Пророчество Сингамара - Сергей Волчарин

– Эй, это был мой! – с улыбкой возмутился Пронт.

– Мясо стынет, пока вы тут убитых считаете. Еще заклепки в доспехи втыкайте после каждого убитого, как в старину.

– Только в старину дрались-то сотня на сотню, – подхватил Снатог. – Так и выходило, что за десять лет службы только тридцать заклепок. А с нынешней войной можно и нагрудник, и наголенники, и нарукавники, и даже шлем истыкать, как ежа. Когда за полгода по нескольку сотен убитых за душой выжившего.

– Ой, да ладно тебе, – отмахнулся Пронт. – Так уж и по нескольку сотен?

– А что? – Юнора с непониманием смотрела на короля, тот заговорчески покосился на Снатога, начавшего уже что-то подозревать, судя по ехидной роже.

– Уж не прибедняйся, тебе-то заклепками можно все платья в шкафу истыкать так, что между заклепками по одной ниточке пройдет. А Шкаф-то у тебя немаленький.

Пронт гоготнул, уже сев и вытащив себе прожаренную ножку.

– Ты правда будешь сейчас есть? – сдавленно поинтересовалась Юнора. Казалось, что девушка сейчас вернет то мясо, которое так самозабвенно снимала зубами с кости буквально несколько мгновений до этого.

– А что? – Тупо уставился Пронт.

– А ты бы посмотрел на себя сперва.

Пронт оглянулся на Снатога, может, тот, как мужик, сможет ему объяснить это все более логичным языком. Но тот тоже смотрел на принца со смесью брезгливости и ужаса на лице.

Постепенно понимая, что от него требуется, Пронт с опаской опустил глаза на свои ладони. И чуть не отбросил мясо в дотлевающие угли. Отчего-то он и подумать не мог, что после этой короткой резни окажется столько крови. И ладони, и локти, и плечи, и даже грудь, а судя по ужасу в глазах друзей, еще и на лице были брызги черного.

У родника, расположенного за их лагерем, Снатог, мимолетно покосившись на Пронта, внезапно спросил:

– А зачем ты их так всех?

– Ты о чем?

– Заставил напасть, перебил всех до единого. Это ж разбойники, достаточно без лишних разговоров дать в морду вожаку, как остальные расползутся обратно по кустам.

– Мне нужно было разозлить их. Именно разозлить, чтоб пена изо рта, кровь в глазах.

– Но зачем?

– Да какая разница? – вскинулся принц. – Они – орки, мы – люди, идет война… Шла. Так или иначе, все еще стоит вопрос: либо они, либо мы.

– Но они даже не поняли, кто мы, – тщетно пытался уследить за мыслью Снатог. – Это мирные, Пронт, они далеко от всего этого. Они пасут скот, живут в хлевах или землянках, или в чем там живут эти варвары.

– Настолько мирные, что вышли грабить?

– А ты наших деревенских давно встречал в их лесах? Всяк норовит дать по рогам и стащить сапоги, как трофей.

– Не важно, – голос Пронта терял уверенность, – они – орки!

– Говоришь так, словно сам хочешь верить, что они какие-то варвары или животные.

– Именно, – почти шепотом проронил Пронт, распрямляясь в полный рост.

По его шее и груди стекали струи ледяной воды, отчего он покрылся гусиной кожей. А глаза стали привычно печальные, отливающие в тени бровей странным сиреневым оттенком. Или Снатогу только показалось… Но в тех же, привычно печальных, глазах друга добавилось куда больше боли, чем можно было бы представить…

– Именно это я и пытаюсь вбить себе в голову, – продолжил Пронт. – Доказать, что они всего лишь животные, которые не в состоянии стать с нами вровень.

– Но зачем? – как ни силился, Снатог никак не мог его понять.

– Чтобы хоть как-то спать по ночам…

С этими словами Пронт двинулся к лагерю. Снатог еще миг поглядел ему в след и, вздохнув, двинулся следом.

Юнора уже по-хозяйски упаковала жареное мясо в сумки, водрузила их на грифона и с легкостью кошки вскочила в седло. Полуптица даже не шелохнулась. Волшебница победно оглядела стоявших внизу мужиков. Довольно оскалила белые зубки, видя ошалело-завистливый взгляд Снатога. Того бы Птирад уже скинул с седла за подобные выходки. Она ласково потрепала перья на загривке грифона, тот довольно щурился, словно от кошки в нем было куда больше, чем от птицы.

Пронт и Снатог, все так же голые по пояс, подхватили свои поклажи и двинулись следом за девушкой, по-королевски восседавшей на спине красавца грифона.

Двигались до заката. А затем, немного перекусив холодным мясом, стали устраиваться на ночлег. Пронт выбрал место под деревом, которые попадались все чаще. Поскольку Снатог вызвался сторожить первым, а Юнора пока не собиралась ложиться, Пронт, не теряя времени, рухнул на землю, в полете проваливаясь в сон.

Снатог с Юнорой весь вечер о чем-то щебетали. Но, спустя некоторое время после ухода Пронта, их щебетание резко прекратилось. Вместо этого, Снатог придвинулся еще ближе к Юноре, уперев свой бок в ее.

– Надо что-то делать, – еле слышно прошептал он, обнимая девушку и задирая голову вверх, мол, любуется звездами.

– Что именно?

– Не знаю, но он и впрямь сходит с ума.

– Дошло, наконец? Жаль только, сам он этого еще не замечает. Да и заметит ли?

– Не знаю.

– Вот и я не знаю, – девушка покосилась на спящего. – Но нам нужно как-то отправить его в Хот, куда бы он ни собирался сам.

– И что там?

– Там его семья, они могут вразумить его.

– Его? – Снатог, опустив голову, с горечью глянул на друга, мирно сопящего в другом конце их маленького лагеря. – Посмотри на него. Он как одержимый. Он ничего не хочет слышать. Он рвется к ней.

– Я знаю, но… Если силой?

– Как? Вести его в Хот на веревке?

– Ну… Не на веревке, – девушка немного призадумалась. – Но под стражей можно.

– Под стражей? Принца Хотин и короля нового королевства? Чтоб нас потом Товур на городские башни задницами насадил?

– Ну а что тогда? Сидишь тут, рвешь идеи в клочья! А сам-то что можешь предложить?

– Да не знаю я. Говорить с ним бесполезно, силой – нельзя. Мы ничего не можем сделать.

– Ладно, нужно хотя бы удержать его в Неоре на какое-то время. Отправить гонца, например, тебя с Птирадом, в Хот и узнать личное мнение Товура на этот счет.

– Пожалуй, – пожал свободным плечом Снатог. Другой рукой он покрепче прижал Юнору к себе. – Ты лучше поспи, а то этот фанатик нам не даст отдохнуть днем. Все торопится. Огреть бы его по кочерыжке, да жалко дурака.

– Не ворчи, – улыбнулась Юнора. Она по-сестрински чмокнула Снатога в щеку и принялась укладываться неподалеку от Пронта.