Стена между нами - Анни Кос

В дни, предшествующие первому испытанию, Дорнан тщательно изучил всё, что лхасси знали о будущих невестах. С особенной старательностью прочел записи о двух девушках, которые по мнению богов, более всего годились для зачатия наследников алти-ардере.

Такие разные внешне и совсем несхожие характерами. Одна — нежная и тихая, как горное озеро, немного испуганная, но полная веры в чудо. Вторая — та самая огненноволосая — дерзкая, упрямая, несгибаемая, ухитрившаяся проявить твердость воли даже оказавшись в новом, пугающем мире.

Разум советовал пойти по более простому пути, выбрав смирение и кротость, но сердце… О, коварное сердце неожиданно дрогнуло и потянулось к странному пламени внутри незнакомки. Самому себе Дорнан пояснил это банальным любопытством, возможно, стремлением помочь стиснутой догмами душе вырваться на поверхность и глотнуть свободы.

Первое же испытание расставило всё по местам. Лиан поднялась на вершину, и ослепительное сияние её чистой, незамутненной радости поразило алти-ардере. Казалось бы ничего не значащая победа преобразила девушку, на мгновение приоткрыв миру её настоящую суть. Прекрасную и неповторимую, как истинный облик самих ардере.

Дорнана укололо неожиданной завистью: хотелось, чтобы этот взрыв эмоций был подарен не наполовину затянутой туманами долине, а ему самому, существу из плоти и крови. Мужчине и, возможно, её будущему мужу перед богами и смертными.

Владыка мог бы поклясться, что расслышал в волнах тумана затихающий смех духов долины: нельзя ненавидеть? Вот и учи, мудрый и всесильный алти-ардере, пониманию и доверию ту, кто видит в тебе чудовище. Справишься — получишь в награду её любовь. Отступишь — будешь всю жизнь сожалеть об упущенной возможности.

Владыка не стал спорить, приняв вызов. Безропотно выслушал отказ второй своей избранной, позволив ей выбыть из состязаний. Не возразил, когда Кеган взял её в свой дом, дал разрешение на заключение брака. Их единственный с Микой разговор наедине отпечатался в памяти дуновением летнего ветра. “Духи говорили со мной, я знаю, что не нужна вам, — просто сказала она. — Как и вы — мне. Меня не надо спасать, мне нечему научить вас. У нас совершенно разные судьбы, но, если мне позволено высказать просьбу, то умоляю, будьте терпеливы со своей избранницей”.

Дорнан кивнул: о да, терпение и выдержка ему точно понадобятся. Одна только ночь после испытания в горах, полная лихорадочного бреда, стоила ему нескольких седых волосков. Лиан смотрела на него широко распахнутыми глазами, но видела перед собой лишь видения и пугающие образы, а шепот её с каждой минутой становился все тише и бессвязнее.

— Она уходит, — хмуро констатировал лекарь. — Еще несколько часов — и лихорадка убьет её, увы, я ничем не могу помочь.

— А магия? — хмуро уточнил Дорнан.

— Разве что вы умеете не только выдыхать пламя, но и поглощать его, — поджал губы старик.

Владыка коснулся лба девушки и скривился: разумеется, слабое человеческое тело не могло выдержать такого жара.

— Оставь так… так легче.

Она попыталась удержать его ладонь ослабевшими пальцами, но рука соскользнула, рыжие волосы упали на мертвенно бледное лицо. Он вздрогнул. Лиан не видела и не слышала его, но все равно звала на помощь. Бездна! Значит, надо хотя бы попытаться.

Сперва нити магии не хотели касаться избранной, потом осторожно оплели, всё время норовя распасться и исчезнуть: девушка не давала позволения трогать себя, но и не отторгала его воздействие полностью. Дорнан выдохнул, закрыл глаза и постарался забрать её жар, выпить пламя, текущее по венам. Минута, две, десять, казалось, ничего не происходило.

— Дыхание выравнивается, сердце бьется спокойнее с каждой секундой, — тихо заметил лекарь. — Не знаю, что вы делаете, но продолжайте. Не отпускайте её.

— Не отпущу.

Он сдержал слово. В тот вечер и во все последующие. Шаг за шагом, осторожно, почти на ощупь, искал путь к сердцу Лиан. Словно изменчивая луна, то скрытая в собственной тени, то сияющая на полнеба, она стала неотъемлемой частью его жизни. Манила и отталкивала одновременно, легко шла навстречу, но часто замыкалась в себе, оставаясь непостижимой загадкой.

Это будоражило. Дразнило. Разительно отличалось от привычного спокойствия и предсказуемости. Довольно скоро он поймал себя на мысли, что ему хочется просто быть рядом с ней, прикасаться к её коже, беседовать, ловить улыбки, вдыхать её спокойствие и знать, что отчасти, именно он — причина того, что она всё меньше боится прошлого, всё реже думает о ненависти. И, если боги не шутят, всё больше — о нем самом.

Игра перестала быть игрой, и тогда в душу прокрался страх. Дорнану не хотелось терять то хрупкое доверие, что выстроилось между ними. Если раньше он чувствовал себя уверенно и спокойно, направляя мысли Лиан в нужное русло, подталкивая к поиску правды, то сейчас осознал: истина может оказаться слишком противоречивой и болезненной. Рушить иллюзии следовало, предлагая что-то взамен, бить наотмашь, перекладывая камни сомнений на хрупкие плечи, казалось неправильным.

Лиан — не воин, не маг, не долгоживущий мудрец, она женщина. Выдержит ли она всю правду?

А потом пришли тревожные вести с севера — и всё остальное отступило на задний план. Жизнь стремительно понеслась вперед, совсем не оставляя времени на раздумья и сомнения.

Последние дни оказались для алти-ардере по-настоящему выматывающими. Старый враг, забытое эхо прошлого, вновь дал о себе знать. Словно дразнясь, он рассыпал по горным хребтам ложные маяки, то ли вызывая на бой, то ли напоминая о том, каким хрупким на самом деле остается их мир.

Два дня беспрерывных и бесплодных поисков, два дня без Лиан. Он заскучал по её сияющему взгляду и теплу прикосновений, надеялся провести сегодняшний вечер вместе.

Сердце заныло тоскливо и настойчиво, едва стражи передали вернувшемуся из дозора алти-ардере, что госпожа ушла через портал. Казалось бы, простая прогулка к морю не беда, он сам позволил ей пользоваться переходом в любое время. Но предчувствие толкнуло его последовать за ней.

Не найдя Лиан ни у портала, ни на берегу, ни над обрывом, Дорнан сменил облик и поднялся к небу. Мысленно активировал её метку избранной и, сильно удивившись направлению, полетел в сторону мыса.

Крохотную фигурку, сжавшуюся в комочек на самом краю обрыва, он рассмотрел за миг до обвала. Её отчаяние ударило по окружающему пространству искажением такой силы, что Дорнан чуть не упал на скалы. Несколько секунд — и оставленная без контроля магия обрушила настоящую лавину обломков глины и камня. На глазах обезумевшего от ужаса дракона океан превратился в грязное бурлящее болото. Человеческая фигурка мелькнула в воздухе и пропала, найти Лиан в этой смеси земли, воды и пены было невозможно, и Дорнан сделал то единственное, что мог: потянул её, отчаянно цепляясь за обрывки собственной магии.

Ему повезло, на мгновение Лиан мелькнула на поверхности. Он метнулся вперед, надеясь вырвать у волн их невольную жертву, но очередной вал увлек девушку на дно. Ардере рыкнул, разворачиваясь в воздухе для очередного захода, однако понял, что время раздумий вышло, и камнем рухнул в воду.