Культивация рунного мастера - Сергей Полев

Глава 27. Одержимость в свете Луны

Да, не. Не может быть такого, чтобы он оказался рабом.

Джино наводил вечернюю уборку в библиотеке на ходу размышляя о словах Варана. Мысли о печати раба занимали все свободное время. И опасения, касающиеся печати, еще больше сподвигали изучить начертательство. Так у него по крайней мере появится способ избавиться от печати. Несмотря на то, что руны и вправду пугали, мелкий шкет наверняка издевался над ним, называя руны печатью раба. Лжи в его словах он не почувствовал. Но если человек сам не знает, что ошибается, то в его поведении не будет признаков лжи.

Верно ли он сделал, что на всякий случай сходил в бестиарий и одолжил у тамошнего работника цепи, которыми приковывали химер? Твою мать, это уже начинало смахивать на паранойю.

Что по этому поводу думает Муэрто? Джино открыл профиль практика:

Практик — Джино.

Эфирное тело:

Ступень совершенствования — Воздух

Уровень — 3

Объем сосуда — 90/90

Физическая сила — х1 (примерно равно уровню сил обычного человека)

Навыки:

1. Отличное чувство эфирной энергии

2. Отличный контроль движения и формы эфирной энергии

3. Начертания — элементарная руна «Скорость»

Техники:

1. Черный вихрь (назначение не идентифицировано)

2. Пингвин взлетает в небеса (совершенствование)

Родословные: отсутствуют

Иное:

1. Рунная печать на груди (название и назначение не идентифицировано)

Джино присвистнул, в системном профиле стало больше информации. За два уровня объем сосуда увеличился аж в девять раз. Походу при повышении уровня эфирного тела объем сосуда рос не в арифметической, а логарифмической прогрессии. Невольно по телу пробежали мурашки. Это какой же объем тогда у культиваторов на ступени звезди и суперновы. Их энергия достигала астрономических объемов. Ни хрена себе.

Далее его взгляд сместился ниже. В описании появилась рунная печать, но ее название и назначение системе определить не удалось. Хм… По этому поводу у него появилась догадка. Возможно система идентифицирует навыки и предметы, только когда их названия и назначения становятся известными самому практику. Эта теория еще больше подтверждала, что мелкий засранец ошибался. У него на самом деле не печать раба, это что-то другое.

Все это время Джино продолжал наводить уборку. В библиотечном зале оставался еще один посетитель, судя по гербу, какой-то тринадцатилетний выходец из сто седьмого дома. За порядком в библиотеке остался приглядывать лапшичный. Главный библиотекарь уже ушел домой.

Внезапно в груди начали расходиться волны тепла. Джино задрал футболку. Проклятье! Гребаная печать снова пульсирует.

— Только не говорите, что меня хватит еще один приступ, — прошептал Джино. В горле пересохло.

Нужно срочно убраться. Туда где никого нет. Пугающее желание вновь просыпалось, медленно нарастая и заполняя разум. И судя по силе этого желания убить надо было кого-то побольше чем кошка. На висках проступил пот.

Быстрее.

Отбросив тряпки в сторону, Джино сорвался в подсобку. Быстрее. Только бы успеть. Он поднял с пола прикованные к стене цепи и начал оборачивать себя ими. Желание убить еще кого-нибудь подступало. Нужно было срочно успеть обвязаться цепями, закрыть замок и подальше выкинуть ключ.

В дверь постучали.

Сердце Джино замерло. Он начал еще быстрее оборачивать тело цепями.

В дверь постучали еще раз. Уже более настойчиво.

— Джино, ты там? — раздался голос лапшичного. Он не унимался. — Джино, открывай! Я видел как ты забежал внутрь. Если сейчас не откроешь, я войду.

Прошу, Чирк, только не заходи. Желание усиливалось. Жажда крови обуревала все сильнее, а тепло в груди теперь обжигало. И это жжение исчезнет, только когда жажда крови будет утолена.

Ну же! Твою мать! Сохраняя последние крохи рассудка, Джино лихорадочно пытался вставить ключ в замок. Пот струился по лицу. Проклятый ключ все время соскальзывал, не желая попадать в скважину.

Из-за двери опять раздался голос:

— Представляешь, там один малолетка обрыгался прямо посреди зала. Не выдержал вида картинок, где химеры заживо пожирают людей. Нужно срочно убрать за ним. Вонь стоит невыноси… — лапшичный зашел внутрь и замер с отвисшей челюстью. — Джино, что ты делаешь?

— Уходи, — прорычал Джино, едва сдерживая себя.

При виде человека напор на рассудок усилился. Барьер в разуме вот-вот грозил рухнуть и отдаться всепоглощающему желанию из печати. Ну же! От нахлынувшего волнения пальцы дергались все сильнее, из-за чего навести ключ на замочную скважину становилось еще сложнее. На языке появился привкус предвкушаемой крови.

Еще чуть-чуть.

Наконец-то ключ вошел в этот чертов замок, осталось только провернуть его и застегнуть цепи.

— Друг, ты ведешь себя странно. Зачем ты обмотался цепями? — лапшичный подошел, удивленно изучая внешний вид Джино.

— Не говори, что я тебя не просил, — мертвенно ледяным голосом сказал Джино.

Ключ в его руках улетел в сторону, следом за ними цепи. С диким ревом Джино набросился на лапшичного.

Замах.

Усиленный эфиром удар влетел в живот библиотекаря. Тело лапшичного улетело на пол, по пути сшибая швабры, ведра и тряпки.

— А-а-а, зачем ты это делаешь? — лапшичный закричал от боли.

— Во имя Селун, — Джино запинывал и втаптывал в пол лапшичного, который сжался внизу, прикрывая лицо руками.

Ослепленный разум преследовал только одну мысль. Убить и сделать этого человека подношением для богини.

— Ты это из-за эликсира? Прости, но у меня не было другого выбора. А-а-а! — кричал сквозь боль лапшичный. — Мне срочно нужны были деньги, поэтому мне пришлось доложить Варану на тебя и взять у его энергетик.

— Хватит орать, сейчас ты удостоишься чести стать жертвой богине, — Джино остановился и не мигающим взором посмотрел на истекающего кровью лапшичного.

— Прости, Джино, я не знал, что энергетик может взорвать сосуд, прости меня, — сквозь слезы и сопли произнес он. Желтая лужа потекла под ним, отдавая характерным запахом.

Джино взял в руки нож с тройным лезвием и резко ударил вниз. Это был смертельный удар.

Раздался грохот и звук ударившегося об стену тела. Воздух в комнате завихрился, посреди вихря материализовался силуэт совы.

— Я убью тебя!

Сжимая в руке нож, Джино как одержимый вновь бросился на лапшичного.

Хранитель знаний взмахнул крылом, и Джино вновь отбросило к стене. Это действие повторилось еще два раза.

— Так-с, что это у нас? Никак одержимость? Интересно, — Хранитель знаний взмахнул еще раз, и тело Джино обмякло. Мутная пелена в его глазах исчезла.

— Спасибо, мудрейший, — истощенно прошептал Джино.

— Спасибо, — прошептал Чирк и на четвереньках быстро ретировался из комнаты.

— Я не хотел убивать никого, это всё печать. Если бы не вы, боюсь, чтобы сейчас случилось.

— Плевать! Птенец, ты нарушил главное правило. Тишина должна быть в библиотеке, — с горящим взглядом гаркнул Игнатиусом.

— Да, да, я виноват. Но