Блондинка и два брата-аристократа - Полина Нема

Я осталась с монашкой и изобретателем. Не самая лучшая компания, но выбора нет. А еще поезд конвульсивно дергался.

— Какая техника, какие придумки у Дженкинса! — Чарниза крутилась рядом с изобретателем. — Нет, это самое гениальное изобретение всех времен и миров! Использовать магический поток, чтоб в нем мог сосуществовать неживой предмет…

Все, пора бежать.

Я все еще держала металлический поручень, рассматривая серые стены и огромные лампы на потолке.

— Они могут не справиться, — прошептал Дженкинс. — Магический поток…

— Это еще почему? — я уставилась на него.

Клеренс и Дженкинс переглянулись. Причем изобретатель выглядел неуверенным, будто ляпнул что-то лишнее. Клеренс кивнула ему.

— Магические камни — их видно только в магическом потоке, в который могут входить лишь некоторые маги. Александр Коргар мог, и обучил братьев, но он единственный, кто мог входить на длительное время.

— Хорошо, — ответила я, будто поняла хоть слово. — А может, есть инструмент, которым можно достать? Магическая отвертка?

Все мои познания в технике ограничивались тем, что в любых устройствах есть винтики, а значит, их можно открутить.

Но Дженкинс лишь хлопнул себя по лбу.

— Точно! Госпожа Коргар, вы вовремя напомнили! Я совершенно забыл про свои инструменты! — он кинулся к пульту управления.

Он что, думает вот прям сейчас открыть дверь и выйти? Да, он именно это и захотел сделать.

— Предатели и преступники, скрывающиеся на острове Авгуи! — громогласно раздалось за окном. — Выдайте нам семью Коргаров, а также оплатите штраф за использование технологий! Применение устройств, снаряженных магическими кристаллами, в Пульемонде запрещено законом!

Я нервно сглотнула. Дженкинс завис, а Клеренс кинулась к нему.

— Даже не вздумай открывать дверь, — прошипела она, вцепившись в руку изобретателя. Поезд дернулся, и монашка завалилась на него.

— Магические камни, магический поток, — задумчиво произнесла Чарниза. — Так, Света. Пошли к твоему мужу.

Я закатила глаза.

— Вот вечно ты забываешь все, — возмущенно прошептала монашка, прислушиваясь к тому, что происходит за окном.

— А это плохо, — в вагон управления вошла Камилла. — Могу вас обрадовать: мы заметили Андрайона Вильяжи.

Ничего себе. К нам явился сам правитель?

— Давай, не тормози. Идем к Коргарам, — Чарниза коснулась моей руки.

Холодный пот прошиб меня. Казалось, что я засунула руку в морозилку.

Поезд дернулся. Все, кто не держался, вновь дернулись.

Умеет принцесса убеждать.

Я кинулась по проходу в другие вагоны, подмечая, что здесь нет обычных переходов. Ты просто идешь, как по огромной кишке, отделенной дверями и небольшим тамбуром. Поезд резко дернулся, и я налетела на дверь, больно ударившись, а потом поняла, что его попросту переворачивают — тяжело не понять, когда тебя прижимает к стене.

Поднялась и осторожно пошла по бывшей стене. В пол что-то врезалось, отдавая гулким ударом. Я застыла на месте, не в силах сдвинуться. Послышались еще удары. Огромные камни пролетали над окнами, некоторые попадали в стекла, но те слишком крепкие, и выдерживали удары.

— Двигайся! — крикнула Чарниза.

Сердце билось в груди, готовое выскочить навстречу камням, что таранили поезд. А тот еще и двигался вперед, как змеюка, пытающаяся сбросить кожу. Я быстро прошла все вагоны и очутилась перед последним.

Дверь распахнулась.

Увидела Диму и Виктора. Они мигали. Вот серьезно, будто два сигнала на приборной панели в момент какой-то опасности. Вот так и братья. То исчезали, то появлялись. Мне уже подумалось, то у меня с глазами что-то не так.

— Это реально? — прошептала я, а потом громче добавила чуть громче, — Дима.

Муж повернулся на мой голос, а меня толкнуло в дверь купе. Острая боль пронзила плечо, я выругалась.

Чарниза стояла посреди прохода. Хорошо ей. Ни обо что не стукается.

Братья смотрели только на нее.

Не то, чтобы мне было очень больно, но приложилась я хорошо. Пока терла ушибленное плечо, принцесса медленно приближалась к Коргарам.

Я сосредоточилась на них — оба уставшие, взмыленные, а рядом с ними три булыжника.

Но смотрели братья не на меня, а на Чарнизу. Будто они видели ее. Дима перевел взгляд на меня, и меня будто пламя охватило. Я кинулась к нему, но поезд резко дернулся. Запуталась в длинной юбке и начала падать. Меня резко схватили и обняли.

Я прижалась к Диме, ощущая лишь его тепло и крепкую хватку. Он гладил меня по волосам, глядя на Чарнизу.

— Ты ее видишь? — прошептала я.

— Вижу, — кивнул он.

— Я тоже вижу, если кому-то интересно, — отозвался Виктор. Он так и остался сидеть возле тех булыжников.

Поезд начал дергаться еще быстрее.

— Господа Коргары! — из приемника раздался голос Дженкинса. — У меня плохая новость. Поезд ускоряется.