Белое и черное - Георгий Герцовский

– Во что поверила, Нерти? – спросила эльфийская колдунья, которая в течение всего рассказа Демьяна не спускала с него глаз – то ли внимательно слушая, то ли опасаясь подвоха. А скорее всего, и то и другое.

– Поверила в то, что такое возможно. Ты помнишь, как выглядел Эккеворт? – обратилась Нертус к человеку.

– Да, очень хорошо помню, – ответил Демьян, стараясь не встретиться с ней взглядом.

– Превращайся. – Она сказала это так спокойно, как говорят, когда решение принято, и принято беспрекословно.

– Что? – Демьян поднял удивленный взгляд.

– Нертус, что происходит? – спросила колдунья.

– Превращайся в моего мужа, – велела Нертус, – в Эккеворта. Сейчас.

Скогур направилась к королеве, желая что-то сказать, – ведьма уже поняла, что задумала подруга. Нертус вскинула руку, останавливая возражения.

– Не надо мне ничего говорить, Скоги, – спокойно сказала королева, – я знаю, что делаю. Завтра альтинг. Главам древ нужен Эккеворт. А Гровенгридлю – хороший король.

Скогур-Норти остановилась и медленно опустилась на другое корневище дерева. Казалось, ноги перестали ее держать, настолько она была потрясена.

Когда Демьян превратился в Эккеворта, Нертус отломила кусок коры Вяза Отшельника и велела съесть.

Надо сказать, что почти все деревья в эльфийском лесу имели имена. Самым древним и почитаемым, конечно, был Большой Платан, росший на главной поляне. Что касается Вяза Отшельника – он вырос как-то сам по себе и, как и следует из его имени, раскинул корявые ветви на самом краю эльфийского леса – поодаль от остальных деревьев. Именно у его корней и был захоронен отец Эккеворта – король Лоутарайтур Второй. Многие из деревьев в Гровенгридле обладали волшебными свойствами – было таковое и у Вяза.

– Зачем это? – спросил Демьян, тщательно пережевывая древесину.

– Это необычный вяз. Теперь даже я с трудом смогу отличить тебя от Эккеворта. Даже свечение твое будет таким же. Остальные эльфы и подавно не увидят между вами разницы.

– Нет, я спросил, зачем нужно выглядеть, как твой муж?

– Гровенгридлю нужен хороший король – мудрый и справедливый. Такой, каким был Эккеворт. Я для этой роли не гожусь. А ты справишься.

Раздался голос эльфийской ведьмы:

– А знаешь, Нерти? Может, ты и права… Да, черт возьми, это умно́, и мне это нравится! А ты, – обратилась Скогур к новому Эккеворту, – смотри у меня, чертов тролль! Я с тебя глаз не спущу! Оправдай доверие, если ты и вправду переродился! И завтра на альтинге скажешь, что ты одолел самого Черного тролля!

– И это правда. Так и есть, – ответил Демьян.

– С возвращением, ваше королевское величество, – в голосе Нертус не было иронии, только грусть. – Твори добро, учи других находить в себе Свет – это и станет твоим искуплением. Понимаю, ты хотел снова стать человеком, а придется жить в образе эльфа, но тут уж ничего не поделаешь.

– Ничего, эльфом тоже сойдет, – улыбнулся Демьян, – главное, не демоном и не чудовищем. Только я, наверное, не смогу… Спасибо, конечно, за такую огромную честь, но ведь я… – Он поднял глаза на Нертус, но она приложила палец к своим губам, показывая, чтобы он не продолжал.

– Я знаю все, что ты сделал… – тихо сказала она, – но поступки – лишь шаги: плохие ведут вниз, во тьму, хорошие – к свету. Но даже шедший вниз может попасть в восходящий поток и вознестись выше звезд. Считай, что тебе повезло…

– И последние станут первыми, – прошептал Демьян.

– Да будет так.