Долина каменных трав - Владимир Прягин

Наконец ураган издох. Я дезактивировал кокон и опять проверил резерв. Тот продолжал сокращаться, но эта убыль пока укладывалась в запланированные рамки.

Я пересёк вестибюль и начал подниматься по лестнице, держа перед собой зажжённую спичку, словно миниатюрный факел. Из коридора на втором этаже выпрыгнули сразу трое с кинжалами, но воздух передо мной стал нестерпимо жарким - нападавшие отступили, отгородились дверью. Я прошёл мимо и взял новую спичку взамен сгоревшей.

На третьем этаже какой-то молодой человек попытался достать меня воздушной плетью-двухвосткой. Огонь сожрал эту плеть в секунду, а молодому человеку я сломал нос прямым крестьянским ударом.

Шагая по длинному коридору, я высасывал пламя с настенных ламп, и те гасли поочерёдно. Передо мной катился горячий вал, не давая охране выскочить мне наперерез из дверей.

В торце коридора блестела позолоченная табличка с фамилией председателя треста. Дверные створки были закрыты наглухо и заперты на замок, но я чувствовал - в кабинете горят светильники, а значит, хозяева ещё здесь. Я постучал:

- Откройте. Я всё равно войду.

Последовала долгая пауза, потом чей-то голос прошелестел:

- Хорошо, открываю. Прошу учесть - мы не сопротивлялись.

Я прошёл в кабинет с лепным потолком и мебелью из чёрного дерева. На одной стене висел поясной портрет императора, на другой - пейзажное полотно, фрегат с раздутыми парусами. На столе громоздились папки с тиснением, в камине обугливалась бумага.

Седоусого председателя с блёклым взглядом я без труда узнал по словесному описанию. Присутствовал также господин неопределённого возраста с пухлыми щёчками и потеющей лысиной, которого я сразу спросил:

- Фамилия? Должность?

- Моя?

- Да, ваша. Свою я помню.

- Кинь-Валяев, зампред правления, но...

- Вас вызовут позже. Пока свободны.

Пухлощёкий растерянно посмотрел на меня, потом на хозяина кабинета и почему-то на императора. Так и не получив подсказок, сгорбился и просеменил к выходу. Я запер за ним дверь, предъявил свой знак председателю и сказал:

- Заговор ликвидирован, ваши сообщники на острове обезврежены.

- Я понимаю, - последовал бесцветный ответ. - Цель вашего визита?

- Зачистка.

- Я не предлагаю вам взятку. Я отдаю вам своё состояние целиком, это семизначная сумма. В кратчайшие сроки вы получите всё в виде ассигнаций, золота и драгоценных камней. Взамен вы позволите мне исчезнуть.

- Это щедрое предложение, - заметил я без иронии, - но я его отклоняю.

- Что может заставить вас изменить решение?

- Боюсь, таких вариантов нет. Теперь моя очередь спрашивать. Где сейчас ваш бывший помощник, известный под кличкой Кречет?

Председатель посмотрел мне в глаза и медленно покачал головой:

- Я не могу ответить - просто не знаю. Да, Мстислав работал на меня в своё время, но с тех пор многое изменилось. Теперь он не подчиняется никому и преследует свои цели, которые мне не очень понятны.

- Тогда на этом закончим, - сказал я, чиркая спичкой.

Но она отчего-то не загорелась.

Воздух вокруг стал мёртвым и неподвижным. Он словно лишился какого-то компонента - простого, но вместе с тем неизмеримо важного. В этом воздухе больше не мог существовать ни огонь, ни ветер - и даже дыхание превратилось в бесполезную имитацию, в механический суррогат, не влияющий на мою жизнедеятельность. Чары поблёкли, утратили содержание, как буквы забытого языка. Окружающие предметы и глаза моего противника покрылись белёсым инеем, тусклой наледью.

Мои мысли тоже забуксовали. Я отрешённо следил за тем, как председатель берёт со стола, из-под груды папок, тонкий стилет и замахивается, целя мне в сердце. Разум регистрировал всё это, не видя смысла противодействовать.

Но в моём теле ещё жили рефлексы.

Я уклонился, и остриё стилета, вспоров пальто, слегка царапнуло рёбра. Мой правый кулак врезался в скулу председателя. Тот отшатнулся, но устоял на ногах - и сделал ещё один выпад своим оружием. Я отскочил к окну - дальше отступать было некуда.

Эти рефлекторные действия дали разуму верный импульс. Восприятие ещё не вернулось в норму, но я чётко и уверенно осознал, что больше не хочу пребывать в одном объёме пространства с мороженным коммерсантом. И когда тот попытался ткнуть меня стилетом в лицо, я поднырнул и, сделав захват, перебросил врага через подоконник.

Стекло разлетелось вдребезги.

Я посмотрел наружу. Хватило одного взгляда, чтобы понять - должность председателя треста стала вакантной.

ГЛАВА 9

Хозяин кабинета лежал на земле под окнами, а ко мне возвращалась способность нормально мыслить. Было ясно, что против меня сейчас применили не обычные чары, а ледяные. Значит, не обошлось без Кречета - тот, вероятно, снабдил председателя артефактом с соответствующими функциями. К примеру, перстнем, который можно активировать незаметно.

Уловки такого рода - перстни, медальоны, вживлённые мини-бляшки, татуировки - слишком разнообразны, чтобы застраховаться от них с гарантией. Риск есть всегда, особенно если имеешь дело с изобретательным и сильным противником.

Собственно, вся моя операция со стороны может показаться безрассудством и авантюрой. Я действую в одиночку и напролом, лезу прямо во вражье логово. Но в этом всё-таки есть резон, пусть и достаточно извращённый.

Чтобы не нарушить пресловутое равновесие чар в масштабах страны, первый удар по мятежникам должен быть точечным, персонифицированным, из разряда "лицом к лицу". Я наношу его, а массированный навал с облавами и кампанией в прессе начнётся позже, без моего участия.

- Открывай!

В дверь заколотили, нетерпеливо и злобно. Я решил, что пора объяснить охранникам ситуацию. Их колдовская привязка к тресту сейчас ослабла, поскольку тот обезглавлен. Значит, у меня появляется шанс уйти, не возобновляя драку.

Подобрав с пола обронённый спичечный коробок, я уставился на дверь и сосредоточился. Послышалось лёгкое потрескивание, в коридоре кто-то выругался на флотский манер. Я хорошо представлял, что видно сейчас снаружи: деревянная поверхность дымится, а на ней проступает выжженный стилизованный филин.

- Здание переходит под юрисдикцию Тайной Стражи! - громко сообщил я. - Не препятствуйте проведению мероприятий! Освободите коридоры и лестницы во избежание дальнейших эксцессов!

Я давно обратил внимание - казённо-дубовые обороты, произнесённые верным тоном, действуют почти гипнотически. Пользы от них иногда не меньше, чем от колдовских знаков и грозных бумаг с печатями.

- Минуту на исполнение! Отсчёт пошёл!

В коридоре произошла короткая приглушённая перепалка - кажется, даже с рукоприкладством. Послышались удаляющиеся шаги, на этаже захлопали двери. Потом всё стихло.