Капитан-командор - Дмитрий Светлов

Наконец позвали к столу. Величественно вошла Екатерина, все поклонились и начали рассаживаться.

– Алексеев, садись сюда.

Сергей вздрогнул. За что? Не нужно ему этого! Но, счастливо улыбаясь, подошел к указанному месту и с поклоном благодарности сел по левую руку царицы. Следует быть настороже и не повторить ошибок переводчиков русского языка при Черчилле. Премьер-министр выгнал одного переводчика во время обеда в Тегеране за то, что бедолага ел мясо, когда Черчилль обратился к Сталину. Несчастный был вынужден выплюнуть мясо в ладонь, но с переводом задержался. И хотя переводчик Сталина прошептал на ухо вождю фразу по-русски, Сталин продолжал ждать перевода от переводчика Черчилля… Другой переводчик лишился карьеры в Крыму. Он увлекся созерцанием красот дворца Воронцова и упустил фразу премьер-министра. На что Черчилль зло сказал: «Вы сюда приехали любоваться красотами или переводить?»…

Ужин проходил спокойно, все насыщались блюдами от поваров Екатерины. Сергей вел легкую беседу с фрейлиной императрицы Марией Ильиничной Путовой. Сидящий рядом с царицей Григорий Орлов хныкал и сюсюкал по поводу ее приказа выехать летом в действующую армию. В самом конце ужина, когда Сергей подносил к губам бокал смешанного с водой вина, он услышал:

– Алексеев!

Сергей по военной привычке автоматически встал. Екатерина, не ожидавшая такой реакции на свои слова, вздрогнула и озадаченно на него посмотрела. Затем продолжила:

– Своими научными трудами ты прославил Россию во всей Европе. Каждый университет и академия наук желает видеть тебя и услышать твои лекции.

Екатерина протянула руку, слуга подал рулончик бумаги.

– За прославление России перед всей Европой жалую тебе титул графа! По праву обширных земель и больших владений сей титул будет наследным.

Екатерина протянула Сергею титульную грамоту. Придворные озадаченно умолкли и смотрели на Екатерину. Сергей поднял свой бокал:

– Слава Екатерине Великой! Служу России! – и выпил.

Придворные последовали его примеру и, нестройно повторяя тост, выпили следом. Екатерина встала из-за стола и пошла в зал.

– Алексеев, – снова позвала императрица, – желаю видеть тебя в Петербурге. Посему велела Муравьеву отмерить тебе участок под дом у канала рядом с Казанским собором.

Сергей со словами благодарности низко поклонился, мысленно отчаянно матерясь.

– Я закажу у архитектора Растрелли трехэтажный дом, достойный твоего посещения.

Строить дом на берегу Екатерининского канала будет очень дорого. Поможет только Растрелли, «портфель заказов» которого переполнен, а это надолго задержит строительство.

– Ну-ну, – Екатерина с прищуром на него посмотрела, – слуги передадут тебе все бумаги, когда будешь уходить. Расскажи все самое интересное о своем крымском походе.

– Это был не поход, а цирк шапито.

Екатерина весело засмеялась.

– Говори, – велела она.

Сергей начал рассказывать о важных с военной точки зрения деталях своего похода. Обратил внимание на отношение казаков к земледелию. Казаки совершенно равнодушны к земле, на которой живут, их интересует только грабеж. Если добычи нет, уходят к другому атаману.

– Похожие слова пишет генерал Нащокин, – задумчиво сказала Екатерина, – в любом случае после взятия Крыма казаки с крепостями на этих землях больше не нужны.

– Казачью вольницу надо гнать, казаков с атаманами посадить на пограничную землю, чтоб и себя кормили, и свои земли защищали.

– Мои генералы советуют после взятия Азова дать казакам земли на реке Кубань.

– Здесь я не советчик.

– Я хочу в этом году подписать указ о Земельном банке и воле для казенных крестьян, это твоя идея, что присоветуешь?

– Указ надо подписывать после окончания сева, многие горячие головы захотят сразу бежать на плодородные земли, а так будут вынуждены ждать урожая.

– Ты грозил бегством рабочих с уральских казенных заводов.

– Треть убежит, но сейчас железа много выплавляют, и ущерб будет маленький.

Сергей был безразличен к данному этапу своего плана. Земель в России много, и добровольное переселение свободных крестьян приведет только к увеличению сбора зерна. Мгновенного толчка к развитию промышленности реформа не даст. Это в Европе крестьяне получили свободу, но лишились земли. Вынуждены были соглашаться на любую работу за кусок хлеба.

– Непонятный ты, граф Алексеев, знаний у тебя много не по годам.

– Можно мне поговорить с Павлом?

Екатерина снова с прищуром на него посмотрела.

– Поговори, он давно просил встречи с тобой, думаю, вреда не будет ни тебе, ни ему.

Сергей давно приметил мальчика и рассчитывал с его помощью уйти из дворца. Он знал, что здесь давно по неписаным правилам царят законы матриархата. Совсем не хотел, чтобы одна из приближенных фрейлин выбрала его на ночь. Сергей подошел к Павлу и низко поклонился:

– Добрый вечер, ваше императорское высочество.

– Ты новый фаворит матери?

– Я надеюсь через неделю покинуть Петербург.

– Почему не хочешь жить в Петербурге?

– Служить России и короне можно везде. Петербург маленький, а Россия огромная, значит, и пользы вне Петербурга можно принести больше.

– Странные слова. Все дворяне стремятся в Петербург, а не из Петербурга.

– Простая причина. В столице деньги можно получить, за ее пределами деньги надо заработать.

– Ты хочешь сказать, что в Петербурге все дворяне получают деньги безосновательно?

– Этого я не знаю, но цены в городе в десять раз выше, чем в Москве.

– Интересно, я про это никогда не слышал! Ты будешь служить мне?

– Каждый дворянин будет тебе служить, когда ты взойдешь на престол.

– Я спрашиваю про службу лично мне. На престол я взойду через четыре года, когда мне исполнится восемнадцать лет.

– Я сделаю все для твоей пользы. Кто тебе сказал про коронование в восемнадцать лет?

– Все говорят о моем праве на корону в восемнадцать лет, сейчас она просто регент.

– Я этого ни от кого не слышал, и в первую очередь не слышал от императрицы.

– Она должна отдать мне корону отца, корона моя по праву наследия.

– Борьба за корону только во вред России. Возможно, корона твоя по праву наследия, но в России слово императора выше закона.

– Ты защищаешь мать и убийцу отца!

– Уйди от эмоций к холодному разуму. Твоего отца убили не по воле матери. Он пошел один против дворян и свергнут дворянами. Свергнутый император не может быть живым.

– Если у меня будет много сторонников, я могу занять трон и править Россией!