В пасти Джарлака - Борис Харькин

— А Пухлый-то уже зэк со стажем, — заметил Васян. — Так скоро вором в законе станет!

— Что делать будем?

— Попробуем выкупить, сэнсэй в дорогу золота много наколдовал.

— Инквизиторы кому попало пленника не продадут, — убежденно сказала Ника.

— Особенно если его в ереси обвиняют, — добавила Ариэль.

— Ничего, разведем как-нибудь с инквизицией! — пообещал я, хотя сам вовсе не был в этом уверен.

— Вы сначала с таможней разведите! — буркнул гном презрительно.

— Насчет чего? — спросил Васян.

— Да хотя бы насчет зеленого. Орков в Атрем не пускают.

Мы посмотрели на Зяббу, тот кивнул.

— Ты почему нам сразу не сказал?! — возмутился я.

Орк пожал плечами:

— Вы — парни башковитые. Думал, что-нибудь уже придумали.

— И что теперь делать?!

— Эх, надо было сэнсэя попросить, чтобы на Зяббу человеческую личину наложил, — с сожалением молвил Стольник.

— Есть идеи? — осведомился я.

Ариэль с Никой молчали, у Зяббы был такой вид, словно не о нем речь.

— Можно сказать, что он ваш раб, — предложил Дитер.

— Сработает?

— Рабов пускают, тем более если скажем, что на продажу везем.

— Что думаешь, Зябба? Согласен временно рабом побыть?

— Я — ваш должник.

— Тогда надо ошейник надеть, — заявил Дитер.

— Какой еще ошейник?! — взбеленился Зябба. — Мы так не договаривались!

— Иначе не поверят, — пояснил гном. — И еще топор придется пока нам отдать.

— Чего?! Только через мой труп!

— Да это на время, Зябба, — попытался я успокоить разбушевавшегося орка.

— Топор не отдам!

Сколько мы ни упрашивали, Зябба так и не внял голосу разума.

— Ладно, будь что будет, — махнул Васян. — На месте что-нибудь придумаем.

— А что тут придумывать? — удивился Дитер. — Вы же говорили, вам седриков кто-то там наколдовал!

— Седриков? — переспросил я. — Нам наколдовали мешочек золотых монет.

— Ну-ка покажите.

Васян достал пару золотых.

— А-а, — протянул гном. — Такие в ходу у нас. — Он взял у Стольника монету, посмотрел и так и эдак, затем с видом эксперта, похвалил: — Хорошая работа! Познакомьте меня потом с колдуном вашим. Эти монеты тем более подойдут. А седрики — атремская валюта, они в два раза дешевле.

— А почему «седрики»? — поинтересовался я. — Какое-то странное название для денег.

— В честь королевской династии, — объяснила Ариэль.

— Понятно. Слышь, Дитер, а нам хватит золота и на таможню, и чтобы Жорика выкупить?

— Про Жорика не знаю, а вот таможенникам в любом случае придется чуть-чуть отвалить.

У меня было нехорошее предчувствие. Если тут такая же таможня, как в нашем мире, отвалить придется не чуть-чуть.

* * *

Еще через два дня мы прибыли в Ларецию.

Берега расступились, и нашим взглядам предстала бескрайняя гладь, подсвеченная рассветным солнцем.

Великая разбивалась здесь на несколько рукавов и впадала в море, которое называлось Льдистое. Сейчас никаких льдов видно не было, наверное, потому что лето. Зато были невысокие, но красивые волны, увенчанные барашками пены. Они лениво толкали лодку в борт.

Город расположился в устье, между рукавов Великой. Мы вошли в просторную гавань, заставленную множеством лодок. Помимо кучи мелких посудин на якоре стояло несколько больших парусников. В детстве я обожал читать книжки про пиратов и поэтому опознал по количеству мачт и оснастке два фрегата и бригантину. Если, конечно, здесь уместны земные аналогии.

Утренний бриз колыхал паруса. Пришвартованные лодки покачивались на волнах, легонько сталкивались, скрипели якорные цепи.

На скалистом утесе возвышался маяк, а вдоль берега тянулась длинная пристань, заставленная ящиками, коробками и мешками.

Чуть дальше на холме раскинулась Лареция. Громадная каменная стена, за ней шпили башен с развевающимися красно-черными флагами.

— Красный с черным — цвета королевства Атрем, — сказала Ариэль. — Лареция самый прекрасный и большой город в королевстве. Глядите, какая красота!

Да, такого я еще не видел! Это не грубый Гадюшник, не изящный Валорион, не извилистые тоннели гномов. Огромный город, по здешним меркам мегаполис. Оплот цивилизации.

Дитер умело пришвартовал лодку к пирсу.

Я кое-как уговорил Зяббу временно отдать мне топор. К «Барракуде» уже спешили с десяток солдат в стальных кольчугах, кто с алебардами, кто с копьями, кто с мечами. У некоторых имелись треугольные щиты с изображением открытой ладони — эмблемой атремской таможни.

Грузный черноусый стражник поднялся к нам на борт. Представился:

— Капитан Балус, Ларецианская таможня.

Мы закивали в ответ.

Он огляделся, щуря маленькие свинячьи глазки. Недовольно прогудел:

— Та-ак, почему орк без ошейника?

— Порвался. — Я постарался ответить смиренно и как можно простодушнее. В нашем мире обычно таким тоном провинившийся водитель разговаривает с сотрудником ГИБДД.

— Точно порвался? Может, орк сам его перегрыз и готовится к бегству?

— Никак нет, начальник, он у нас тихий и послушный.

— Судя по его роже, не скажешь… Орк без ошейника, так и запишем. — Капитан Балус что-то черкнул у себя в книжке. Прошелся по лодке, поглаживая черный ус. Кинул взгляд на зонты, потом на левый борт.

— Та-ак, значит, эльфийские стрелы контрабандой провозим?

— Да это нас ушастые обстреляли, — праведно возмутился Васян.

— Не смеши меня, юнга, — хмыкнул таможенник, снова записывая что-то в книжечку. — Все так говорят. Тут у вас стрел колчана на три наберется! Так и запишем.

— Но мы не знали, что стрелы провозить нельзя, — возразил я.

— Незнание правил не освобождает от взятки… тьфу… то есть от штрафа.

Затем очередь дошла до наших вещей.

— Та-ак, что тут у нас? — Капитан принялся обшаривать рюкзаки. В моем наткнулся на фотоаппарат. — Гномьи поделки. Это же незадекларированный товар! Придется вам пройти со мной!

— М-да… — только и выдавил я.

Но тут в беседу вступил Дитер:

— Капитан, зачем же так? Можно уладить это дельце на месте.

— Какие будут ваши предложения?

— Одну секунду.

Мы отошли на корму посовещаться.