В круге времен - Вадим Панов

– Мы всегда так делали, – растерялся уйбуй.

– Это когда Шапками были деланы, а мы теперь навы. Теперь надо иначе.

Йога вырвал у Мотыги Шкваркину фляжку и присосался к горлышку.

Несколько секунд бойцы изумленно прислушивались к торопливым глоткам сородича, после чего Натуга растерянно осведомился:

– Это как?

– Морок не снимать, – тут же встрял забеспокоившийся об авторитете Коряга. Он решил, что разгадал загаданный бойцом ребус. – Из-под морока стволами размахивать. Чтобы полиция не приехала, а если приедет, то не заметила.

Попивший виски Йога с жалостью посмотрел на уйбуя, вздохнул и пояснил:

– Стволами не махать, потому что всё одно не видно, а просто деньги из касс вынимать и под морок прятать. Пусть эти тупые челы потом свои деньги где хотят ищут.

Нестандартное предложение произвело на дикарей неизгладимое впечатление. Восемь с половиной секунд Шапки массировали головы татуированными пальцами и переглядывались, после чего Коряга, продолжавший вертеть магический пульт, осторожно осведомился:

– А от Великих Домов не влетит?

– Мы же в эмиграцию собрались, – напомнил Йога. – Нас Великие Дома и отыскать не отыщут. А потом всё равно забудут.

И снова приложился к чужой фляге. Вырывать свою собственность у столь умного бойца Шкварка постеснялся. Но подумал, что, когда Йога снова станет как все, ему придется заплатить за наглость.

– Ловко, – одобрил Мотыга.

– Пойдем деньги брать, – решил Коряга. – Раз полиция не приедет, надо пользоваться.

– Но дробовик я всё равно прихвачу, – буркнул Натуга.

– Зачем он тебе? Застрелиться?

– Что?

– Проваливай!

– Мля…

Последнее замечание прозвучало после того, как Бодо скинул морок, и дикари поняли, что через открытые по случаю жары окна в кабину грузовика заглянули не случайные челы, а пара молодых, но отнюдь не младенческого возраста хванов.

– Вот именно: «мля», – подтвердил Скар. – Машинку вернуть придется, уловили?

А Бодо добавил высказыванию брата веса, взяв сидящего на водительском месте Йогу за горло. Верхней правой рукой. А правой нижней открыл изнутри дверцу.

– Убивать мы вас не планируем.

– Почему? – пискнул Натуга.

– Потому что проще очистить машину от вашего запаха, чем от крови.

– Мы не пахнем! – изобразил возмущение Шкварка.

– Выметайтесь.

– У нас в багажнике, кузов который, птичка дрессированная лежит, – запинаясь, сообщил Коряга. – Можно мы её заберем?

– И далеко ты унесешь голодного грифона без оков и морока? – удивился Скар.

Дикари пригорюнились. Но даже угроза потерять грузовик и массу полезных в повседневных грабежах артефактов не побудила их оказать сопротивление – они прекрасно знали, на что способны хваны. Даже молодые. Даже дети.

– Так это…

– Вон отсюда! – Скар добавил в голос металл.

А в следующий момент в его гарнитуре эхом прошелестело:

– Вон оттуда!

– Не понял?

– Убирайтесь! – в голос рявкнула Ива. И тут же скрипнула зубами: – Проклятье! Поздно!

Нет на свете ничего более скучного и тягомотного, чем чрезвычайная ситуация в Тайном Городе.

Уточнение: для дружинников Зелёного Дома.

Магам в это время не до дрёмы, маги носятся по вызовам, сканируют территории, проводят выборочные проверки зон и готовы в любой момент вступить в бой. Маги умеют многое – и потому на передовой. Магов зовут, на магов надеются, маги становятся героями. Но магическими способностями в Зелёном Доме обладали исключительно женщины, которые, собственно, бегали, сканировали, оправдывали надежды и становились героями. А мужчины-люды могли похвастаться лишь феноменальной физической силой и во время тревог занимали места на улицах, патрулируя, обеспечивая порядок и оставаясь на вторых ролях. Именно поэтому белокурые здоровяки использовали любую возможность ввязаться в драку.

– Челы снимают кино про Америку? – командир небольшой группы, штурм-сотник Осмол резко остановился и кивнул на прижавшийся к обочине «КамАЗ». Солнцезащитные очки дружинников были оснащены «различителями», поэтому видели люды настоящее: не рыжий строительный грузовик, а милитаристски зелёный «М35».

– Челы или Шапки? – уточнил Кудеяр.

– Или хваны? – Лучезар первым приметил Бодо и Скара.

– Что-то я запутался, – признался Осмол. – Нам же только что сказали об этой тачке?

– Ага, – подтвердил Бажан. – Вряд ли в городе есть ещё один «М35».

– Значит, в кузове спрятан грифон, а мы должны арестовать всех, кто окажется в машине.

– И хванов? – прищурился Лучезар.

– Всех, – решительно повторил Осмол. – Пошли!

Запрашивать подмогу люды не стали: в отличие от Шапок дружинники не испытывали перед четырехрукими особого пиетета – доводилось убивать, и не раз, – а дикарей здоровяки в принципе не рассматривали в качестве противников.

– Мы с Бажаном справа, Лучезар и Кудеяр слева, – распорядился десятник. А ещё через четыре шага властно произнес: – Всем стоять!

Наверное, можно было поступить как-то иначе. Умнее. Мудрее. Правильнее. Грамотнее.

Иначе.

Но чего вы хотите от юной хваны, ни разу в жизни не побывавшей в серьёзной передряге?

Ива увидела, как два белобрысых качка заходят Бодо со спины, и ударила тем, что подвернулось под руку.

А подвернулась «Шаровая молния».

Огненная сфера взорвалась ярдах в трёх над Кудеяром и Лучезаром, опалив и отбросив их от близнеца. Но Бодо тоже досталось – взрывной волной. Хван отшатнулся, дверца резко распахнулась, и вцепившийся в нее хван совершил короткое путешествие в воздухе, закончившееся плотным ударом о левое переднее крыло.

– Мля!

Завизжали тормозами случайные машины.

– Тикай!

Коряга завопил напрасно: Йога надавил на газ, едва лишь пальцы Бодо перестали сжимать ему горло.

И показалось, что «М35» взял старт в прыжке.

Форсированный движок взревел, колеса крутанулись, оставив на асфальте чёрные полосы, передок приподнялся, и грузовик болидом просвистел по паркингу. На мгновение Скар повис параллельно земле, и Бажан, проявив чудеса реакции и ловкости, ухитрился схватиться за его лодыжки.

– Стой!

Пролетевший мимо товарищ заставил Осмола вскрикнуть. Но уже в следующий миг люд опомнился – все-таки штурм-сотник, а не новобранец, – и резко оттолкнулся от земли, использовав последнюю возможность не отпускать грузовик: зацепился за задний борт, подтянулся и перевалился в кузов. Дальнейшие шаги были очевидны: добраться до кабины, оказаться позади преступников и тем поставить им мат. Кузов оказался на удивление длинным, почти как бывает у фуры, но разгоряченный Осмол не обратил на это несоответствие внимания. Он вытащил пистолет, взвел курок, сделал шаг и заорал. А ещё через мгновение, когда первая вспышка резкой боли прошла, Осмол понял, что лежит на полу, пистолет валяется не пойми где, а его ногу капканом жмет грифоний клюв.