Разлученные души - Терри Гудкайнд

Вопрос явно напугал ее.

Всматриваясь в чарующие зеленые глаза Кэлен, заметив призрак определенного опыта, омрачивший ее лицо, он понял, что ей все-таки пришлось взять в руки его меч.

Он знал, каково это. Знал досконально.

– Убивать полулюдей – не то, что убивать обладающих душой, – мягко сказал Ричард.

Кэлен понимающе кивнула. Отныне и она это знала.

– Не понимаю, как ты умудряешься сохранять рассудительность, держа меч, – призналась она.

– Не то? – вдруг вмешался Зедд, приподняв руку и чуть подавшись вперед, чтобы посмотреть на каждого из них. – Что значит «не то»?

– Когда этим мечом отнимают жизнь, – начал Ричард, – он, осуществляя твою волю, берет свою особую плату. Отнимая жизнь, он приносит боль. Но праведный гнев защищает от боли. Используя меч для убийства, я отделяю душу от тела, с которым она связана, и тем самым отделяю жизнь от смерти. Однако у полулюдей нет души, поэтому использование меча не делает тебя виновным в разрушении Благодати и его ярость ничем не сдерживается. Он не причиняет боли, и твоя ярость становится безумной.

– Виновным? – переспросил волшебник. – О чем ты?

Ричард ненадолго задумался, подбирая слова.

– Ну… существует своего рода давление, сопротивление, уменьшающее твою решимость убить. Души людей стараются остаться в этом мире, и это их стремление противится переходу границы между жизнью и смертью. В то же время на краю сознания всегда сохраняется мысль о святости жизни. И пусть стремление убивать необходимо, чтобы уберечь жизни невинных людей, осознание душами того, что они отправляются в мир мертвых, и твое собственное врожденное благоговение перед жизнью создают растущее сопротивление тому, что необходимо сделать. Ведь меч создал человек, наделенный душой, с тем же врожденным внутренним сопротивлением насилию – его-то он и вложил в клинок. Но убивать бездушных полулюдей… пусть это все равно убийство, да и внешне они очень похожи на людей, ничто не сдерживает ни ярость меча, ни твой собственный гнев. Ты не отправляешь души в преисподнюю. Поэтому сражаться с полулюдьми – все равно что погружаться в бездну безумия, где есть лишь безграничное наслаждение кровопролитием, подпитываемое магией. И ты, и меч можете вволю убивать, не испытывая этого заложенного в вас сопротивления. Ты ведешь бой с невосприимчивостью к чувству вины. И в итоге твоя ярость, ярость меча, переходит на совершенно иной уровень. Это сразу и страшно, и великолепно. – Он не отрывал взгляда от Кэлен. – Ты брала в руки меч и пережила это, а значит, знаешь, о чем я.

Когда та медленно кивнула, Ричард понял, через что ей пришлось пройти.

– Командующий Фистер, – сказала Никки, нарушая воцарившуюся тишину, – не могли бы вы отвести Айрин и Саманту и накормить их тушеным мясом, которое вы приготовили? Они долго дежурили тут, чтобы помочь при необходимости. Но теперь Ричард пришел в себя, и они наконец могут спокойно поесть. Пусть лучше поедят сейчас, позже может понадобиться их помощь.

Тон колдуньи ясно давал понять командующему, что это приказ и она ждет его немедленного выполнения. Поэтому он просунул большую ладонь под руку Айрин и поднял волшебницу на ноги.

– Прошу, дамы! Позвольте угостить вас тушеным кабаном, – сказал он, весело уводя их. – Я лично помогал готовить. Мы добавили к нему кролика, пряности, грибы, растущие на пнях, болотный шпинат и немного жирных улиток из ручья. Мне бы очень хотелось, чтобы женщины оценили мои кулинарные способности.

– Ну, я… я действительно с удовольствием бы… – Айрин запнулась, оглядываясь на Ричарда, надеясь на его вмешательство. Но тот лишь улыбнулся, понимая, что ей действительно нужно поесть.

– Пойдемте скорее, – добавил командующий, увлекая ее за собой. – Буду польщен, если вы первая попробуете и выскажете свое мнение, пока мы не подали его остальным. Саманта, идем, тоже попробуешь вместе с мамой.

Девушка замерла, разрываясь между Ричардом и матерью. И после секундного замешательства побежала догонять Фистера.

– Да, пожалуй, отведаю, – пробормотала уводимая прочь Айрин, оглянувшись через плечо. Ее лицо просветлело. – Я попробую этого вашего кабана, чтобы убедиться, что блюдо готово, а затем принесу еду Ричарду. Он нуждается в пище больше любого из нас.

– Хорошая мысль, – одобрил Фистер. – Сейчас наполним тарелку и посмотрим, что вы скажете.