Агент тау-класса - Селина Катрин

– Зачем я тебе нужна?

На лице мужчины пробежало озабоченное выражение.

– Лейла, тебе что, плохо? Не надо было просить дока тебя успокоить медикаментозно…

Я усмехнулась от мысли, что очередная моя догадка попала прямо в цель.

– Зачем я тебе нужна? – повторила свой вопрос. – Я знаю, что ты не отозвал свою анкету из медицинской базы. Жардет сообщила, что у вас совпадение.

Аарон включил автопарктроник.

– Ты не должна была об этом знать. В любом случае в свете последнего запроса моя анкета автоматически заблокируется. Не волнуйся, в любом случае, я уже выбрал тебя.

Я хмыкнула. Выходит, Жардет – это его запасной вариант на случай, если бы я не согласилась или за оставшееся время нашла себе другого мужа. Раньше я действительно не обратила бы внимания на такую мелочь, однако, после знакомства с таноржцами и ларками моё отношение к заведению семьи на Цварге неуловимо изменилось. То, что раньше было для меня нормой, вдруг неожиданно стало злить.

– Я тебе нужна, потому что у нас выше процент совпадения? – спросила я в открытую.

Несколько секунд бездонные и чёрные, как космос, глаза всматривались в моё лицо, гипнотизируя взглядом. Я с удивлением для себя отметила, что рассматриваю красивые черты лица Аарона. Высокие скулы, упрямый подбородок, гладкие щёки.

– А почему ты не хочешь выйти замуж за меня? – наконец ответил он вопросом на вопрос. – Лейла, признайся, я же тебе нравлюсь. Я привлекателен, богат, могу обеспечить тебя до конца жизни, а ещё знаю о тебе правду. Я – твой лучший выбор. Ты хочешь выйти за меня замуж.

Последние слова прозвучали совсем тихо и вкрадчиво, голос цварга ласкал, обволакивал, вводя в сонное оцепенение. Если в первое мгновение мне захотелось возразить, что мне нравится совсем другой мужчина, то уже через пару секунд слова застыли у меня где-то в горле. Разве это противоречит тому, что Аарон для меня лучшая партия? Да и Арх-хан, помнится, вообще побрезговал мною, отдав на хайду дюжине своих воинов. По крайней мере, Аарон будет заботиться обо мне…

Слова цварга настолько чётко звучали у меня в подсознании, что я проморгала тот момент, когда Аарон привлёк меня к себе и поцеловал. Это отрезвило. Волна негодования взметнулась во мне в полную силу. Я резко отстранилась и, тяжело дыша, выкрикнула:

– Ты снова использовал на мне внушение! Ты… ты…. Ты!!! – Как назло, все слова куда-то подевались, в голове всё ещё было немного мутно.

– Я, – цварг довольно сверкнул обсидиановыми глазами, – просто добиваюсь женщины, которая мне безумно нравится вот уже много лет. Лейла, почему ты не можешь допустить мысль о том, что вошла в мой ближний круг?

Я покачала головой. Прежняя я, может, и поверила бы в эти слова, но не я нынешняя.

– Канарейка, рожденная в клетке, не замечает, что она невольница. Она умирает счастливой, так и не узнав, что была всю жизнь несвободна. К сожалению, так сложилось, что я теперь знаю, что такое свобода.

И с этими словами я вышла из флаера, хлопнув дверцей за собой. Свежий ветер с едва различимыми нотками травы дунул мне в лицо, принося долгожданное облегчение от запаха мужского одеколона. Я глубоко вдохнула в себя воздух и решительно направилась к дому.

* * *

/Планета Ларк. Шонхорн Арри-Нараш Талигх/

– Ещё восемь деревьев погибло к западу от Быстрого Ручья, – дайнагорн буравил меня взглядом так, будто я лично вырубил исполины.

