Последнее «долго и счастливо» - Соман Чайнани

– Софи?

Она подняла голову и встретилась взглядом с Рафалом.

– Почему ты прячешь от меня свою руку? – спросил он.

– Мм? – задохнулась от неожиданности Софи.

– Ты все время поворачиваешься так, чтобы я не видел твоей руки.

Софи прокашлялась и выпрямилась, привалившись спиной к изголовью кровати.

– Прости, дорогой, но я совершенно не понимаю, о чем ты. Но раз уж ты решил обратить на меня внимание, давай поговорим лучше о наших школьных делах. Мне кажется, что в прошлом году вся внеклассная работа была организована из рук вон плохо. Отвратительно, я бы сказала. Так вот, учитывая то, что у меня как у преподавателя нагрузка совсем небольшая, часов мало, я готова сама этим заняться. Давай, например, устроим ток-шоу с моим участием. Маленькое, коротенькое, но ежедневное. Это по будням. Скажем, в семь тридцать утра в Большой столовой, когда все завтракают. А в воскресенье пусть будет большое ток-шоу, дневное, с кофе и пирожными. Я предлагаю назвать его «Королева Софи» – а что, неплохо, по-моему, как ты думаешь? Такое, знаешь ли, пышное шоу с концертными номерами и…

– Покажи мне руку, – холодно оборвал ее Рафал.

– Что?

Юный Директор школы направился к кровати, на которой сидела Софи:

– Ты прекрасно слышала, что я сказал.

– Прости, дорогой, это у себя в школе ты директор, а когда мы вдвоем, ты мной не командуй, – притворно надулась Софи, еще глубже пряча руку с кольцом.

Рафал был уже шагах в шести от нее, и выглядел он решительно и мрачно.

У Софи сердце ушло в пятки:

– Послушай, дорогой, это так глупо…

Он был уже в двух шагах.

– Рафал, прошу тебя!

Он уже протягивал к ней руку. В мгновение ока Софи проткнула своим острым ногтем большого пальца кожу под кольцом…

Рафал взял руку Софи, повернул ладонью к себе и увидел кровь, которая скрыла имя Тедроса.

– У тебя кровь! – воскликнул Рафал.

– Потому я и прятала от тебя руку. Знала, как остро ты реагируешь на такие вещи, – Софи выдернула руку, вскочила с кровати и поспешила отойти в сторону. – Ну лопнул оставшийся на руке волдырь, ну что такого… Так, нелепое происшествие в саду Мерлина. Давай вернемся к моему шоу, дорогой! Я задумала один трюк, он будет называться «Гром среди тундры». Для этого мне потребуется лед, много льда. А еще танцевальная группа и лев, желательно дрессированный. Ты мог бы это устроить?

– Погоди. Ты трогала живую скульптуру, изображающую поцелуй Агаты и Тедроса? – спросил Рафал, двигаясь вслед за Софи. – Мэнли сделал эту скульптуру ядовитой, особенно для тех, кто втайне поддерживает Добро. Ни один никогдашник и на десять метров не подойдет к ней. Зачем ты ее трогала?

– Ой, милый, взгляни на часы! Я опаздываю. Ты мог бы подбросить меня до школы по воздуху? – засуетилась Софи. Она схватила с настенного крючка свое форменное черное платье, натянула его через голову прямо на ночную рубашку и поспешила к открытому окну. – Ты же знаешь, как леди Лессо не любит, когда учителя опаздывают на урок.

* * *

Этот полет над озером оказался совсем не похож на предыдущий.

Тогда Софи замирала от восторга, теперь умирала от страха. Тогда ее распирало от любви, сейчас она чувствовала себя птицей в клетке. Свою правую руку девушка засунула глубоко в карман платья, а левой вцепилась в Рафала и казалась самой себе летящей верхом на диком звере. Хотя ее слегка подташнивало от высоты, она заметила, что на этот раз они летят гораздо медленнее и не по прямой, как тогда, а виляя из стороны в сторону. Софи подняла голову и увидела, что Рафал смотрит не вперед, а косится через плечо на нее, и его глаза холодны как лед. Наверняка продолжает анализировать ее поведение сегодняшним утром в комнате наверху башни.

– Следи за дорогой, милый! – сказала она, выдавливая улыбку.

Воздух сегодня был холоднее, чем обычно в середине марта, солнце совершенно не грело. Софи заметила летящего параллельным курсом тощего облезлого ворона – давненько у него не было добычи! Снизу донеслись громкие крики. Софи опустила голову и увидела на увядшей полянке Синего леса группу учеников, всегдашников и никогдашников, мальчиков и девочек. Все они, вооружившись пиками, кололи расставленные на земле чучела Агаты. Занятием руководил Арик, громко дававший команды своему классу.

Глядя на умирающий лес, уставленный набитыми соломой Агатами, Софи почувствовала себя как в странном причудливом сне.

Все это время она оставалась зацикленной на Тедросе и совершенно перестала думать о том парне, который значил для нее, мог дать ей намного больше, чем Тедрос. Как странно! А разве не странно, что сейчас, увидев чучела Агаты и вспомнив о ней, она испытала не обычную ненависть, а целую гамму чувств, в которой удивительным образом сплелись любовь и ненависть, дружба и вражда? Все это вместе рождало ощущение, что Софи чего-то очень недоставало без Агаты, как и Агате, наверное, недостает чего-то без нее…

Еще раз взглянув на сорок соломенных, с нарисованными выпученными глазами чучел своей лучшей подруги, Софи невольно хихикнула – настолько нелепыми они ей показались. Наверняка, увидев их, Агата тоже расхохоталась бы. Софи вспомнила, как Агата пыталась выщипывать брови и мечтала о красивом загаре. Закончилось это плачевно – бедняжка полностью лишилась бровей и жутко обгорела на солнце. Именно такой ее и застала Софи, поднявшись на Кладбищенский холм и постучав в дверь. На пороге появилась Агата – безбровая, с маской из яичного желтка на обгоревшем лице, с неумело выкрашенными в оранжевый цвет волосами. Вначале Агата хотела прогнать Софи, даже щетку в руки схватила, но вдруг они обе захихикали, а потом покатились от смеха. Какое прекрасное это было время!

Софи улыбнулась, но тут же опять посерьезнела. Как же так? Только вчера в кабинете леди Лессо она клялась убить Агату, а сегодня улыбается, вспоминая о ней?! Где же ее решимость всеми силами защищать Рафала и свою настоящую любовь? Почему на ее руке появилось имя Тедроса и так невыносимо хочется как можно скорее избавиться от холодных рук Рафала?

«Что со мной происходит?» – подумала она.

Тут ее ноги коснулись чего-то твердого, Софи очнулась от мыслей и увидела перед собой черный балкон бывшей башни Чести и студентов, спешащих к началу урока.

Не вынимая правую руку из кармана, Софи отпустила Рафала и быстро пошла прочь, не оборачиваясь, лишь бросив на ходу:

– Спасибо, милый! Увидимся за обедом!

– Софи!

Она медленно повернулась. Рафал стоял у перил балкона и пристально смотрел на нее.

– Ты убьешь их. Тедроса и Агату, – грозно сказал он. – Тогда я буду знать, на чьей ты стороне на самом деле.

Он сердито сверкнул глазами и с места взмыл в небо, мгновенно растаяв в сером утреннем небе.

Выйдя в коридор, Софи сжала в кармане вспотевшую от напряжения руку.