Сумерки эльфов - Жан-Луи Фетжен

Внезапно все стихло. Слышен был только глухой шум в ушах и собственное прерывистое дыхание…

Ллиэн стояла неподвижно. От всего ее тела исходило голубоватое свечение, понемногу распространявшееся, словно стелющийся туман, над телом Гаэля. Утер глубоко вздохнул и почувствовал, что весь дрожит, а его зубы непроизвольно стучат. Он промерз до костей и никак не мог унять дрожь.

Глазами, расширенными от удивления, он следил, как голубоватое сияние мало-помалу принимает очертания человеческой фигуры, образуя все более четкий силуэт Гаэля и затем отделяясь от его тела, как призрачный двойник. Он отчетливо различил черты лица эльфа и детали его одежды. Вскоре он увидел и кубок, который тот держал в руке. Потом заметил, как губы эльфа складываются в улыбку. Наконец, различил второй силуэт — на сей раз Блейда,- возникший рядом с первым.

Его истерзанный слух не мог уловить, о чем они говорят, но, однако, он каким-то образом понимал отдельные слова, словно они напрямую проникали в его сознание.

Он увидел, как Блейд показывает Гаэлю свое кольцо, и тот ответным жестом протягивает руку, украшенную похожим кольцом. Затем Гаэль открыл сундук и достал оттуда серебряную кольчугу. Затем повернулся, чтобы налить Блейду вина. В это момент Блейд выхватил топор из оружейной стойки, размахнулся и нанес удар.

Видение исчезло.

Скорчившись и с головы до ног завернувшись в плащ, Уазэн трясся от озноба. Порой яд доставлял ему жестокие мучения, словно огнем выжигая внутренности. Потом боль отступала, оставляя его, измученного и задыхающегося, охваченного ужасом от только что перенесенного страдания и от ожидания нового. Прошел всего один день с момента прибытия в Гврагедд Аннвх, а он уже выпил половину пузырька с противоядием, который дал ему Блейд. Не в силах удержаться, он проглатывал несколько капель при каждом новом приступе боли.

Повинуясь приказу Блейда, он вернулся к переправе, когда день начал клониться к вечеру, и подтянул к берегу плот, надеясь на скорое возвращение вора Гильдии. Он даже продвинулся на несколько туазов вглубь островка, до самой поляны, разрушенной Цимми с помощью магии. Но вид вывороченной земли и камней ужаснул его, и он со всех ног бросился обратно в свое укрытие — на плот, стоявший неподалеку от переправы.

Гном слишком замерз и был слишком напуган, чтобы уснуть. К тому же его воспаленный измученный мозг не прекращая строил планы убийства Блейда. Но как бы ни метались его мысли, они все время возвращались к одной и той же точке: поскольку у него нет противоядия, ему придется оставить Блейда в живых до самого возвращения, но, когда они окажутся по другую сторону болот, как заставить его сдержать обещание?

Внезапно хруст сухих сучьев и мелких камней заставил его насторожиться. Кто-то приближался. Этот кто-то был один, шел быстро и не заботился о том, чтобы оставаться незамеченным. Уазэн проворно вскочил и с лихорадочно колотящимся сердцем начал вглядываться в темноту. Наконец из прибрежных кустов показалась высокая фигура. Гном различил лицо человека, лишь когда его сапоги застучали по доскам причала. Несмотря на ненависть и страх, он испытал чувство облегчения.

В одной руке Блейд сжимал боевой гномовский топор, в другой — довольно большой дорожный узел. Он прыгнул с берега на плот, отчего тот закачался, едва не заставив гнома-проводника потерять равновесие.

— Ну что? — довольно воскликнул Блейд. — Все еще живы, мэтр Уазэн? Я очень рад!

Уазэн сделал огромное усилие, чтобы не вцепиться ему в горло и ничем не показать своей ненависти. Он благодарил всех богов за то, что темнота мешала Блейду увидеть его лицо.

— Что ж, отправляемся, — сказал вор.

Уазэн пожал плечами.

— Опасно отправляться на ночь глядя. Подводные монстры…

— Ах, монстры?

Блейд отшвырнул узел, резко схватил гнома за воротник и приблизил к его лицу лезвие топора.

— Запомни, что встреча с твоими монстрами покажется тебе развлечением по сравнению с тем, что я с тобой сделаю, если мы немедленно не отчалим!

Уазэн, полузадушенный, обезумевший от ненависти, смог лишь пробормотать что-то неразборчивое, пытаясь вырваться из железной хватки Блейда.

— Поэтому, — добавил тот уже спокойнее, — будь благоразумен, гном. Отвязывай плот. Сегодня…

Он разжал пальцы и улыбнулся, с наслаждением вдохнув бодрящий ночной воздух.

— Сегодня был воистину удачный день! Я тебе расскажу по дороге.

Но гном, охваченный ужасом, не слушал его. Он пристально рассматривал одежду Блейда и не находил у него на поясе ни небольшой сумки, ни кошелька — ничего, что, могло бы содержать пузырек с противоядием. В отчаянии он отшвырнул Блейда и бросился к узлу, принесенному им с собой.

— Не смей! — закричал Блейд у него за спиной.

Он набросился на гнома сзади и попытался выхватить у него узел, но тот уже успел его развязать. Словно серебряный дождь с легким шорохом пролился на бревна плота, образовав поблескивающую лужицу.

Наконец Блейд оттолкнул гнома, который откатился на противоположную сторону плота. Блейд, с трудом переводя дыхание, быстро подошел к нему и погрозил кулаком.

— Не смей больше этого делать, слышишь? Иначе я тебя утоплю!

Уазэн вскочил одним прыжком, красный от гнева.

— Давай! — закричал он. — И оставайся навсегда в этих болотах!

Блейд с ухмылкой посмотрел на гнома.

— В самом деле, — кивнул он. — Ты прав. Мы оба нужны друг другу. Извини, я вспылил. Этого больше не повторится.

Он подошел к своему растерзанному узлу, поднял серебряную кольчугу, украденную Гаэлем у короля Черной Горы, и слегка встряхнул ее, разглядывая в тусклом свете луны.

Уазэн стоял молча, завороженный этим зрелищем. Блейд подошел к нему и, взяв его за руку, провел его ладонью по серебряному плетению, словно торговец тканями.

— Ну, потрогай. Больше никогда в жизни у тебя не будет такого случая… Она прекрасна, не правда ли? Что скажешь? Знаешь, я уж подумал, что эти проклятые эльфы растерзают меня на куски. Но, как видишь, мне снова удалось сбежать. Слушай, что я тебе предлагаю: мы отправляемся немедленно, и тогда по прибытии я дам тебе маленький кусочек от нее. Этого достаточно, чтобы ты осуществил все свои мечты, в Каб-Баге или где-то еще… Согласен?

Но Уазэн снова перестал слушать. Он смотрел на полностью развязанный узел, который теперь был просто куском мятого холста. Не оставалось никаких сомнений: кроме этой проклятой кольчуги, там ничего не было.

— А те глиняные флакончики? — прохрипел он. — С противоядием… Где они?

На мгновение Блейд растерялся.

— Ах, да… противоядие… Видишь ли, эльфы…

Он поискал глазами оружие, но его топор лежал на другой стороне плота, позади Уазэна.

— …они у меня все отняли, — продолжал он. — Мне пришлось бежать. Но не беспокойся, у тебя еще достаточно противоядия, чтобы хватило на два дня. Кстати, вот еще одна причина отправиться в путь немедленно.