– Понятно, свободен, – буркнул я, просто не зная, как ещё реагировать на это сообщение. Святые духи, как же Арх-хан справлялся со всем этим?!

– Шаррше, два хтэрра объявились у юга Шарршеорона! Есть жертвы среди мирного населения. – Ридарг ворвался в зал вождя клана без стука и предупреждения.

Впервые я видел его настолько взволнованным. При моём друге детства он никогда себе не позволял такую вопиющую бестактность. Я схватился за волосы и с силой рванул их, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и мой мозг вскипит.

– Хватит! Я понял! – зарычал на седого ларка, который не успел уйти, и начальника охраны цитадели.

Наверно, впервые я понял, почему Арх-хан всегда ходил такой хмурый и дёрганный. Я на его месте всего несколько недель, но чувствую, что постарел за это время на десяток лет. У меня даже волосы на висках побелели.

– Хватит! Все вон! – От ощущения бессилия хотелось рвать и метать.

Эти двое словно сговорились. Вместо того чтобы уйти, они закаменели и уставились на меня осуждающими взглядами. Ещё бы! Я катастрофически ни с чем не справлялся. Резко выдохнул, махнул рукой и вышел из зала. Я прекрасно понимал, что должен был сделать уже давно. Пересёк площадь цитадели, сел в ближайший припаркованный флаер и задал координаты того злосчастного камня, на котором мы когда-то нашли перепуганных девушек.

Край пустыни у Вечного Леса преобразился. Некогда белый песок теперь был заляпан сине-зелёными внутренностями хтэрров, усеян драгоценной чешуёй, а в воздухе отчётливо витал тошнотворный запах тухлого мяса. Я брезгливо огляделся. Десять, пятнадцать, двадцать… двадцать три мёртвые туши песчаных червей разных размеров и цветов. А под единственным валуном в тени испепеляющего солнца, привалившись спиной к камню и прикрыв глаза, сидел сам Арх-хан. Перепачканные в потрохах хтэрров волосы и руки, расцарапанные и воспалённые раны на теле, запёкшаяся кровь. Он выглядел настолько плохо, что издалека его можно было принять за мертвеца, но я знал, что моего друга детства не возьмёт никакой хтэрр.

Видимо, Арх-хан услышал мои шаги, потому что на его лице появилась болезненно-кривая ухмылка. Не открывая глаз, одной рукой он схватил бутылку с мерзким пойлом и опрокинул в себя. Я скривился. Рядом с ним валялось ещё несколько бутылок с таким же ядом. Межгалактический язык я не знаю, а потому этикетки прочесть не могу. У нас на Ларке такого не производят. Однажды Арх-хан дал мне его попробовать, привез этот яд после одной из своих командировок с планеты людей. Редкостная гадость. Он, кажется, назвал это алкоголем и сказал, что вещь крайне опасная, так как не просто медленно убивает организм, но ещё и вызывает привыкание. Неудивительно, что на Танорге люди выродились, и все такие хлипкие и хворые по сравнению с ларками. Они пьют эту дрянь поколениями, а она всего за пару месяцев смогла сделать из Арх-хана такое.

– Пришёл насладиться тем, как я умираю? – желчно спросил Арх-хан, откинув бутылку.

Тара звякнула и завалилась на бок. Остатки жёлто-коричневой жидкости вылились прямо на песок у ног вождя, но он не обратил на это никакого внимания. Мутные радужки друга детства уставились на меня.

– Прекращай это, – я качнул головой. – Тебя никто не отправлял в изгнание, ты сам отправился. Я всего лишь твой советник, а не вождь. Ты должен вернуться, твой народ нуждается в тебе.

– Нуждается во мне? – Арх-хан ухватился за последнюю фразу. – Во мне?!

Раскатистый пьяный смех затопил пустыню. Где-то вдалеке краем глаза я заметил, как неуверенно шевельнулся гигантский бархан. Тем временем вождь так же резко прекратил смеяться, как и начал.