Помни, эти люди давно недовольны, а многие из них пойдут мстить или спасать своих близких. Их ничто не остановит.

— Хотелось бы верить.

Артанна залпом допила чуть остывший отвар и проверила оружие. Хотя она чувствовала себя выжатой, сна не было ни в одном глазу.

— Мы подняли толпу, которой невозможно управлять, — поделилась опасениями она. — Кто знает, куда она устремится, разрушив эшафот?

— Твоя задача — сделать так, чтобы они пошли на дворец, — ответила Айша. — Я не лидер и не лицо восстания, я для них просто избалованная красотка, удачно вышедшая замуж. А за Артанной нар Толл они пойдут. Вот и направь их куда следует.

Сотница печально усмехнулась. Легко было говорить. Прошли те времена, когда «Сотня» была готова спуститься за ней хоть в преисподнюю. Не было больше того отряда, тех великолепных парней со стальными нервами и золотыми сердцами. Слишком много воды утекло, слишком многое стало прахом и сохранилось лишь в воспоминаниях. А остались лишь запуганные люди да кучка знатных интриганов.

— Не могу здесь сидеть, — Артанна покинула койку, поставила стакан на стол и надёжнее закрепила оружие. — Душно.

— Ты куда?

— Выберусь на крышу. Видела удобный лаз. Хочу лучше осмотреть площадь.

— Я с тобой. — Айша сбросила тёплый плащ, оставшись в мужской одежде и завидных сапогах.

Сотница с сомнением глянула на женщину:

— А сдюжишь? Там лезть придётся.

— Ты меня недооцениваешь. В конце концов когда-то я прошла Испытание и убила горного кота.

— Ладно, — сдалась Артанна. — Беру слова назад.

Они вышли, заперли дверь, дошли до конца коридора и открыли створки единственного окна, что как раз выходило в переулок. Артанна вылезла, нашарила ногами опору, подтянулась и вскарабкалась на балку, а затем поманила Айшу.

— Только осторожнее.

— Ага.

Черепица была скользкой, и Артанна старалась передвигаться по деревянному коньку. Выходило не так ловко, как у местных мальчишек, уже оккупировавших соседние дома, но весьма достойно. Айша, к удивлению Сотницы, действительно вскарабкалась ловко, как кошка.

— А ты женщина многих талантов, я погляжу, — съязвила Артанна.

— Всё, чтобы выжить, — ответила вагранийка. — Тебе ли не знать?

Они устроились над ломаным выступом каменного фасада гостиницы. Люди уже заполнили площадь, ожидая представления. Эшафот заняли уличные музыканты, разыгрывая сценки и развлекая народ. Торговцы яблоками и орехами лавировали среди толпы, цинично зазывая покупателей и вопя похабные кричалки. Артанна поморщилась: ей никогда не нравилось наблюдать за казнями, она ненавидела выносить приговоры и убивала без удовольствия. Она задумалась, когда вообще в последний раз получила удовлетворение от убийства. Тогда, в Рантай-Толле, пару лет назад Сотница не ощутила ничего, кроме пустоты. А затем осознала, что и это сведение счетов оказалось обманом. В убийстве она давно видела лишь способ выживания, и, будь её воля, сложила бы меч. Лишь сейчас, глядя на эшафот и педантичные движения палачей, что вязали верёвки и занимались