Особый случай - Екатерина Васина

– Замерзла? – обеспокоенно спросил Рейн. – От воды холодно. Хорошо, что я взял накидку.

Он потянулся, доставая ее, и укутал мои плечи. Еще и обнял, притягивая к себе.

Я немного оттаяла. Заботливый. Внимательный. И разве я сама готова полностью вручить ему свое сердце? Чего тогда от него жду? Время покажет, во что выльются наши отношения.

А вот про владелицу вещей я все-таки выясню. Пусть не у Рейна, так у команды. Да хоть у того же кока, ведь провожу много времени на камбузе, найду повод завести разговор. Мне необходимо знать правду. И получить подтверждение, что в тех отношениях действительно все в прошлом. Иначе не смогу быть с Рейном. Просто не смогу.

Придя к такому решению, я успокоилась и обрела душевное равновесие, окончательно расслабившись в таких сильных и надежных объятиях.

Капитан не выпускал меня до самого берега. А там взял на руки, чтобы не замочила ноги, и донес до ближайших деревьев в тень. Местные жители стали помогать выгружать дары. Было видно, что они знакомы с прибывшими пиратами и ни капли их не боятся.

– Вы всегда столько привозите или это из-за того, что мы приплыли по делу? – стало любопытно мне.

– Не в моих правилах приезжать с пустыми руками. А сегодня да, ты права. Сама посуди, с просьбой лучше обращаться после того, как вручишь дары. Чтобы тебе сами не назначили цену за помощь, – уже тише и себе под нос добавил Рейн последнюю фразу.

На мой вопросительный взгляд он лишь беспечно улыбнулся.

Остров и правда оказался зеленым. Очень зеленым, с многочисленными ручьями и озерцами с пресной водой.

Мы продвигались вглубь острова на местных лошадях. Я впервые видела таких: небольшие, но очень крепкие, с короткими гривами и забавной пестрой масти. Наш жеребец легко вез меня и Рейна.

– Не видела раньше таких, – проговорила тихо.

– Разерта приложила руку к их появлению. Говорят, с помощью магии скрещивала разные виды. Эти лошадки отлично плавают, могут много дней обходиться без воды, едят все подряд.

– Зачем такие лошади на мирном острове?

– Разерта загадочная личность, – уклончиво сказал Рейн.

А я заподозрила, что он и сам не знает ответа. Ну сотворила и сотворила. Она же наполовину эльф, наполовину наяда. И те и другие с животными легко находят общий язык, как и с природой.

Тропинка, по которой мы ехали, едва угадывалась, но не пропадала. Я вертела головой, все больше округляя глаза. Зверей и птиц здесь было так много, что отовсюду доносились шорохи, писки, шуршание. Птицы точно соревновались, кто громче споет. Даже в ушах слегка зазвенело.

– Странно, – прошептала себе под нос.

Рейн услышал и чуть сильнее сжал руку на моей талии, как бы подбадривая продолжать.

– Я что-то чувствую, – проговорила осторожно. – Раньше бы сразу сказала, что именно. Но сейчас мне не хватает сил. Могу только сказать, что этот лес отражает душу Разерты. Так?

– Ну… она сделала остров красочнее.

– Чересчур красочнее, пожалуй.

– Что именно тебя тревожит?

– Не знаю, но что-то не то…

– Разерта со странностями, но у нас с ней хорошие отношения. Так что тут мы в безопасности. Ей выгодно со мной общаться, я ей помог в свое время. Ты просто нервничаешь.

А я… я вдруг поняла, что сжимаю кулаки. Он успокаивает меня как ребенка! Не верит? Верит этой колдунье, а мне – нет?!

Защипало глаза, начали скапливаться слезы. Я осторожно сморгнула их, чтобы не заметил Рейн. Все хорошо, это просто нервы.

– Арлиса…

– Все мой дар. – Я сглотнула, загоняя слезы внутрь. – Точнее, нарровы руны, что заблокировали его. Потому сейчас ощущение, что я вслепую пытаюсь определить, какого цвета кошка. А та не стоит на месте, а бегает.

– Все хорошо, Огонек.

От его голоса стало теплее. И чего я, правда, так реагирую? Есть прошлое, а есть и настоящее. И это настоящее – наше общее.

Я прижалась спиной к теплой груди капитана и прикрыла на несколько секунд глаза. Птичье пение разрывало уши. Слишком громкое и хаотичное.

– Рейн! Морской Демон пришел проведать несчастную девушку?

Голос раздался откуда-то справа. Птицы сразу замолкли, а Рейн ответил. Громко и весело:

– Разерта, кто тут несчастная? По мне – так весьма и весьма богатая и красивая девушка в расцвете сил.

– Льстец! Ты всем женщинам говоришь такое?

– Только тебе, дорогая, только тебе.

– А той, что сидит с тобой в обнимку?

Я ногтями вцепилась в руку Рейна, но тот не шелохнулся. Зато зашевелились кусты сбоку, выпустили из зеленых объятий высокую и стройную женщину.

Так вот она какая… Разерта. В ней все было слишком. Слишком черные блестящие волосы кольцами падали на спину и плечи и поддерживались венком из цветов. Слишком белоснежная кожа, особенно ярко выделяющаяся на фоне волос и бледно-зеленого платья из тонкой ткани, с длинными разрезами на юбке, с поясом из кожи.

Но у меня побежали мурашки не от ее дикой красоты, в которой смешалась эльфийская и наядская привлекательность. Глаза… Теперь я поняла, почему пираты так не хотели встречаться с Разертой. Ее глаза выдавали то, что творилось внутри. Миндалевидные, с почти черной радужкой, в то время как сам белок – мутно-желтый. Такой нездоровый цвет, с прожилками сосудов.

Я сглотнула и постаралась дышать ровнее.

– Эта девушка для меня особенная, – ответил Рейн.

– Ты даже не представляешь, насколько она особенная… – Ведьма впилась в меня взглядом, как будто видя насквозь. Я еле заметно выдохнула, когда она перевела свои жуткие глаза на моего спутника. Губы ведьмы скривились в улыбке. – Или представляешь?

– Давай поговорим об этом в доме. Позволь лучше преподнести тебе дары, – ушел от ответа капитан, давая знак местным с груженными кладью лошадьми приблизиться. Во время нашего разговора они стояли на почтительном расстоянии.

– Ты меня, как всегда, балуешь, – кокетливо произнесла ведьма.

«Как всегда?» – повторила я про себя, а в душе шевельнулся червячок ревности. И тут же вздрогнула от слов Разерты, которая, как оказалось, все замечает:

– Нервничаешь, что твой мужчина мне богатые дары принес? Шелками и золотом любовь не заменишь. Цени то, что у тебя есть.

Мы сцепились с ведьмой глазами, и вдруг она расхохоталась.

– Но ты и сама это знаешь. Вижу, что шелков и золота в твоей жизни было в избытке, а ты сбежала, усомнившись в любви. Зря. Любит он тебя. Любит. Насколько способно его ледяное сердце. И зовет обратно. Даже я здесь услышала его зов. Может, вернешься?