Грани страха - Григорий Шаргородский

– Нет, Акарханар – видный воин, но в его жилах течет сильная кровь, и я не могла позволить ей смешаться с моей.

– Почему?

– Если в священном браке рождается сильный шаман, то его воспитывает отец, а не мать.

– И что в этом плохого? – искренне удивился я.

Орчанка обожгла меня свирепым взглядом.

– Мать шамана, воспитанного отцом, – всего лишь тень своего мужа и кормилица сына. А если шамана и тем более душелова воспитает мать, она получит право входить даже в совет старейшин. – Чуть подумав, Зарха добавила: – Если заслужит это право умом и достойно прожитой жизнью.

– Ну, о пожеванном муже наверняка уже знает вся степь, теперь тебе точно ничто не мешает стать полноправной матерью.

– Да, – как-то без радости ответила орчанка. – Но в племени есть только три воина, способных зачать шамана, и один из них – мой бывший муж. А к другим не подпустят их жены. Но как только найду подходящего самца, меня ничто не остановит.

При этом Зарха так странно посмотрела на меня, что, не знай я о невозможности смешанного потомства, наверняка испугался бы.

Я поспешил сменить тему, и дальше мы говорили о всяких пустяках. Зарха рассказывала о традициях своего клана и племени орков вообще, а я делился информацией о Вадарак-ду. Интуиция подсказывала, что о другой реальности лучше помалкивать – мало ли как на это отреагируют орки. Единственное, чем я позволил себе поделиться с Зархой, так это сказками из другого мира. Истории нашли живой отклик в незамысловатой душе степнячки, и она слушала их с широко раскрытыми глазами.

Как раз за рассказом о приключениях Золушки нас и застал прилетевший сквозь заросли кустов звук удара деревяшки по металлическому диску – нам принесли еду из главного стойбища.

– Побудь здесь, я скоро, – сказала орчанка и, не дожидаясь согласия, убежала по тропинке.

Можно, конечно, пообедать и здесь – главное, чтобы мое долгое отсутствие не разозлило Мирана. Впрочем, насмотревшись на непроглядную тоску Йохана и вечное недовольство других телохранителей, старый гарпунер впал в перманентное ворчание и, кажется, забыл даже о необходимости постоянно охранять Сынка. Как по мне, он был прав – орки сами неплохо справлялись с охранными функциями.

Через пару минут Зарха вернулась с небольшим котелком и котомкой, которую тут же отложила в сторону. При этом в глазах орчанки проявилось какое-то странное беспокойство.

– Зарха, что-то случилось?

– Нет, с чего ты взял?

– Показалось, – проворчал я и решил не давить на нее.

Орчанка передали мне котелок, в котором уже находилась ложка, а сама вытащила из поясного кошеля довольно странную ложку, у которой вместо ручки была трубочка.

Странно, в этот раз орчанка решила поесть не отворачиваясь.

Зарха зачерпнула ложкой немного супа из котелка. Затем просунула трубчатую ручку в дыхательное отверстие маски и начала пить суп через трубочку.

Не то чтобы неприятное зрелище – просто вызывающее жалость к бедняжке. Это если не вспоминать, что именно стало причиной появления маски на ее лице.

Внезапно Зарха поперхнулась и явно пролила суп внутрь маски.

И такое уже было.

Обычно она тут же бросалась к водоему, но сейчас посмотрела на меня и сказала:

– Пойдем, я умоюсь, там ты и закончишь свою историю.

Понимая, что нормально поесть мне не дадут, я быстро выпил суп прямо из котелка, благо он был негорячим. Мясо доедал уже на ходу.

Временами оглядываясь, Зарха повела меня к колодцу с лестницей. Сторожившие вход орки равнодушно посмотрели на нас и вернулись к несению охранно-сторожевой службы. В отличие от людей, они все время проводили наверху, днем обходили окрестности дозором, а ночью попеременно спали в шатре, разбитом внутри периметра из тотемных столбов.

Поведение Зархи становилось все более странным. Она спустилась на первый подземный уровень, но не сошла на площадку, а продолжила движение вниз. Когда свет сверху был окончательно поглощен подземным мраком, Зарха достала из котомки светящийся шар. Стало намного удобнее.

Второй подземный уровень ничем не отличался от первого, а вот третий был довольно примечательным. Винтовая лестница упиралась в пол, а это значит, что мы достигли дна подземного комплекса.

Сойдя с лестницы, Зарха повернула направо и провела меня через две комнаты. Дальше шел обширный зал, в котором шумел небольшой водопад.

Так вот куда стекала вода из ручья! Наполовину скатываясь по камню, наполовину пролетая каплями по воздуху, вода падала в небольшой пруд, а затем по канавке уходила к сливному отверстию в углу помещения.

В отличие от других комнат, все стены в этом зале украшали резные барельефы с изображением пляшущих женщин. Две статуи полуобнаженных женщин стояли в дальних от входа углах по обеим сторонам от водопада. Кто-то то ли испортил, то ли дополнил эти изваяния. Каменную поверхность измазали зеленым, а на лица статуй надели маски, явно имитирующие внешность орчанок.

– Я быстро, – хриплым от волнения голосом сказала Зарха и опустила свою котомку на пол. Светящийся шар она положила сверху. А затем орчанка быстро сбросила с себя не самую скромную одежду и шагнула под струи водопада.

Первый раз вижу такой способ умываться.

От вида изогнувшейся под струями воды девушки у меня пересохло во рту. А что вы хотите? Практически классический сюжет для видеоэротики – красавица в душе. А то, что она орчанка, так разница не такая уж большая.

Тут же проснулась интуиция. В этом мире меня уже дважды соблазняли, и закончилось это не очень хорошо. Хотя как посмотреть – мне ведь как-то удалось выжить.

Завершив свою эротическую инсталляцию, Зарха повернулась ко мне:

– Не хочешь присоединиться?

Вспомнив температуру воды в верхнем ручье, я зябко поежился, хотя в плаще мне было тепло и комфортно. Но это в плаще.

– Нет, мне и так хорошо.

Орчанка повела плечами и вышла на сухой пол, затем встряхнулась и потянулась. Капли воды стекали по… Так, все, хватит.

– Зарха, а ты ничего не хочешь мне сказать? – усилием воли согнав с себя наваждение и для убедительности зло сузив глаза, спросил я.

– Ты мне очень нравишься, – сделала еще одну попытку девушка.

– Ты мне – тоже, но, по-моему, для тебя это совсем не повод для интима. Так, подруга, или ты говоришь мне правду, или мы возвращаемся к остальным.

– Мне нужен сын-шаман, – чуть потупив глаза, но без особого смущения сказала Зарха.

– Очень тебе сочувствую, но не понимаю, при чем здесь я? Нет, я не прочь побыть с тобой, только как это поможет твоим планам?

– Наш шаман сказал, что в тебе течет чистая кровь предков, к тому же ты видишь духов. Это не подвластно не то что многим шаманам, но и большинству душеловов. Именно поэтому они делают маруков зримыми.