Так держать, сталкер! - Алексей Калугин

В двух футах от Морза остановился здоровенный, ярко-желтый автомобиль, высотой в полтора человеческих роста и длиной в двенадцать шагов. На боку автомобиля с шипением раскрылись двери, и из нутра его, толкаясь и переругиваясь, стали выходить люди.

Пользуясь тем, что желтый автомобиль на время перекрыл движение тем, кто ехал за ним, Морти набрал полную грудь воздуха, прижал шляпу ладонью и кинулся через дорогу. По встречной полосе наперехват ему, гудя во всю мочь, уже мчался черный, как ворон, автомобиль-убийца. Морз оглянулся – желтый автомобиль тронулся с места и дорога назад была отрезана. В отчаянном прыжке стрелок проскочил перед самым носом черного автомобиля, упал на жесткое дорожное покрытие, перекатился через плечо и тут же поднялся на одно колено. Высунувшись на ходу в открытое окошко автомобиля, местный обложил Морза трехэтажным матом. Но Морти было все равно. Душу его переполнял такой восторг, как будто он стал победителем на открытом родео родного штата. С улыбкой победителя на лице Морти Морз поднялся на ноги, отряхнул шляпой колени и не спеша зашагал в направлении дверей салуна.

Местный салун оказался совсем не похож на то, что привык видеть, распахнув двери подобного заведения, Морз. Впрочем, Морти внутренне уже был к этому готов. Черт с ним, решил он про себя, пусть у них тут все не как у людей, лишь бы выпивка была нормальная.

Помещение было совсем маленькое. У самого входа к углу жалась крошечная стойка. Возле нее – четыре круглых стула на высоких металлических ножках. Шесть прямоугольных столиков были расставлены не по центру зала, а вдоль стен. За стойкой бара – молоденькая девушка в черном облегающем свитере и таких же узких штанах. Темные волосы собраны в хвост. По мнению Морза, истинной леди полагалось бы выглядеть иначе. Однако он решил оставить свое мнение при себе. На одном из высоких стульев примостился плечистый мужчина с квадратным подбородком и скошенным лбом, одетый в очень свободно сидящий на нем темно-синий костюм. В нем Морз безошибочно распознал вышибалу. Который откровенно скучал. Потому что в зале никого не было. То есть вообще никого. Ни единой живой души, желающей залить в пересохшую глотку стаканчик-другой-третий виски. Что было крайне странно, поскольку зеркальные полки бара были украшены самыми разнообразными бутылками.

Барменша приветливо улыбнулась вошедшему. Вышибала окинул Морза неприязненным взглядом.

Один, в пустом салуне, Морти Морз почувствовал себя как-то неуютно. А потому сделал то, чего и сам от себя не ожидал – сдернул с головы шляпу и прижал ее к груди. Черт его знает, может, это такой салун, в который лучше вообще не заходить? Помнится, старина Амброз Бирс рассказывал…

– Чего? – мрачно процедил сквозь зубы вышибала.

– Я впервые в вашем городе, – выдавил улыбку Морз. – Приехал издалека…

– Оно и видно, – криво усмехнулся вышибала.

– Хватит, – ткнула его кулачком в локоть барменша. И, повернувшись к Морзу, улыбнулась. – Присаживайтесь за любой столик.

Выбрав второй от двери столик, Морти сел, снял шляпу и кинул ее на соседний стул.

Подошедшая барменша положила на край стола две большие кожаные папки.

– Это что? – удивился Морз.

– Меню, – ответила барменша. – Можете выбрать, что будете есть.

– Бифштекс. – Морз сделал выбор, не заглядывая в папки. Да и, честно говоря, читал он не очень хорошо. – Большой, толстый, – Морти показал барменше два сложенных вместе пальца, – бифштекс с кровью. К нему два яйца и бобов побольше.

– Извините, бобов нет.

– А что есть?

– Картошка фри.

– Отлично, пусть будет картошка. А пока все это будет готовиться, дорогая, налей-ка мне выпить.

– Водки?

– Виски!

Девушка помахала кончиком зажатого в пальцах карандашика. Казалось, она была чем-то смущена.

– Что такое? – удивленно вскинул брови Морз. – Закончилось виски?

– Нет, виски у нас есть… Но, может, вы сначала заглянете в меню?

Она пододвинула поближе к Морзу кожаные папки.

– Да, ну его, – пренебрежительно скривился Морти.

– Быть может, вы не знаете наших цен…

– Дорогая! – не дослушав, стрелок поднял руку и торжественно изрек: – Если Мортимер Морз заказывает выпивку, значит, он может за нее заплатить!

– Какое именно виски вы желаете? – Барменша забрала лежавшие на столе папки.

Морти незаметно покосился на уставленные бутылками зеркальные полки. Многие этикетки были ему незнакомы.

– На твой выбор. Но не самое плохое.

– Сколько?

– Давай бутылку! – махнул кончиками пальцев Морз.

– Бутылку? – удивленно переспросила барменша.

– Да! – уверенно кивнул Морз.

Предвкушение вкусной еды и отличной выпивки вновь сделало Морза уверенным и дерзким. Он даже чуть было не хлопнул девицу по круглой попке, когда она уходила. Остановил его вовсе не мрачный взгляд вышибалы – Морти был уверен, что на кулаках, в честной драке легко уделает этого неповоротливого громилу, – а то, что задик барменши обтягивала не ситцевая юбочка, а плотные ковбойские штаны. Что, прямо скажем, было как-то непривычно.

Вернувшись через минуту, барменша поставила перед Морзом большую квадратную бутылку «Джонни Уолкера» и маленькую, очень удобную рюмашечку. Не откладывая дела в долгий ящик, Морти тут же свернул с бутылки пробку, всклянь наполнил рюмку и одним красивым движением руки опрокинул ее в рот.

Сделав глоток, Морти Морз замер, прикрыв глаза. Он прислушивался к ощущениям.

Да!

Виски было что надо!

Морз еще раз наполнил рюмашку и сразу опорожнил ее.

Поистине, виски – чудодейственный напиток. История не сохранила имя человека, придумавшего его, но, несомненно, он был величайшим из всех мудрецов. На что не способно виски, так разве что только вернуть мертвеца к жизни. С прочими же человеческими проблемами и напастями напиток сей легко справлялся.

После четвертой рюмашки Морти Морз достал из кармана кисет, свернул сигарету, чиркнул спичкой о край стола, прикурил и с наслаждением затянулся терпким табачным дымком.

Из дальнего угла зала полились негромкие звуки музыки.

Морти удивленно посмотрел в ту сторону.

Музыкантов нет. Только коробка черная висит под потолком. За стеной, выходит, играют?.. Что ж у них тут, стены из бумаги? Как у китайцев?

Музыка стрелку не понравилась – похожа на одну из тех заунывных мелодий, что негры тянут, когда им делать нечего. Только звучит резче. Да еще с каким-то металлическим бряцаньем. И слова тупые. У деревенского конюха, возьмись он стихи писать, и то складнее получилось бы.

Морз раздавил окурок в пепельнице, снова наполнил рюмашку и искоса глянул на вышибалу. Здоровяк сидел, положив локоть на стойку бара, и смотрел на Морза так, будто был уверен, что тот собирается стащить пепельницу со стола.