Ставка на любовь - Ника Ёрш

Гаяр застонал у моих ног, приходя в себя. Я хотел помочь ему встать, но Гюс остановил меня.

– Пусть поднимется сам. Как сам нашел выход из перехода. Он должен быть сильным для того, чтобы жить долго и счастливо.

– Не все могут быть сильными, – возразил я.

– От простых смертных этого и не требуется, – ухмыльнулся Фергюс. – Вы можете позволить себе слабости. Гаяр – нет. Иначе погибнет.

Я вспомнил, зачем старик вел за собой этого молодого парня, и не стал больше спорить. Король – а именно на эту роль готовил Фергюс Блейд своего протеже – и правда много чего не мог себе позволить. Не мог доверять, проявлять нерешительность или быть пристрастным… И много чего еще. К тому же путь на трон почти всегда тернист и оставляет следы крови за властителем. Такой участи мало кому можно было пожелать, но Гаяр ее, как видно, захотел, заключив сделку с Блейдом. Так мне ли вмешиваться и советовать им что-то? Дело лекаря – дать пилюлю от головной боли, а не вызывать ее.

Так, махнув рукой на старика и парнишку, я пошел за своей женой.

– Софи, – позвал ее снова.

На этот раз она обернулась.

– Ты не поверишь, кого я нашла, – шепнула девушка, быстро смахивая слезу, катившуюся по щеке.

– Поверю, к сожалению, – ответил я, подходя и обнимая ее за плечи. – И сочувствую. Мне жаль, что всех их ты встречаешь вот так. У камня с выжженными магией именами. Это больно и неправильно. И я представляю, о чем ты сейчас думаю…

– Не думаю, что представляешь. – Она посмотрела на меня, и в ее глазах мелькнул красный огонек.

– Расскажешь?

Софи медленно кивнула и, бросив быстрый взгляд на Фергюса, проговорила:

– Прости меня, Джеймс, но дальше наши пути расходятся.

Я оторопел от неожиданности.

– Что это значит? – спросил, чувствуя, что начинаю немного злиться.

– Ты ведь все понимаешь, – она опустила взгляд, – мы оба понимаем.

Мои брови взлетели вверх:

– Серьезно? Софи, я понимаю одно: ты совсем молодая девушка, попавшая в круговорот самых невероятных событий и немного растерявшаяся от всего этого… Но, честно говоря, я рассчитывал на что-то более вразумительное, когда спрашивал, в чем дело. Нельзя решить, что наши пути расходятся, просто вот так, потому что у тебя настроение испортилось.

– Вот теперь оно и правда испортилось! – Софи подбоченилась. – Разве ты сам не понимаешь, что рядом со мной опасно? И потом, ты слышал про проклятье Фергюса! Если он не справится, то наследие перейдет на меня. Или позже на моих детей. Если они будут. Я не самая лучшая партия, согласись.

– О! – воскликнул я, патетично вскинув руки и злорадно смеясь. – Теперь она задумалась, насколько мы друг другу подходим! Верт всемогущий! Значит, пока ты считала себя безродной девицей из села на опушке леса, все было хорошо! А теперь, когда выяснилась принадлежность к древнейшему могучему роду, задумалась! Так, может, посмотрим правде в глаза и признаем: это я теперь не достоин быть рядом? Приглянулся какой-то темневик? Так и скажи, но не морочь мне голову!

– Все не так!

– А как?!

– Я боюсь, что ты умрешь из-за меня! И что будет тогда?!

Она затихла, всхлипнула, посмотрела на могилу своей бабушки, которую уже не суждено было увидеть в живых. А я, услышав наконец то, чего ждал, подошёл и прижал Софи к себе. Погладив ее непокорные светлые волосы, сказал тихо, улыбаясь непонятно чему:

– Ты же любимица смерти. Рядом с тобой ничто не страшно. Зато без тебя сердце будет не на месте. Представь, оперирую я раненого или бегу под обстрелом, а сам только и думаю: “Как она? Где она?” Пока буду гадать, точно погибну от шальной пули, забыв про осторожность.

– Но, Джеймс, – Софи посмотрела на меня глазами, полными печали, – ты ведь давал клятву верности его величеству. А я, как ни крути, верноподданной стать не смогу.

– Это правда. Потому лучше не поручать мне покушений, я непременно провалю задание.

Она фыркнула:

– Ты и без клятвы на такое не способен. Убить кого-то.

– Не скажи. – Я посмотрел на приближающегося к нам Фергюса Блейда и добавил, указывая на него подбородком: – Некоторых людей даже лекари хотят убить. Талант у них, понимаешь?

– Да, – засмеялась Софи. – Тут ты прав.

– Наговорились, голубки? – проскрипел Гюс, бегло осмотрев нас с Софи. – Вот и хорошо. Теперь рты закрыли и за мной.

– Куда? – устало спросил я.

– Под полог тишины и неведения. У нас гости!

Старик шепнул что-то и взмахнул руками на манер фокусника из бродячего цирка. И сразу со всех сторон на нас обрушилась оглушительная тишина. Стоило повернуть голову, и стало ясно еще одно свойство колдовства: очертания всего окружающего пространства будто поплыли, а спустя миг и вовсе стерлись, превращаясь в тонкое голубое марево.

– Будто мы умерли и попали на небеса, – шепнула Софи.

– Если не замолчишь, то так и случится, – буркнул Гюс. – Хотя про небеса гарантировать не могу…

Я сердито покачал головой и сильнее обнял Софи. Но она не желала тихо стоять. Продвинувшись чуть вперед, жена посмотрела направо, потом налево и уточнила:

– А где Гаяр?

– Ш-ш! – ответил старик, отвешивая внучке самый настоящий щелбан.

Она от такого поворота событий совсем обалдела и, обиженно сопя, все-таки умолкла.

– Он прячется сам, – не выдержал в какой-то момент старик. – Я ему не нянька.

Тут в недоумение пришел уже я:

– Как это сам? Он же не мог на ногах стоять после вашего портала.

– Если захотел жить – встал, – Гюс улыбнулся, а я неприязненно передернул плечами.

– Знаете, – сообщил тихо, – вы очень неприятный человек.

– Думаете? – удивился старик. – Это еще я старался вам угодить. Теперь не буду.

И он снова взмахнул руками.

Полог тишины спал, а марево какое-то время еще таяло. И вот, пока я слепо щурился, стараясь что-то разглядеть, раздался выстрел. И еще один. А потом женский крик. Вздрогнув, я уставился на Софи, желая спросить, не ранена ли она, но не успел: закашлялся, согнулся от бессилия и стал оседать на землю.

Опустив голову, понял, что зрение вернулось в полной мере, и отупело моргнул, разглядывая, как сюртук наливается алым в области брюшины. Еще миг – и пришла боль.

– Джеймс! – Софи упала на колени рядом.

– Хватайте их! Кажется, это те, кого мы ищем! – донеслось справа. Сразу за этим последовал топот множества ног.

– Нет! – Софи тряхнула головой, и ее коса окончательно растрепалась, а в глазах блеснуло красным.

Я хотел сказать, чтобы она не волновалась. Даже рот открыл. Но все, что смог, – зачерпнуть губами землю и больно поцарапать лицо.