Почти целитель. Часть пятая. - Андрей Коткин

Когда с основными подготовительными этапами было покончено Иван скомандовал перерыв и объявил начало ритуала по лепке пельменей (для чего с кухни вернулся нагруженный). Прямо тут в подземелье, в центральном зале, за расставленными по случаю праздника столами расположились. Все, включая Игоря. Тот порывался увильнуть, помахивая списком ещё не выполненных и не завершенных дел, делишек и мелких хозяйственных пунктиков. Но вынужден был прямого приказа хозяина послушаться. В конце концов — он теперь тоже член команды и должен так же участвовать в совместных мероприятиях.

— Вот, смотрите, — начал учить Ваня девчонок и мальчишек, а также Родиона с Игорем и Саввой. — Берем вот такой кусочек теста, раскатываем его скалкой, затем укладываем в центр кружочка кусочек фарша, заворачиваем. Пельмень готов!

— Вот так? — спустя несколько проб и ошибок Лилия, тоже попробовавшая себя в роли рождественской стряпухи, первая явила миру «правильный пельмень».

— Молодец! — Подбодрил Иван девочку, заворачивая, в свою очередь, еще один пельмень. — Китайцы уверяют, что совместная лепка и последующее поедание пельменей приносят в следующий год в дом счастье. Ритуал такой праздничный. Полезный и вкусный.

— Господин, — заинтересовался сказанным Игорь, сосредоточенно и размеренно складывающий один пельмень за другим, словно и не человек вовсе, а какая-то машина по изготовлению «эталонной» продукции. А ну да, точно… — А таким как я, такой ррритуал тоже помочь может?

— Всем помогает, Игорь. Китайцы вообще — древняя нация, много всего такого знают.

Детки из колбы лепили свои пельмени сосредоточенно, словно важное занятие выполняли. Хотя для них ведь так и было — верховное существо дало указ, и они в едином порыве принялись его осуществлять. Ну хоть удовольствие от процесса получают, друг с дружкой весело переговариваются — и то хлеб. Ксюша же сидела за отельным столиком и старательно, не использую магию, а только собственные передние лапы старалась сваять мучное лакомство, вот только, пока выходило не очень, от чего сестренка всё больше раздраженно сопела и фыркала…

Тая, понаблюдав за подружкой, убежала на минутку в свою комнату, вернувшись вприпрыжку уже девочкой, наряженной в веселый сарафанчик. Слепила наскоро пяток кривобоких пельменей, после чего объявила:

— Я и за Ксюшку, парочку пельменей сделала, пусть у нее счастье в следующем году наступит тоже!

Пример оказался заразителен. Следом за Таей, на досочку, присыпанную мукой, куда та отложила два самых больших пельменя, «пельмешки для Ксюшки» стали складывать и остальные дети. Ну, а следом, чтобы поддержать это начинание, и взрослые своих добавили.

А потом все оделись, собрали пельмешки самолепные (чтоб на мороз выставить) да пошли гулять на своё вновь обретенное место.

От арки далеко не отходили — всё же Миша от машинерии оторваться не мог, поэтому гуляния да игры проводили на небольшом пятачке. Петр — маг пространства — проход постоянно открытым поддерживал, Выяснилось, что если арка не используется и уже открыта, то сил на её поддержание совсем немного тратится.

А потом развели костер. Все расселись, и Иван принялся детворе рождественские истории рассказывать, что сам в детстве слышал. Оказывается, занятые всю жизнь тяжелыми тренировками, они ничего такого и близко не слыхали. А потом к его рассказам подключился Игорь. Правда, у него получались истории все больше страшненькие, с упырями, оборотнями и злыми колдунами, но в сложившейся атмосфере ожидания чуда страшилки тоже на ура пошли. Бояться в большой дружной компании оказалось так интересно.

Правда, и тут свои накладки случались. Лилия, увидев, как Тая, вернувшая уже себе звериный облик, испуганно поджимает ушки, утешить её постаралась:

— Не бойся. Мы, оборотни, не такие уж и страшные.

А близнецы-техномаги ее в один голос поддержали.

— Да, наш Глава намного страшнее. Его даже Баба Яга испугается, не то, что оборотень. — А Иван вдруг припомнил где-то услышанное: «Если вы вообще никого вокруг не боитесь, значит, вы и есть самый страшный».

Одна только Ксюшка молчала, никак на страшные истории не реагировала. Её больше лес интересовал, куда она и юркнула…

Ваня было хотел за ней пойти, присмотреть, но Савва его отговорил.

— Пусть девочка всласть по лесу побегает, позволит Духу Зверя наружу выйти!

Через часа два Ксюша с «добычей» вернулась. Молодой кабанчик в зубах и два разъярённых магических вепря на хвосте. Уровня тринадцатого, если не выше…

Хорошо отпраздновали, душевно — повеселились, подурачились, вкусно покушали, никуда не торопясь и ни на кого не оглядывались. В общем, делали именно то, что Ване так необходимо было…

А через несколько дней, в канун Нового Года, у графа Ивана Лудильщикова было запланировано одно важное светское мероприятие…

Зимний дворец. Именно он значился конечным пунктом прибытия в именном приглашении, пришедшем к Лудильщикову из императорской канцелярии. Когда Ядвига услыхала об приглашении на императорский бал, в котором дополнительно было указана возможность с собой одного спутника пригласить, она хлопала в ладоши и визжала, как маленькая девочка. В столь сильный восторг привела ее эта возможность побыть на главном светском рауте этого года.

Разумеется, сразу проблемы с платьем и аксессуарами возникли. Вознамерилась своего сердечного друга вместе с собой по портным, да ювелирам тащить в качестве главного ценителя. Но на этот раз Иван тверд, как скала, остался. Раскошелиться — это пожалуйста! А вот от посещений кутюрье питерских — увольте. Отговорился и тем, что дела важные, которые на конец года скопились — нельзя дальше откладывать! А с его нарядом много проще, он же теперь человек государев, да в чине немалом. Так что обойдется спокойно парадным мундиром своего ведомства, который ему еще месяц назад в министерстве построили…

И вот 31 декабря. Утром с неба повалил пушистый снег, одним своим видом создавая ощущение надвигающегося зимнего праздника. Сразу после завтрака все, включая даже Родиона, который последние несколько дней из-за «каникул» в университете и праздников много времени проводил с детьми, отправились на полигон. Игорь там утоптал за последние дни лабиринт, дорожек для выгула лошадей, а теперь активно тропил лыжную колею. Он насыпал и водой залил здоровую горку, совсем как на больших площадях для народных гуляний ставят. Всё же некроконструкт, способный работать без сна и отдыха — это страшная сила, бешеной работоспособностью и эффективностью обладающая…

Иван с умилением наблюдал, как начинают раскрываться его «стойкие оловянные солдатики», а на суровых лицах, нет-нет, да появляются первые, робкие улыбки,