Завещание сталкера - Андрей Стрелко

– Теперь двигаемся аккуратней. Вон там, слева, – довольно широкая тропа. С нее не сходить, на «летающий замок» больше не глазеть, у вас было на это время. Идите строго за мной. До темноты осталось минут пятнадцать, если нигде не застрянем, успеем добраться до ночевки.

С этими словами Крюк уже гораздо медленнее двинул влево, чтобы ступить на свободный от аномалий участок.

– Интересно, а если вынести невидимый предмет из «летающего замка», он останется невидимым? – поинтересовался Дан.

– Всего на пару часов, – с горечью ответил Крюк. – Если бы удалось доставить умникам стабильную «невидимку», то эти яйцеголовые отвалили бы за нее целую кучу бабок, а так все трофеи превращаются в бесполезные игрушки. Кстати, примерно раз в шесть-восемь выбросов аномалия срабатывает заново и все, что накопилось на ее территории видимого, тоже становится невидимым. Умники, помнится, здесь полгода колдовали, все надеялись получить стабильно невидимый экземпляр, но так и ушли ни с чем.

– Интересно, а если бы на время выброса между этажами остался человек, он стал бы невидимым? – без особого любопытства задал вопрос Макс.

– Был у меня один друган – Жека Косой, – отозвался Крюк, – так он рассказывал, что, типа, в этих краях бродил невидимый зомби. То ли кто-то из старателей как раз оказался там, когда случился внеплановый выброс, то ли уже готовый зомби пристроился, короче, сами понимаете, что с ним могло стать. Но я, честно говоря, в эту небылицу не верю, уж очень приврать Косой любил, а, кроме как от него, ни от кого другого я про зомби-невидимку не слышал.

– Да, невидимых зомби нам только не хватало, – покачал головой Макс. – Это как же с такими воевать? Он тебя, получается, видит, а ты его нет.

– Это невозможно, – попытался успокоить старателя Дан, для чего повернулся к нему, и тут же запнулся о торчащий из земли корень. На ногах он устоял, но получил по спине от идущего позади Макса, однако речи не прервал: – Человек видит благодаря тому, что лучи света поглощаются его сетчаткой. А если человек невидимый, то и сетчатка у него невидимая, а значит, лучи света отразиться на ней не смогут и, соответственно, человек тоже не сможет видеть.

– А где это ты видел зомби, который смотрит глазами? – усмехнулся Крюк. – У них уже и глаз-то давно нет.

Если Дан и хотел что-то возразить, то не успел. До этого вполне спокойный Крюк вдруг вздрогнул, подобрался и поднял вверх руку, предупреждая об опасности. Серый замер и пристроил автомат на плече, готовый в случае необходимости открыть огонь. Дан на этот раз не сплоховал и сделал то же самое, отстав разве что на долю секунды. Крюк медленно присел за ближайшее к нему дерево и опасливо посмотрел вперед, Серый, Дан и Макс пристроились рядом, контролируя ближайшие подступы, хотя укрытие из дерева было откровенно паршивое, а цель для противника, который мог устроить засаду, из них была идеальная.

Серый осмотрелся. Опасность быть подстреленным с верхних этажей окружающих домов до этого момента Крюк почему-то игнорировал, хотя, наверное, знал в этом толк. Но если уж допускать возможность засады, то опасаться следовало прежде всего той самой пятиэтажки, к которой направлялась группа.

«Летающий замок» остался позади, и если бы группу собирались уничтожить прицельным огнем с его стен, то сделали бы это раньше. Строение справа было наиболее удобным для ведения стрельбы по живым мишеням, но подступы к нему перекрывала целая россыпь мелких и средних аномалий, да и в самом здании, можно не сомневаться, аномальных зон было предостаточно. Здание слева находилось всего в пятнадцати метрах и имело лишь один доступный вход, что опять же составляло неудобство для организации нападения на старателей – вряд ли кто-то захочет вступать с группой в близкий бой с неудобной позиции. Так что если уж и устраивать засаду, то лучшего места, чем северная пятиэтажка, расположенная прямо по курсу, было не найти. Однако Крюк вовсе не пытался укрыться за деревом от пуль, его беспокоило что-то иное.

Нападения людей Крюк действительно не боялся. Во-первых, в предзакатные сумерки на территории Чернобыля действовало неписаное правило о ненападении, в это время каждый спешил оказаться в убежище до того, как твари окончательно оборзеют и перестанут видеть в человеке опасного противника. Затевать перестрелку в это время суток означало привлечь к себе внимание всех мутантов, находящихся поблизости. А если взять в расчет предрасположенность чернобыльских монстров к охоте в закрытых помещениях, то устраивать сейчас засаду где-нибудь на верхних этажах было себе дороже. Последним доводом не бояться выстрела сверху было время, оставшееся до полной темноты. Мародеры элементарно не успеют обобрать расстрелянные тела засветло, а к утру ни тел, ни их скарба, скорее всего, на месте не останется.

Поэтому Крюка в тот момент больше беспокоили мутанты, которые, чувствуя приближение ночи, становятся все смелее и опаснее. Так уж сложилось, что в Чернобыле хозяйничали двуногие твари: то ли остатки человеческой памяти тянули их сюда, то ли условия обитания в городе идеально подходили именно для них. Крюк никогда не слышал, чтобы в Чернобыле жили кабаны или рыси, псевдоовцы или плоти, они забредали в городские трущобы лишь по случаю и никогда к ним не стремились. Не захаживали в город и химеры, которые со своим маниакальным стремлением убивать все живое вполне могли бы перерезать всех обитателей Чернобыля за пару суток. Гиганты, хоть и были двуногими, тоже появлялись в городе редко, и тогда, подобно загнанному оленю, бессмысленно носились промеж зданий, круша все, на что хватало их мутантской силы.

Поэтому бояться в Чернобыле нужно было человекоподобных тварей – прыгунов, кровососов, контроллеров и коротконогих карликов-телекинов плюс не похожих на человека, но вездесущих панцирных псов.

Последние сопровождали группу с того самого момента, когда старатели вошли в город. Несколько одиноких особей, потерявших свои стаи и не успевших прибиться к новым, шли за людьми не с целью напасть на них, а с надеждой на то, что двуногие подстрелят кого-нибудь из прочих мутантов Зоны и можно будет набить брюхо, не рискуя собственной шкурой. Против такого конвоя Крюк не возражал, тем более, что он давно приметил, как можно использовать такое соседство в собственных интересах. Панцирники прекрасно чувствовали близость других мутантов и своим поведением зачастую давали Крюку сигнал об опасности.

Например, при приближении более сильных кровососов и прыгунов они разворачивали в направлении врага слепые морды, обходя при этом затаившегося хищника по дуге на безопасном расстоянии. Учуяв засаду карликов, они, наоборот, резво припускали по тропинке, чтобы не схлопотать по загривку обломком какой-нибудь трубы или другого метательного оружия. Не успевшие истлеть зомби вызывали в отщепенцах собачьей братии гастрономический интерес, поскольку в городе это был единственный вид живности, с которой одинокий панцирный пес мог справиться без посторонней помощи.

Именно благодаря панцирникам, кружившим вокруг каравана на протяжении всего пути, Крюк был относительно спокоен в отношении мутантов. Он заранее вычислял устроивших засаду тварей и делал поправки в маршруте, благо и твари в ответ не особо стремились напасть на вооруженную группу, предпочитая дождаться более уязвимой жертвы.