Задание Империи - Олег Измеров

– Есть все-таки на Брянском заводе конструкторы. – Быгов кивнул на броневагон. – Сейчас обкатывают. На стрельбах отлично себя показал.

– С этими орудиями?

– С этими. Умеем, когда захотим…

«Интересно, не он ли автор этой исторической фразы?» – подумал Виктор. Они прошли немного пешком, вошли в двухэтажное кирпичное здание и поднялись на второй этаж. В коридоре их встретил Ступин и какой-то мужик лет под сорок, в сером костюме, похожий то ли на нынешнего средней руки бизнесмена, то ли на «конкретного пацана»: крепко сложенный, с гладко выбритой головой, чуть выступающим подбородком и добродушным взглядом из-под низких бровей.

– Знакомьтесь, – сказал Виктору Ступин, – это Александр Александрович, один из специалистов, что будет рассматривать ваши предложения по танкам. Между прочим, тоже из Бежицы. А это Виктор Сергеевич, о котором я вам сейчас рассказывал. Думаю, вы найдете общий язык.

«Да я его вроде как где-то уже видел, причем в Бежице. Интересно, когда?»

– Добрый день. Еремин.

– Добрый. Морозов.

«Е-мое! Да это же тот Морозов, которого бюст у ДК БМЗ. Мировая знаменитость, создатель лучших в мире танков. Только на бюсте он постарше».

– Вы так внимательно смотрите – может, мы раньше с вами где-то встречались?

– Наверное. Бежица же не такой большой город.

– Ну давайте, проходим в кабинет. Не будем терять времени.

В кабинете Виктора встретил сорокалетний мужчина с квадратным лицом.

– Михаил Ильич.

«Все. Приплыли. Кошкин. Живая легенда. Это что же, я сейчас двум самым знаменитым нашим конструкторам буду рассказывать, как танки проектировать? Разве еще только Фердинанда Порше не хватает для полного комплекта. Ну ладно. В конце концов, Кошкин не только конструктор, но и менеджер, а его апрельское предложение чисто гусеничного танка в этой реальности зарубили в угоду инофирме, так что мы друг другу нужны. Главное – держаться уверенно».

– Знаете, придется начать с одной вещи, которая сама по себе к устройству танка не имеет отношения, но без которой современный танк невозможен. Это сварка. Сварка толстых броневых листов. Судя по имеющимся данным, это одно из самых слабых мест.

– Верно, – согласился Ступин, – трещины появлялись в массовом порядке. Отрабатывались версии саботажа и диверсионной деятельности, но, в общем, безрезультатно. Победные рапорты о выявлении шпионов и троцкистов оказались попыткой выдать желаемое за действительное.

– Шпионы здесь ни при чем.

– Вы хотите сказать, что нашли причину? – На лице штабс-ротмистра отразился самый неподдельный интерес.

– Хочу сказать, что нашел.

– Не тяните. Вы не представляете, что это значит.

– Нужны новые технологии сварки – автоматическая под слоем флюса и методом электрошлакового переплава.

– Но такой сварки нет, – удивился Кошкин.

Ступин остановил его жестом.

– Что вы можете рассказать о ней?

– Не во всех тонкостях, но что знаю…

Виктор достал схемы и изложил то, что когда-то в БИТМе им читали по металловедению.

– Негусто, – констатировал штабс-ротмистр, когда он закончил, – при практической реализации возникнет масса вопросов. Насколько эта идея опережает время?

– По переплаву – минимум лет на пятнадцать, – ответил Виктор, а про себя добавил «причем опережает СССР, где это изобрели».

– Время есть, не будем терять… – Ступин покрутил ручку телефона и вызвал неизвестного Виктору офицера в синей форме. – Сделаете копии эскизов и последней бобины – все это в самолет и незамедлительно в Киев, в институт сварки, прямо Евгению Оскаровичу, пусть разбираются. Будет просить людей – любого, кого нужно, вышлем, попросит ассигнования на лабораторию – соглашайтесь на все, им там не так уж много и надо. При вероятности один процент успеха все это принесет золотые горы. Извините, Виктор Сергеевич, что прервал. Продолжайте, пожалуйста.

– Теперь, когда вопрос изготовления бронекорпусов из толстой брони проясняется, перейдем собственно к танкам. Насколько я понял из представленных документов, одной из основных проблем является не только, да и подчас не столько, рациональный выбор конструкции танка, сколько процесс болезненного перехода от уже созданных и запущенных в производство узлов и агрегатов, на которые созданы техпроцессы и оснастка, к новым, освоение которых потребует времени. В этой связи я могу, например, понять позицию Александра Александровича, когда он, работая над модификациями танков системы Кристи, стремился к максимальной унификации узлов трансмиссии с уже освоенными производством…

Морозов едва заметно кивнул. Взаимопонимание продолжалось.

– Таким образом, для того чтобы облегчить переход на новую модель, необходимо вначале рассмотреть конструкцию танка-заменителя, который может выпускаться на автомобильных заводах и поступать в войска в то время, пока на танковых идет переоснащение производства. Среди ранее созданных конструкций была неплохая идея – танк «Ополченец» с автомобильным двигателем. К сожалению, из-за малой мощности мотора на этом танке не удалось достичь достаточного бронирования и вооружения. Поэтому предлагается поставить два мотора от грузовика «опель», доведя общую мощность до ста пятидесяти лошадиных сил…

Он развернул эскиз компоновки.

– Условно этот проект назовем «Скорпион». По предварительным прикидкам вес танка примерно десять тонн. Лобовая броня: низ – сорок пять миллиметров, верх – тридцать пять миллиметров. Двигательная установка размещена в передней части танка и служит дополнительной защитой командира танка и в части случаев водителя при пробитии брони. То есть осколки не поражают экипаж и не вызывают детонации боекомплекта.

– Но ведь бензиновый двигатель пожароопасен, – заметил Кошкин.

– Правильно. И этот недостаток мы компенсируем системой газобаллонного тушения, которая срабатывает автоматически. Вот здесь баллоны, они заполнены смесью бромистого этила и углекислоты. Огонь гасится, экипаж эвакуируется через люки в корме, не подставляя себя под огонь противника. Ну я понимаю, что дизель лучше, но где его взять?

– Ну что ж, если как временная мера, то довольно интересно…

– Место механика-водителя для обеспечения обзора также находится в носовой части. Поэтому двигатели расположены вдоль корпуса и смещены вправо. Это, конечно, вызывает вопросы с равномерностью распределения нагрузок по правым и левым каткам, ну и расположение ведущих колес переднее, что несколько повышает уязвимость. Экипаж – два человека. Механик-водитель и командир – башенный стрелок. В башне установлены пулемет и сорокапятимиллиметровая пушка от танка «Кристи», которую надо модернизировать, доведя длину ствола от сорока шести до шестидесяти восьми калибров, и это позволит пробивать пятидесятимиллиметровую броню на расстоянии до километра. Плюс зенитный пулемет Дегтярева на башне.