Мой личный враг - Елена Звездная

А когда мы проходили мимо потока боевых магов, я не выдержала.

– Прощай, грудь Ярославы, – шепнула мне вслед Бажена.

Я ей кулак показала, гордо прошла мимо имеющегося тут Инара, который стоял у окна в окружении адептов, зато из этого самого окружения вытащила Аниаса и так за руку и увела… к другому окну. И там я парня развернула спиной к его одногруппникам, фактически за его же спину от Инара и спряталась и только тогда позволила себе задать вопрос:

– Какого черта лысого тут происходит?

– Где? – Аниас рассмеялся. – Ярусь…

Наверное, что-то в моем лице изменилось, потому как этим «Ярусь» маг практически подавился и тут же исправился:

– Ярослава, у нас нет лысых, тут же все маги!

Я с сомнением посмотрела на него, так как один лысоватый тут явно имелся.

– Ректор просто неудачно попал под шальное заклятие, – правильно уловив нить моих рассуждений, пояснил Аниас. – Так что ты хотела?

Чуть отогнувшись, я посмотрела на Инара – тот, как выяснилось, следил за нашим общением, а потому заметил мой взгляд и нагло подмигнул. Я спешно вновь скрылась за Аниасом и спросила мага:

– Будь другом, объясни, что происходит? Почему на нас так реагируют?

– А-а-а, ты про то, почему все ведьмы лишились толп поклонников?

– Аниас, твоя сообразительность поражает! – была вынуждена признать я.

Маг рассмеялся, потом сказал: «Спасибо за комплимент» – и рассмеялся еще громче. Я не удержалась, опять выглянула из-за него и полюбовалась нахмурившейся мордашкой Инара. Мне понравилось! А потому следующей моей фразой было игривое:

– Ты меня смущаешь…

Маг мгновенно распрямился, грудь просто-таки колесом, в глазах смешинки и вопрос такой хитрый:

– Правда?

– Да… – скромно ответила я.

– А Ташши? – тут же последовал вопрос.

Нет, ну что они все про Ташши.

– Он меня… бросил, – черт, врать как-то не особо приятно.

– Не понял, – Аниас удивленно смотрел на меня.

– Сама ничего не понимаю, – я тяжело вздохнула. – Так что с нашими поклонниками?

Так как маг был дезориентирован собственным непониманием, то все же ответил:

– Инар предупредил, что, если заметит хоть один факт подпитки от ведьмочек, разберется лично. Ярослава, а что у тебя с Ташши?

– Да при чем тут Ташши?.. – я задумалась над всей ситуацией. И выводы мне откровенно не нравились. – Аниас, то есть ты хочешь сказать, что… – Перед глазами промелькнула та ночь, когда я тут некоторых отпаивать ходила. – Аниас, то есть все эти алчущие собственно нашего внимания банально подпитаться хотели?

Моему возмущению не было предела! Одним словом, маги!

– Ярусь, – Аниас взял меня за руки, чуть тряхнул, – ну чего ты расстроилась? Дело не только в подпитке, ведьмочки все потрясающие, а ты особенно, просто пойми – мужчины любят совмещать приятное с полезным, а тут два в одном… и выпускные экзамены скоро, лишняя энергия никому не помешает, особенно от любимой ведьмочки.

Я ладони вырвала, руки на груди сложила и поняла две вещи: это мерзко, и все маги уроды. Потом поняла и еще кое-что: а быть им всем лысыми! В общем, ведьмы выходят на тропу войны! Нас злить нельзя! «Орель» перестал называть дурой и расправил крылья!

– Хорошо, – я кивнула своим мыслям, – а что, Инар такой страшный, что его все боятся?

Аниас задумался и попытался объяснить:

– Понимаешь, Ярусь… Ярослава, мы, маги, ощущаем изменения магического фона примерно так, как рыбы ощущают колебания воды. Или даже сильнее. Так вот, сильную магию мы ощущаем словно круги на воде, когда камень бросят. И то сражение между магистром Рханэ и Инаром прочувствовали все. Это такая мощь… ну ты и сама видела. Естественно, в академии даже профессора понимают, что теперь им нечего противопоставить Инару.

У меня с детства был один образ непобедимого героя, о нем и спросила:

– А главный?

– Ты про министра Рханэ? – переспросил Аниас.

– Ну да, про него.

– А почему ты его так странно называешь?

Я пожала плечами, не объяснять же, что привыкла так его называть. Когда он к Верховной приезжал, все, уважительно понизив голос, говорили: «Главный прибыл», а под дверью Верховной начиналось курсирование навостривших ушки ведьм всех возрастов. Не дождавшись ответа, маг произнес:

– Нет, Рханэ если и не сильнее, то опытнее в сотни раз. К тому же его теща что-то намудрила с его защитой, и он практически неубиваемый.

– Ага! Ну спасибо, милый друг, за слова твои познавательные, за беседу дружескую да за откровенность… В общем, я пошла.

– Ярослава, – он удержал меня, – а что это за выражение на твоем хорошеньком личике сейчас промелькнуло?

Я вырвалась и хмуро ответила:

– Не переживай, Аниас, ты выживешь!

– А остальные? – скрывая смешок, спросил маг.

– Если повезет! – гордо ответила я и, не глядя на Инара, потопала в аудиторию.

Причем шла я спешно и торопливо, ибо нужно было сейчас же восстановить списки всех поклонников, дабы внести их в список ведьминского произвола!

* * *

Прибежала я вся злая и выстраивающая планы отмщения, распахнула двери, а там…

– Адептка Ярослава, – магистр Онтар Эльррис взирал на меня от доски, – вы опоздали!

– Прошу прощения, подобного более не повторится, – растерянно произнесла я.

– Естественно, – надменно ответил эльф, – так как в следующий раз вы будете дожидаться окончания лекции за дверью! Садитесь!

Ого! Хотя слыхали мы, что в Вечном лесу в Академии Света там с дисциплиной строго, но чтобы настолько…

Молча прошла к своему месту, села, чинно-благопристойно открыла единую ученическую тетрадь на шестой странице с конца и вывела: «Срочно и всем – восстановите списки ухажеров!»

Эльф, который в данный момент нудно зачитывал список каких-то ингредиентов, вдруг вздрогнул и удивленно посмотрел на меня. Я, сама невинность, уже открыла свободную страницу и писала под его диктовку. И тут Рогда повернулась с первой парты и сделала большие глаза. Пришлось с милой улыбочкой открывать тетрадь в конце, чтобы прочесть изумленное: «Ярослава, что происходит?»

Поспешила ответить: «Они маги, и этим все сказано. Нас планировали использовать в качестве накопителей энергии во время выпускных экзаменов! К этому времени явно собирались найти возможность обойти защитные амулеты, ну и… влюбленные ведьмы такие наивные бывают».

– Лысый черт! – раздалось с последней парты. Но Бажена тут же исправилась: – Прошу прощения, магистр Эльррис, я допустила ошибку в слове «масса», и это меня очень расстроило.