Иномирянка для генерала - Яра Сакурская

Я тихо кралась в конюшню глубокой ночью, когда все нормальные люди спали, и останавливать меня попросту было некому. Теплый плащ согревал от ночной прохлады и частично скрывал лицо, я старательно подготовилась к путешествию, которое должно было дать мне шанс расправиться с принцем, а заодно и Аханом. Ну, буду надеяться, что Констан, как лучший следопыт, не пойдет по моим следам и не испортит всю малину.

Из их разговоров я поняла, как такого плана нет, но они напряженно думали целый день, правда большинство идей оказались нежизнеспособными или неэффективными. Я терпеливо высидела с мужчинами и Лерой все время, до самой ночи, пребывая в своих мыслях и не с кем не разговаривала. Меня благополучно не трогали, давая возможность спокойно обдумать план, который оказался до безумного прост.

Всего лишь надо отыскать Катапей-Катафа и согласиться на его предложение присоединиться к нему. Я была абсолютно уверенна, что принц не сможет отказаться от возможности пополнить свой малочисленный отряд еще одним темным магом. А всадить в него кинжал, припрятанный под плащом, лишь вопрос времени.

Услышав шорох за спиной, я резко обернулась, но сзади никого не было. По инерции продолжая путь, я столкнулась с кем-то и с громкой руганью отпрыгнула, от неожиданности испугавшись. Передо мной стоял Румар, недовольный, как тысяча чертей, и, сложив руки на груди, преградил путь к конюшне.

— Гуляешь? — от холодного тона мурашки по коже пробежали целыми табунами, и увидев мой неуверенный кивок, охотник подошел вплотную, не спуская с моего испуганного лица твердого взгляда, — Не подходящее время для прогулок, возвращайся в комнату. Чтобы ты не задумала, ничего не выйдет. Бороться нужно с союзниками, а не в одиночку.

— Нет, я с тобой не согласна, — изловчившись, я проскочила под его тяжелой рукой, — Пока вы придумываете план по спасению Асхана и Легро, я найду Рагнара.

— Никто не уйдет из крепости, пока я командую вместо генерала, — меня, словно котенка схватили за шкирку, — Знаю, ты расстроена смертью Рагнара, но он действительно мертв. Кайл и Констан с почестями похоронили его возле заброшенного поместья.

— Ты ошибаешься! — я изо всех сил постаралась вырваться из стальной хватки, но Румар поставил меня на ноги и с силой встряхнул. Пришлось ухватиться за его плечи, чтобы не упасть, — Рагнар жив и ему вероятно нужна помощь!

— Знаю, после прочтения письма ты расстроилась так сильно, что попала в обитель темных духов, но ты не ведаешь что творишь, — мою попытку укусить прервали на корню, закрыв рот ладонью, — В тебе бушует тьма и именно она командует и подчиняет себе. Ты должна быть выше магии и мыслить здраво.

Извиваясь словно уж, я всячески пыталась ударить мужчину в пах, но когда он нанес несильный удар по коленям, одновременно отпуская руки, мешком рухнула на землю. Меня тут же скрутила крепкая лоза, появившаяся из земли, и немного приподняла.

Хотелось истошно заорать, но тогда бы остальные проснулись и прибежали посмотреть на бесплатное цирковое представление. Я зашипела, стоило Кайлу оказаться в поле зрения, но он спокойно поднял руки, демонстрируя обманчивую беззащитность.

— Вы не понимаете, Рагнара нет в мире темных духов, — я пыталась вырваться, не обращая внимания, как мелкие шипы царапают кожу, — За гранью он тоже не мог оказаться, мертвые туда не попадают!

— Хватит, Ева, успокойся, — Кайл чуть ослабил путы, но я продолжала неистово брыкаться, — Я сам лично проверял пульс у Рагнара, он был мертв, когда мы пришли. Тебе нужно прийти в себя, попить успокаивающий отвар…

— Сам пей свой отвар, — злобно усмехнувшись, я заметила лушку, спешно летевшего в мою сторону, — Вот поймете, что я была права, тогда и поговорим. А сейчас извините, спешу отправиться на поиски.

Пока мужчины переглядывались, лесной дух успел приземлиться мне на плечо и ослепительно ярко вспыхнул. Меня неистово тряхнуло, последнее, что я увидела, как лоза падает на землю и Румар смотрит с сожалением. Лушка перенес меня к реке, возле которой разбил лагерь сам принц. Стоило мне молча свалиться на землю, как люди Курамье не мешкая направили в мою сторону стальные мечи. Я поджала под себя ноги, поднимая руки вверх.

— Что за шум? — Катапей-Катафа вышел из обычной палатки, оглядываясь по сторонам. Увидев меня, расплылся в обаятельной улыбке, — Ну-ну, отпустите мечи. Как можно угрожать такой прелестной девушке? Чем обязан, иномирянка? Ты, наконец, осознала, что моя победа близка? Хочешь принять мое предложение?

— Хочу, — я облизала пересохшие губы, поднимаясь на ноги. Отряхнула плащ, давая себе передышку в несколько секунд, — Я всех потеряла и могу признаться, что ты оказался сильнее даже Рагнара. Больше некому бороться против тебя, а я не хочу умирать так скоро.

— И ты поняла, что в одиночку не сможешь выжить, поэтому решила, как нельзя вовремя вспомнить о моих словах? — словно дикий хищник, принц медленно подошел ко мне, прикасаясь к моему открытому горлу тыльной стороной ладони, — Я знал, Ева, что ты умная девочка. В тот момент, когда мы были во дворце, ты не была еще сломленной, верила в вашу победу. А сейчас ты действительно потеряла всё, что у тебя было. Говоришь, не хочешь умирать?

— Хочу жить, — кивнула уверенно, стараясь не показывать страха и ярости, — Быть на стороне сильнейшего, чтобы выжить, обычный инстинкт выживания.

— Обычный инстинкт для необычной девушки с темным даром, — его рука уже обвила мою шею, но не сдавливала, — Я подарю тебе жизнь. Более того, ты станешь первым темным магом в моей небольшой армии, сможешь командовать такими же темными сосудами, как ты сама.

— Господин, эта девчонка постоянно вставляла нам палки в колеса, — Курамье злобно выступил вперед, — Вы не можете взять ее под свое крыло и сделать командиром темных охотников! Она всегда была предана Ларсену, пыталась донести на вас Стейн-Каннету.

— Верно, Курамье, верно, — Катапей-Катафа даже не повернул голову в сторону верного барона, продолжая испепелять меня взглядом, — Когда-то эта иномирянка действительно была против нас, недальновидно отвергнув мое предложение. Но Ларсена больше нет, как и ее преданности ему, иначе я не вижу смысла быть преданным мертвому человеку.

— Как скажете, господин, — я кожей ощущала неприязнь, исходившую от барона, даже его люди смотрели на меня недоверчиво. И лишь один принц оглядывал с восхищением, словно долгожданный трофей, и полной уверенностью, что теперь я буду преданна лишь ему. Курамье сквозь зубы выдохнул, — Что будем делать дальше, господин?