Выбор судьбы - Вера Чиркова

— Батюшка… — Вот ведь не хотела Веся плакать и печалить отца… да и не с чего особо, но всхлипнула нечаянно даже для себя.

— Ну что ж ты… дочка… — Радмир расстроенно засопел, неловко провел ладонью по ее щеке, стирая мокрую дорожку, притиснул девушку к груди, как прижимал совсем малышкой, пряча от грозы, — ведь не одна остаешься! И Берест твой… глаз не сводит, и Кася с тобой… ну хочешь, останусь еще на пару дней?

— Нет… это я просто так… — отодвинулась Веся, — само нахлынуло. Вот, держи, это Мариле сережки, с защитой от огня и дыма. Шепни ей, что от меня, для того тебя и звала. И матушек от меня поцелуй, а бабушке вот цепочка, я сама силу вложила, Саргенс научил. Все, езжай, да не оглядывайся… я уже успокоилась. Мы следом отправимся.

И мягко подтолкнула отца к двери, пряча догадливый взгляд. А чего же тут непонятного, слишком уж тоскливо он смотрел ей вслед в последний раз. Наверняка снова пришло предчувствие развилки в чьей-то судьбе, и опять все носит в себе, сердце надрывает. Само собой, она не зевала, успела отцу в тело целебной силы влить и направить ее куда следует, а дома за князем Мариля присмотрит, они со Свергом пока намерены жить в княжьем доме, в это лето следить за здоровьем домочадцев досталось старшей сестре.

Князь ушел, не оборачиваясь, как она и просила, а через минуту в столовую, где по просьбе куницы Саргенс разрешил ей попрощаться с отцом, влетел Берест.

Обнял невесту, на миг повернул к свету, рассмотрел покрасневшие глаза и прижал к себе точно тем защищающим жестом, как недавно отец.

— Мы поедем к ним в гости… я тебе обещаю. Найду повод проведать князя. Только не плачь, солнышко, — бормотал ястреб, и на душе у куницы становилось все светлее.

— Дест… я поеду с тобой, буду помогать учиться, — наконец нехотя отстранилась девушка, — а сейчас мне нужно собраться…

— Беги, — согласился княжич, но отпустил лишь после нежного поцелуя, — мы уже все готовы.

Ставин встретил путников широко распахнутыми воротами, под аркой которых четверо стражников бдительно проверяли въезжавший обоз. Пришлось придержать тэрхов, лучше подождать четверть часа, чем злить и так раздосадованных путешественников. Внимание куницы, с интересом осматривающей хорошо знакомое место, привлёк гомон и лязганье оружия собравшейся возле привратной харчевни толпы воинов.

— По-моему, — задумчиво сообщила Веся ястребу, сидевшему на этот раз в переднем кресле, — это Шангор или твой отец отряд собирают. Я видела пару знакомых лиц.

— А по-моему, — сердито обронил Саргенс, ехавший почти рядом, — он зря не поставил тут дополнительный дозор, тот, кто их собирает. Вино и толпа плохо совмещаются.

— Это точно, — мрачно подтвердил Ардест, наблюдая за кучкой слишком рьяно споривших воинов, — но это всё же люди Шангора. И раз их тут так много, значит, он и сам где-то неподалеку.

— Наверняка Илстрем позвал его на тот сход, что собирает в обед, — пробормотала Веся и глянула в сторону ратуши, на башне которой красовались огромные часы.

Разумеется, ничего она не рассмотрела за крышами высоких, двух- и трехэтажных домов и за деревьями, распушившимися молодыми листиками, но и без часов знала, до обеда еще осталось не меньше пары часов. Мчались они сюда почти без остановок, и не только заниматься тренировкой способностей, но и просто разговаривать было трудно, зато никто не мешал Бересту снова утащить к себе на колени невесту и всю дорогу блаженствовать от ее близости и счастливой улыбки. Лишь на подъезде к столице куница заставила жениха пересесть вперёд, не желая привлекать к себе слишком много внимания.

Один из воинов вдруг громко и грязно выругался, выхватил меч и ринулся на недавнего собеседника. По-видимому, тот тоже не собирался отступать или решать дело миром, так как сорвал с плеча тяжелую палицу на длинной ручке.

— Саргенс! — охнула Веся, остро жалея об отсутствии лука, лучше залечить небольшую ранку от стрелки с сонным зельем, чем развороченную этой палицей голову или плечо. И это, если еще будет кого лечить.

— Сам вижу, — мрачно процедил чародей и незаметно махнул пальцами.

Между спорщиками вмиг расцвел яркий огненный шарик, и пока они, нахмурившись и тяжело дыша, пытались сообразить, откуда он взялся и кто пытается им помешать, ближайшие зрители успели сообразить, что ничего хорошего их не ждет, и бросились врассыпную. В этот момент исподволь раздувавшийся шар неслышно лопнул, и всех, кто находился поблизости, обдало жаром огня и густой копотью.

Только миг в толпе было тихо, затем она взорвалась яростными криками и проклятьями. И было отчего. Все, кто не успел отвести взгляд, на несколько секунд ослепли от яркой вспышки, у ближайших лица оказались чернее дна походного котелка, а драчуны с воплями сбивали пламя с курток, не замечая пока пропажи усов и бровей.

— Ты чего творишь, чародей проклятый! — заорал один из воинов, первым рассмотревший замерших неподалеку тэрхов, и ринулся к ним. — Как на поле — так вас нет, а в городе горазды огонь метать!

— Что здесь происходит? — властно поинтересовался знакомый голос из распахнувшегося окна второго этажа. — Мирс! Ты на кого это орешь?

Вмиг притихшая толпа отчаянных вояк, боявшихся Шангора много больше разъяренного тэрха, не поднимая глаз с сердитым сопением оттирала сажу, и если кто-то и решался ворчать, то лишь шепотом. Мирс тоже сразу растерял всю ярость и до бела сжимал губы, чтобы нечаянно не вылетело лишнее слово. Шангор хорошо кормил и надежно вооружал воинов, всегда щедро делил между ними золото, полученное от селян и горожан за защиту. Но за драки и мародерство выгонял из отряда, невзирая на прежние заслуги.

— На меня, — невозмутимо отозвался Саргенс, — я спросил, где их командир.

— Опять драчунов выгораживаешь, — не поверил Шангор, успевший рассмотреть сажу. — А куда едешь?

— По делам, — даже не подумал отчитываться чародей и, заметив, что обоз прошел, тронул тэрха за гриву. — Пока.

— Пока, — кивнул Шангор.

«Думаю, сегодня мы еще встретимся», — добавил он про себя, провожая задумчивым взглядом спутников мага, двоих из которых не просто знал, а был посвящен в их тайны. А вот женщин видел впервые и потому постарался хорошенько рассмотреть и запомнить.

Неожиданно для Веси Саргенс повел отряд к южной окраине города, туда, где дома были в основном не выше двух этажей, зато утопали в садах и цветах. И сейчас за каждой оградой вовсю цвели не только вишни и сливы, но и тюльпаны, нарциссы, гиацинты и фрезии.