Подразделение 000 - Сергей Костин

На другом конце вспаханного поля пришлось распрощаться с спецмашиной и продолжить преследование Объекта самостоятельно.

Не обращая внимания на удивленных налогоплательщиков, в этот поздний час решивших вернуться с работы домой, я гордо прошагал пару десятков кварталов и остановился напротив кованых проходных шлюзов.

– Зоопарк, – с непонятной для себя радостью прочитал я красную табличку на шлюзе, – Эй, в Милашке! Вы слышите меня? Объект где-то здесь. В зоопарке. Я чувствую это.

Из связь-козырька послышались восторженные крики команды и не восторженное предупреждение Директора, что до коронации осталось чуть меньше часа.

– Вызывайте сюда его гвардию, – завопил я, пытаясь бесплатно перелезть через пропускной шлюз. Долбануло так, что я решил заплатить. А так как платить было нечем по причине отсутствия кошелька и магнитных брюликонакопителей, пришлось привлечь Милашку и ее пробивной характер. Разворотили ворота так, что любо дорого посмотреть.

– Куда, майор? – заволновался Директор, выглядывая из боковой башни.

Я крутанулся на пятке и безошибочно показал направление.

Спецмашина подразделения 000, объезжая фонтаны и плюющихся водой дельфинов с веслами, пыхтела сзади. Прибывшая делегация из посольства плелась следом. Чуть в стороне от основного маршрута перебегали от вольера к вольеру ребята в черных контактных линзах.

– Полчаса, – практически простонал Директор, сдергивая обертку с валидоловых пластырей, – Где он?

Я эффектно обогнул угол и встал в позу стреляющего Амура. Вместо лука и стрел растопыренные пальцы:

– А вот и принц!

В человеке всегда есть шестое чувство. И как бы он ни старался спрятать его, оно всегда пробьется сквозь толщу предрассудков и непонимания. Я стоял посреди зоопарка, простой голый человек, и спинным мозгом чувствовал, что позади меня находится Объект. Называйте это чудом. Я разрешаю.

Из Милашки по эскалатору скатился Боб, встал рядом, вяло улыбнулся и спросил:

– А какой из них?

В просторном вольере, среди деревьев, кустов и голодных тигров, прогуливались взад-вперед около полусотни диких, мохнатых обезьян.

Сознание мое слегка пошатнулось. Если и была в мире несправедливость, то вот она, прямо перед глазами. Неужели Объект не мог выбрать вольер, предположим с жирафами? Или с кроликами? Почему он залез именно сюда?

– Герасим?! – не стон, а тихая просьба уничтоженного человека, – Герасимушка, выручай.

Не надо ждать, когда придет спасатель подразделения 000. Спасатель сам знает , когда ему приходить. Герасим, скидывая на ходу комбинезон, уже бежал к обезьяньему вольеру. Перед тем, как протиснуться сквозь прутья, он на мгновение замер, обернулся, откинул в сторону ненужный материал и улыбнулся улыбкой человека, который вернулся к природе.

Отпихнув в сторону разинувшего было пасть тигра, он прошел на середину каменной площадки, постоял несколько мгновений, осматриваясь, и разжал кулак. И весь мир увидел в руках русского спасателя початую пачку Беламора.

– Мм? – предложил он величественным жестом дармовую сигарету всем присутствующим обитателям.

Второй номер тоже было дернулся, но я его вовремя остановил.

– Не сейчас, Боб. Смотри, как работают настоящие профессионалы.

Из праздно шатающейся толпы обезьян отделилась фигура, не менее волосатая, чем Герасим, и подошла к нему.

– О! – сказала не менее волосатая обезьяна, – Блек мор кенал? Вери Гуд!

И вытащила из пачки сразу две папиросы.

– Вери гуд! Вери гуд! – закричали за нашими спинами дипломатические работники.

Волосатая обезьяна крепко обняла Герасима за волосатые плечи, обернулась к прогуливающимся между голодных тигров обезьянам и, издав совершенно непереводимый вопль, прокричала:

– Вери гуд, джунгли!

И все обезьяны, от мала до велика, и даже волосатый Герасим, ответили хором:

– Вери гуд, Тарзан!

Дипломаты тут же, не откладывая в долгий ящик, короновали нового короля, и укатили вместе с ним в теплые страны. А мы остались в зоопарке. Искать ушедшего в природу Герасима.