Братство талисмана - Клиффорд Саймак

Сопровождаемый демоном, Данкен вернулся к костру. Диана, Мэг и баньши сидели чуть в сторонке. Эндрю растянулся на земле у огня, накрылся овечьей шкурой и, судя по храпу, погрузился в сон. На коленях у Дианы лежал кусок черного бархата.

– Смотрите, что получила Диана, – хихикнула Мэг. – Покажи им, девочка, что тебе подарил Шнырки.

Данкен перевел взгляд на Диану. Та улыбнулась, глаза ее сверкнули в свете костра. Она осторожно развернула бархат, и блики пламени отразились от длинного лезвия, а самоцветы на рукояти заискрились мириадами огоньков.

– Я сказала ему, что не могу принять такой роскошный подарок, – проговорила Диана, – но он настоял на своем.

– Гоблины хранили этот клинок как святыню, – подала голос Нэн. – Не думали не гадали, что однажды он попадет в человеческие руки. – Баньши передернула плечами. – С другой стороны, ни гоблину, ни кому другому из нас в одиночку его даже не поднять.

Данкен опустился перед Дианой на колени и протянул руку к мечу.

– Можно? – спросил он.

Диана кивнула. Юноша провел пальцами по лезвию – чуть ли не благоговейно, как будто притронулся к великой драгоценности.

– Данкен, – позвала тихо Диана, – Данкен, мне страшно.

– Страшно?

– Да, я боюсь меча. Шнырки не сказал мне, кому он принадлежал...

– Значит, так и надо, – отозвался Данкен, подобрал бархат и вновь обернул клинок. – Воздух сырой, ночь холодная, а с таким оружием следует обращаться бережно. – Он повернулся к Мэг. – Матушка, я хочу тебя кое о чем спросить. Ты как-то на днях рассказывала нам о плаче по миру. Нельзя ли поподробнее?

– Я рассказала все, что знала, милорд.

– Ты упомянула, что на свете несколько подобных мест. Насколько я понял, ты считаешь, что одно из них как раз на болоте?

– Так мне говорили.

– А кто плачет?

– Женщины, милорд. Кому еще плакать, как не им? Разве у них мало поводов оплакивать судьбу?

– Их никак не называют?

– Не знаю, милорд, – произнесла Мэг после некоторого раздумья. – Лично я никогда не слышала, чтобы их как-то называли.

– А ты? – справился Данкен у Нэн. – Может, то не женщины, а баньши?

– Нет, – возразила Нэн. – Баньши нет дела до всего мира. Мы оплакиваем лишь тех, кто сильнее всего в том нуждается.

– Тогда вам тем более пристало оплакивать весь белый свет, который задыхается под бременем несчастий.

– Может быть, – согласилась Нэн, – но мы плачем дома, в обжитых уголках – о женщинах, что остались без мужей, о голодных детях, о нищих стариках и тех, кого забрала смерть. Нам просто некогда плакать обо всех. Мы садимся на крыши убогих хибар, негодуем на тех, кто причинил зло, горюем...

– Понятно, понятно, – перебил Данкен. – Иными словами, о мировой скорби тебе ничего не известно?

– Только то, о чем уже сказала ведьма.

Позади Данкена послышался шорох.

– О какой такой скорби речь? – осведомился подошедший Шнырки.

– Демон утверждает, что на болоте кто-то плачет, – ответил Данкен, повернувшись лицом к гоблину.

– Он прав, – заявил Шнырки. – Я и сам частенько слышал. Однако с какой стати вас это заинтересовало?

– Царап сказал мне, что знает путь через болото.

– Что-то мне сомнительно, – пробубнил гоблин, состроив гримасу. – Всегда считалось, что болото непроходимо.

– Считалось или известно наверняка?

– Какой дурак рискнет проверять на собственном опыте? Вы как хотите, а у нас таких глупцов не водится.

– Что ж, – хмыкнул Данкен, – тогда полюбуйся на меня. Я попробую перейти болото.

– Вы погибнете.

– Какая разница, как погибать? Путь к реке преграждают Злыдни. Выходит, остается болото.

– А Орда на дальнем берегу?

– Ты же сказал, что, по словам Призрака, она движется на север. Если так, встреча с нею нам не грозит.

– Те, что у реки, начали затягивать сеть, – проговорил Шнырки. – Они надвигаются с востока. Мне донесли, что кто-то угодил в расставленные нами ловушки.

– Тем паче стоит попытать счастья на болоте.

– Злыдни у реки наверняка знают о том, что вы здесь, иначе они не снялись бы с места, а раз так, об этом, скорее всего, пронюхали и те, что сторожат болото.

– Однако они вряд ли предполагают, что мы отважимся пересечь трясину.

– Ступайте! – воскликнул гоблин, всплескивая руками. – Ступайте куда вам вздумается. Что толку вам советовать, если вы не желаете меня слушать?

– Извини, – сказал Данкен, – но твой совет не оставляет нам возможности спастись, а на болоте может случиться всякое. В общем, я иду. Со мной пойдет демон – он будет указывать дорогу – и, вероятно, Конрад.

– И я, – прибавила Диана. – Когда будет готов тот костюм, о котором ты упоминал? – спросила она у Шнырки. – Не могу же я лезть в болото в этом платье.

– К рассвету, – отозвался гоблин. – Думаю, портные успеют.