Ай-тере. Право на свободу - Ольга Валентеева

– Мне все равно, – ответил я. – Пусть идут на все четыре стороны.

Да, они были прекрасными помощниками для Кэтти. Да, я никогда не забуду их издевательств, но не хочу становиться убийцей. Чужими руками или своими – не все ли равно? И потом, им все равно влетит от Кэтти и ее родителей, когда мы решим все накопившиеся вопросы. Думаю, не просто влетит…

Сердце стучало быстро-быстро от одной мысли, что мы встретимся с Кэтти лицом к лицу. Я только надеялся не увидеть ее ай-тере, потому что они тоже успели стать чудовищами. А может, были ими изначально? Поэтому я был благодарен Ари. Ее прохладная ладошка крепко сжимала мою руку, даря уверенность в том, что поступаю правильно. Я действительно решил не мстить. Но Кэтти-то об этом не знает…

Нас высадили у высокой каменной арки. За ней начинался Северный квартал. Это место, куда обычные люди старались не ходить даже днем. Моя матушка часто напоминала, что здесь живут отморозки и нелюди. А как по мне, «отморозки и нелюди» обитают в богатых кварталах Тассета. И щеголяют приставками «ле», «ди» и «эо».

Мы с Ари спрятались в тени арки. Здесь было совершенно безлюдно. Пару раз кто-то проходил мимо, но нас не замечали за ветками кустарника. Сколько точно ждать, мы не знали.

– Вот все и свершится, – тихо сказала Ариэтт.

Я только кивнул. Сейчас! Или никогда.

Прошло около часа, когда в конце квартала появилась Кэтти. Она бежала, а за ней гнались ай-тере – бурые волки, трое. Странно, как они встретились? Или это все же семейное? Впрочем, волк – распространенное животное среди ай-тере.

А я впитывал страх Кэтти. Запечатлевал в памяти скривленный в крике рот, сбивчиво вздымающуюся грудь, растрепанные волосы, покрасневшее потное лицо. Она бежала к спасению – так ей казалось. И никак не ожидала, что я шагну навстречу. Волки тут же остановились, но не убежали, а остались неподалеку, наблюдая за нами. С Ари мы договорились, что она не будет вмешиваться и останется за аркой.

– Здравствуй, Кэтти, – сказал я.

– Ты! – уткнулся в грудь пальчик с длинным ухоженным ногтем. – Это все ты!

– Я – что? – спросил холодно.

– Задумал все это.

– Не понимаю, о чем ты, – ответил спокойно, а Кэтти все больше краснела. Как бы удар не хватил раньше, чем договорю.

– Мои ай-тере…

– В порядке. Думаю, вернутся к тебе к утру. А пока твоя жизнь – в моих руках. И как, приятно чувствовать себя беспомощной, Кэтти?

Я ощущал, как когти удлинились на руках. Кэтти тоже это заметила, выпучила глаза и тихо заскулила. О да! Ей было страшно. Так же, как и мне, когда она сначала раз за разом втаптывала меня в грязь в колледже, а затем убивала в своем доме. Злость поднялась волной.

– Ты не посмеешь. – Ее хорошенькое правильное личико исказилось.

– Не посмею – что? – уточнил я.

– Причинить мне вред, – заявила та. – Ты слабак. Ничтожество. Пустое место.

– Боюсь, ты ошибаешься. Здесь есть лишь одно ничтожество, и это ты. Знаешь, я хотел сказать тебе одну вещь. Когда причиняешь кому-то боль, помни, что рано или поздно она вернется к тебе. Я не желал тебе зла, когда стал твоим ай-тере. Но ты сделала все, чтобы мечтал тебя уничтожить. Но я прощаю тебя, Кэтти. Благодаря тебе у меня получилось по-другому взглянуть на жизнь. На моих друзей, на мир вокруг. Я стал сильнее. И мне больше не страшно.

– Ты мразь! – закричала Кэтти и кинулась на меня.

Я ударил ее рукой по щеке, забыв о когтях. На белой коже остались четыре глубокие кровавые полосы. Кэтти взвыла, схватилась за щеку, а я обернулся барсом, зарычал и прыгнул. Не на нее, нет. Рядом. Но Кэтти рассудила, что хочу ее убить. Она глухо всхлипнула и бросилась прочь, прямо в арку. Я побежал за ней, но не для того, чтобы догнать, а потому что там была Ари. Кэтти завизжала, подхватила юбки и помчалась вперед, оставив на асфальте туфельку. А я снова стал человеком.

– Как ты? – шагнула ко мне Ари.

– Знаешь… – Я провел ладонью по лицу, убирая волосы со лба. – Думал, что мне станет легче, если ей отомщу. Так вот, это вздор. Легче не стало. Даже если бы я сейчас растерзал ее на части – не стало бы.

Ари обняла меня. Я опустил голову ей на плечо, и мы замерли, чувствуя, как постепенно уходит напряжение этого безумного вечера. Вот и все. Я свободен.

– Мы проводим вас домой, – подошел к нам незнакомый парень, за ним следовали еще двое. Видимо, те самые волки. Да они же тройняшки! И все трое ай-тере. Бывает же…

– Северный квартал – не то место, где стоит находиться ночью, – добавил его брат. – Хотя бы выведем в оживленный район.

– Спасибо, – ответил я.

– Ваши деньги, – усмехнулся третий.

Да уж, все оплачено. Пешком до дома Деи было далековато, но я использовал это время, чтобы собраться с мыслями. Они кружили в голове, терзали разум. Теперь уже я сжимал руку Ариэтт, потому что мне нужен был якорь для связи с реальностью. Кэтти в прошлом. Да, ее призрак все еще тревожит, приходит во сне, но я наконец-то понял, что все закончилось. И, думаю, оставил ей на память пару шрамов. А если Кэтти решит подать на меня в суд, с десяток человек подтвердит, что я в это время был дома.

Когда до особняка эо Фейтер оставалось пройти всего квартал, мы распрощались с волками. Они приняли свою животную ипостась и помчали прочь, а я на миг остановился.

– Что такое? Все хорошо? – тут же встревожилась Ари.

– Да, – ответил тихо. – То есть… нет.

Как я сразу не понял? Не заметил?

– Эжен? – Ариэтт вглядывалась в глаза, пытаясь найти ответ, а я прижал руку к груди. В сердце будто вонзили ледяную иглу.

– Дея, – сказал едва слышно. – Я ее не чувствую. Совсем.

И бросился бежать. Ариэтт помчалась за мной. Что случилось? Как такое могло произойти? Ведь все было спокойно. Ни следа ее тревоги, ни отголоска страха. Может, дело в том, что я сам был на эмоциях? И мои чувства заглушили ее? Или и вовсе принял страх Деи за свой собственный? Я обернулся и понесся вперед. Барс быстрее человека. А когда увидел распахнутые настежь ворота, и вовсе забыл, как дышать. Помчался туда, желая растерзать любого, кто попадется на пути. Только бы Дея была жива! Только бы…