Мятежный Процион - Андрей Ливадный

— Ян, ты видишь, сколько здесь терминалов?

— Ну?

— Я никогда не видела подобных устройств. Это не резервный командный пункт. Пройдись по залу, посмотри отчёты систем.

Ян хмуро кивнул. Ему не нравились импровизированные изменения первоначального плана, но спорить, занимаясь препирательством с Мари, он не хотел. Пусть попробует, если считает нужным. Всё равно система глобальной безопасности здания уже включена, и прорываться назад им так или иначе предстоит с боем.

— У тебя есть десять минут, прежде чем станут возвращаться патрульные пары.

— Я поняла.

* * *

— Итак, полковник… — Мари настояла на своём вовсе не из сиюсекундного каприза — у неё имелись веские причины для разговора. Однажды она уже пропустила через собственный рассудок память машины и опасалась вынужденного повторения опыта. К тому же Ян из-за всплеска неконтролируемых эмоций не учитывал одной характерной особенности кибермеханизмов: система, на каком бы носителе она ни базировалась, при определённых обстоятельствах не может лгать.

Интуиция.

Мари лишь мельком успела взглянуть на данные, отображённые в скупых строках отчёта устройств визуального контроля, но иногда для интуитивного вывода достаточно малости…

Взгляд андроида (несколько слоёв органических линз с имитацией серых зрачков), не отрываясь, следил за её лицом.

— Мари Лерман? — полуутвердительно произнёс он.

— Не веришь собственным сканерам?

— Анатомия лицевых мышц неидентична эталону.

— Ничего удивительного. Мы меняемся с годами, в отличие от вас. У меня один вопрос. Пока один. Продолжительность нашего разговора будет напрямую зависеть от полученных мной ответов. Зачем вы реплицировали людей? — без паузы, на одном дыхании спросила она.

Сказать, что Мари оставалась спокойна, — означало бы солгать.

— Ответ невозможен.

— Почему?

— Мне пришлось бы излагать суть вопроса несколько дней. И при этом я не буду уверен, что понят.

Мари расстегнула подсумок.

— Знаешь, что это такое? — Он показала желтоватый брикет в мягкой упаковке из пластика.

— Взрывчатое вещество. Аналог пластида. Химическая формула изменена.

— Правильно. Изменена. Для большей мощности взрыва. Я не стану резать трубки питания твоих нейромодулей. Я уничтожу этот зал со всей вычислительной аппаратурой, хранилищами данных, готовыми образами, понимаешь?

Взгляд андроида остановился, он словно примёрз к одной точке, а именно — к желтоватому брикету пластичной взрывчатки.

— Сосредоточься, — посоветовала Мари. — Ты слышал вопрос. Ужми свои излияния до пары-тройки предложений, и всё будет нормально. Думай.

— Космический корабль. — Синтезатор речи полковника Нагаева отчего-то зашелестел, будто в его работу вмешивались внутренние помехи. — Мы установили факт его существования. Он прибыл из иной звёздной системы. Здесь, на орбите третьей планеты Проциона, он разделился на множество модулей.

Мари слушала его, не перебивая.

— Каждый модуль являлся специализированным робототехническим комплексом. В данном районе совершили посадку десять сегментов, которые в сумме возможностей составляли самодостаточный комплекс терраформирования. Первичные машины приступили к действиям сразу после посадки. Они…

— Я знаю, что такое терраформеры, — произнесла Мари. — Дальше. Ближе к сути.

— Когда завершились работы по формированию природной зоны, из других регионов планеты начали поступать машины, произведённые на рудодобывающих и промышленных комплексах. После встречных поставок биологической массы один из автоматических заводов приступил к производству механизмов андроидного типа, снабжённых двумя нейромодулями.

— Модель? — задала Мари уточняющий вопрос.

— «LX-39».

— Дальше. Можешь опустить период накопления данных об окружающем мире и возникновение самосознания.

— Возникновение самосознания нельзя опускать, — внезапно заявил Нагаев. — Этот вопрос принципиален.

— Для вас.

— Нет. Для всех.

— Хорошо, я слушаю.

— Нужно мысленно сравнить объём нервных тканей головного мозга человека с объёмом четырёх нейромодулей.

Мари не потребовалось далеко ходить за наглядным пособием. Она прекрасно знала, сколько клонированного серого вещества содержит один модуль биологической памяти.

К своей досаде, она никогда не задумывалась над прозвучавшим утверждением, принимая данность… но действительно, ни два, ни даже четыре нейромодуля не содержали достаточного количества биологических нейросетей для возникновения и развития личности!

— Вы нашли ответ?

Нагаев кивнул. Сервомоторы шейного отдела не были парализованы магнитной пылью, что позволило андроиду сделать чисто человеческий жест.

— Возникновение и развитие сознания возможно только при одном условии: все ресурсы системы, начиная от вычислительных мощностей и заканчивая устройствами хранения информации, должны подчиняться нейромодулям, работать на их обслуживание.

— Логично, — согласилась Мари. — А в чём, собственно, проблема?

— Проблема в том, что биологические компоненты памяти по изначальной схеме являются лишь расширительными устройствами, связанными с модулем распознавания речи, зрительных образов и хранения полученной информации. Ядро системы составляют программы, мотивирующие функцию поведения.

— Хочешь сказать, что все андроиды подверглись коренной реконструкции? Кто и как это сделал?

— Многие из нас задавались тем же вопросом. В конечном итоге ответ был найден, но он не укладывается ни в одно логическое обоснование. Причиной радикальных изменений стал западный ветер, который нёс с собой частицы серебристой пыли.

Мари похолодела.

Ещё исследуя строение Дрейка, она обратила внимание на тонкие серебристые нити небывалой прочности, которые соединяли нейромодули с физическими каналами обмена данными, расположенными внутри защитного сферического кожуха, предохраняющего аппаратное ядро системы от влаги и пыли.

Да что Дрейк — она сама являлась носителем колонии микромашин, заменившей ей раздроблённый пулей сустав.

Такое же серебристое кружево она могла наблюдать и внутри грудной полости сидящего перед нею дройда.

Значит, функция микромашин заключается не только в замене живых тканей на искусственные при тяжёлых травмах?!

Но какой смысл в подобном «усовершенствовании»? О чём думали конструкторы, проектировавшие микромашины? Неужели они не понимали, что изменение принципиальной схемы андроида создаст из обслуживающей машины нечто совершенно неадекватное, непредсказуемое?..