Тайный брак - Соня Мишина

― Готово. Маура, прыгай!

― Я боюсь! ― заплакала девочка. 

Анналейса попыталась подойти, встать под веткой, на которой сидела сестричка, но вдруг увязла в невидимой плотной массе, которая почти не давала двигаться.

― Видишь? ― спросила Мауру. ― Тут невидимая подушка, мягкая-мягкая! Она не даст тебе удариться. Прыгай, на счет три. Раз... Два... Три!

Маура с писком соскользнула с ветки и полетела вниз. Врезалась в невидимую преграду, как в воду, плавно опустилась к земле. Как только ее маленькие ступни коснулись земли, подушка с хлопком исчезла, а пошатнувшуюся от неожиданности Мауру подхватила на руки Анналейса. 

― Ну все, все, моя маленькая, ― прижала девочку к груди. ― Вот ты и справилась. Просто умничка! Не поранилась? 

― Огнеперка в нее пару раз попала, ― рейва Калвина мигом оказалась рядом, принялась осматривать малышку. ― Целителю бы показать. 

― Я подлечу! ― Нанна и тут оказалась кстати. ― С небольшими ранами и ожогами запросто справлюсь!

Пока Мауру снимали с дерева, кто-то из соседей принес птичью клетку. Обессиленную, едва живую огнеперку затолкали в нее и унесли в дом градоначальника, сказав, что у того есть специальная комната для диковинок, куда всякий может прийти поглазеть. 

Лейса не возражала. Ее больше заботило, зачем Маура на дерево полезла.

― Ну и как ты на якире оказалась? ― спросила Лейса ласково и строго, заглядывая в родные синие глазищи.

― В гнездо хотела заглянуть. Эта… птица… она у меня бусики украла! Серебристые, которые ты мне делала! Я их забрать хотела…

― Что ж, забрала?

― Нет. Огнеперка на меня сразу напала, как только я на нужную ветку влезла. ― Маура продолжала всхлипывать. 

― Теперь понимаешь, что не нужно было из-за дешевых бусиков жизнь свою в опасность ставить? ― Лейса всегда старалась учить младшую сестренку уму-разуму сразу, не откладывая на потом. 

Маура надула губки, насупила бровки. В ней боролись справедливое возмущение обворованного человека и понимание, что Лейса права: рисковать и лезть на якир наверняка не следовало! 

― Понимаю, ― наконец неохотно признала малышка. 

Анналейса как раз донесла ее до широкой скамьи в гостиной рейвы Тордис. Уложила на укрытое пушистым ковром сиденье. 

― Теперь Нанна с рейвой Калвиной тебя осмотрят, полечат, ― сказала, отступая, ― лежи тихо. 

Маура затихла. Лейса присела на самый конец скамьи, вытерла со лба холодный пот, только теперь понимая, как испугалась за жизнь сестры. Рядом встала рейва Тордис. 

― Вовремя вы пришли, ― подала она Лейсе стакан воды. ― Мы уж не знали, что делать, кого на помощь звать.

Анналейса сделала пару глотков. Покачала головой с недоумением:

― Что это вообще за птица ― огнеперка? Ни разу о таких не слыхала.

― А других таких и нет, полагаю. ― Рейва Тордис поманила поближе трех других магичек. ― Это вам, молодым магам, урок: думайте, прежде чем магию применять!

― Магию? ― переспросила Ювина.

― Мы то тут причем? ― возмутилась Бася.

― Чувствую, тут какая-то особая история кроется! ― оживилась Нанна. 

― Рассказывайте, рейва Тордис! ― потребовала за всех Анналейса.

― И расскажу! ― кивнула рейва.

Даже после пережитых волнений старушка была рада поговорить. Она поведала, что у квеллы Далии Лёре в юности была близкая подруга, дочь Дома Рассвета. Имени этой девушки рейва Тордис не помнила, зато внешность и поведение описала так, будто все произошло пару дней назад.

― Лето тогда уж за середину перевалило, ― напевно говорила старуха. ― У птиц птенцы вывелись, как раз на крыло вставали. На якире в моем дворе в том году птицы дронго гнездо свили. Два их птенца удачно летать научились, а один из гнезда слишком рано выпал, крыло повредил. Родители его спасти не могли, а я пожалела: дронго ― птицы красивые, отчего бы не поселить такую у себя в доме?

― Огнеперка тоже красиво смотрится. Жаль только, нрав у нее не слишком хорош, ― покивала рейва Калвина, которая уложила себе на колени голову Мауры и утешала девочку, пока Нанна подлечивала царапины и ожоги на руках и ногах малышки.

― Так вот. Квелла Далия по юности часто ко мне в гости захаживала. А в день, когда я птенца дронго подобрала, пришла не одна, а со своей подругой, которая недавно вышла замуж, сменила магию и осваивала открывшиеся у нее Дары Столпа Рассвета. 

― Думаю, рассветница решила птенца вылечить, ― предположила Нанна. ― Я тоже не удержалась бы!

Рейва Тордис улыбнулась загадочно:

― С исцелением рассветница быстро справилась. Но у нее, помимо целительского, еще один Дар нашелся: оказалось, она способна магически изменять всякую живность. Вот и птенца изменила. Поупражняться хотела.

― Какой замечательный Дар! ― глаза у Нанны загорелись от восторга и любопытства. ― Надеюсь, и у меня такой откроется!

Ювина сжала руку Нанны, покачала головой: не перебивай! О другом говорим!

― Значит, огнеперка ― это бывший птенец дронго? ― первой догадалась Бастинда. ― Как же он на воле оказался?

― Улетел. Вырвался от своей спасительницы и был таков. Крыло-то она ему вылечила! ― развела руками рейва Тордис. ― Правда, далеко не ушел ― вернулся в родное гнездо, которое к тому времени опустело, и стал там жить. Со временем оказалось, что он умеет бросаться огненными перьями и обожает воровать всякие блестящие вещички. Чего уж только не утянул и у меня, и у соседей. 

― Отчего же люди столько лет его терпели? ― озадачилась Анналейса. ― Давно можно было магов позвать, попросить, чтобы изловили птицу.

― Магов попусту тревожить не принято. ― Лицо рейвы Тордис стало строгим. ― А кроме того, дети соседские быстро усвоили: не следует свои игрушки на окнах и во дворе оставлять! Прилетит огнеперка и утащит! Это Маура у нас девочка не местная, вот и попалась. Не успела я предупредить… 

Осуждать рейву Тордис Анналейса не могла, хоть та и взяла на себя вину. 

― Теперь и Маура знает, что любимыми украшениями лучше не разбрасываться, ― подытожила рейва Калвина. Она опустила взгляд на лицо притихшей малышки. ― Как ты, девонька? Болит еще где-то?

― Не болит. ― Та помотала головой. Нашла глазами старшую сестру. ― А ты мне принесла что-нибудь?