Темный город - Кирилл Запорожан

По пути домой я забежал в один из поздних магазинов и купил упаковку замороженных пельменей, буханку хлеба, сахар и килограмм картошки. Хоть как-то пополнив свои запасы продуктов, я быстро вернулся домой. Но оказалось, что моя спешка была лишней. Яна уже спала на моей кровати. Маша напоила ее какой-то успокоительно настойкой, и теперь девушка лишь сладко посапывала под моим одеялом. Вздохнув, я выгрузил все продукты на кухне и побрел к дяде Мите. Выпросив у него старый матрац, я вернулся к себе в комнату и переоделся. Бросив матрац на пол у батареи, я рухнул на него сверху и мгновенно провалился в сон.

Чайник на плите зашумел, заставив меня отвлечься от воспоминаний о вчерашнем вечере. Налив в кружку кипяток, я добавил три ложки сахара и, подув на поднимающиеся к потолку клубы пара, отхлебнул обжигающий напиток. Очень крепкий, сладкий и горячий. Такой, чтобы мгновенно прояснить рассудок и согнать с тела сонную паутину. Хотя холодный душ подошел бы для этой цели немного лучше. Что-то я об этом сразу не подумал.

Поставив кружку с чаем на стол, я опустился на табуретку и задумался. Мыслей, как почти всегда бывает, было две: «Кто виноват?» и «Что делать?». Хотя, кто виноват и так понятно. А вот что делать дальше? В частности, что мне делать с Яной.

Вчера вечером, я за каким-то чертом взвалил на себя лишнюю ответственность и взял девушку с собой. И что теперь? Хотя, ладно, проснется, тогда и поговорим. Может, она знает, как устроить свою жизнь дальше.

Вечером надо встретиться с Ксандром, а до вечера не навестить ли мне Великого Инквизитора? Задав себе этот вопрос, я сделал из чашки пару глотков и понял, что навестить школу мне сегодня не удастся. Первым делом нужно разобраться с Яной, к тому же, главную опасность для своей жизни я устранил.

Зато теперь у меня была новая главная опасность – Повелитель Мертвых. Но этот тип пока в контакт не входил и, будем надеяться, не войдет. Еще дня два-три и я из Темного города свалю, а там ищи ветра в поле. Интересно, Видящий узнает, что я направляюсь в Светлый город? У этой твари шпионов как собак нерезаных. Да уж, сравнение подобрал. Откуда в Темном городе собаки? Да я и не уверен, что в Светлом городе они стаями бегают по улицам. В Светлом придется вести себя тише воды, ниже травы. Если у жреца хватило сил перебросить сюда снежного человека, ледяного голема и Повелителя Мертвых в придачу, то меня он проглотит с потрохами. Но отступать я не собираюсь. Слишком далеко зашел. Да и некуда отступать – позади граница!

Чай закончился, но есть не перехотелось. Еще бы, вчера весь день без маковой росинки во рту пробегал, а вечером так устал, что сразу отрубился. Зато сейчас желудок взбунтовался и упорно требовал свою порцию еды. Я вздохнул и направился к холодильнику. Не люблю готовить. Для этого дела мне фантазии не хватает. В этом Маша была права.

Между пельменями с сомнительной начинкой и жареной картошкой я колебался недолго. Набрав в алюминиевую кастрюльку воды, я поставил ее на стол, пододвинул к себе мусорное ведро и принялся чистить картошку. Нудное, надо признать, занятие. Как жаль, что у нас нет нормального электричества. Сейчас включил бы магнитофон, сидел бы, музычку слушал, картошечку чистил. Благодать. Была бы. Правда вся моя огромная коллекция дисков с музыкой погибла вместе с домом, но кое-что все же осталось и сейчас пылилось на дне чемодана у меня под кроватью.

– В темном-темном мире, на темном-темном континенте, в темном-темном квадрате, в Темном-Темном городе, на темной-темной улице, в темном-темном доме, в темной-темной комнате жил темный-темный Темный, – замогильным голосом проговорила вошедшая на кухню Маша.

Интересно, на нашем этаже живет пять человек, но двоих из них я почти никогда не вижу. Со мной общаются только Мария и Звягинцев, да и то, Петр после нашего последнего разговора тоже будет меня избегать. Хотя оно и к лучшему. Кухня не такая большая, чтобы вместить в себя шесть человек.

– И тебе доброе утро, – улыбнулся я. – Как спала-почивала?

– Спасибо, неплохо, – Маша потянулась, выгнув спину, как кошка. – Как там твоя знакомая?

– Полчаса назад спала, – я продолжал счищать с клубней кожуру. Шкурка спускалась вниз длинной змейкой, закручивалась спиралькой и падала в ведро. – Чем это ты ее вчера напоила?

– Валерьянкой, настоянной на водке, – довольно улыбнулась моя соседка. Было видно, что она очень гордится собой. А может, ей просто доставляло удовольствие помогать мне.

– О! – глубокомысленно протянул я. Теперь понятно, почему Яна спала вчера как убитая, а утром в комнате витал запах перегара. Скорее всего, водки в этой настойке было куда больше, чем валерьянки.

– Кстати, кто она тебе? – как бы невзначай поинтересовалась Маша.

Вот этого вопроса я ожидал уже давно, но ответа на него так и не придумал, поэтому сказал правду:

– Знакомая.

– Знакомая и все?

– Это допрос?

– Нет, просто интересно, – смутилась девушка.

Ага! Как же! Просто интересно! Так я тебе и поверил. Просто так даже слоны не летают.

– Просто знакомая. Я бы даже сказал, случайная знакомая.

– Темный, такой взрослый мальчик, а не знаешь, к чему случайные знакомства привести могут, – подпустила в голос яду моя соседка.

– Не смешно, – буркнул я. – У нее вчера отца убили. Прямо на ее глазах. Раздробили грудную клетку.

– Прости, – Маша испугано прижала ладонь ко рту. – Извини, Темный, я же не знала.

– Вот именно. Не знаешь и говоришь всякие глупости, – я бросил очередную картофелину в кастрюлю, и вода полилась через край. Пожалуй, хватит. – Старайся при ней об этом не упоминать.

– Да уж, поняла, – девушка тряхнула головой, словно отгоняя назойливые мысли.

Я налил в большую сковородку масла и поставил ее на огонь. Пока сковородка нагревалась, я быстро порезал картошку кружками в глубокую миску, посолил и перемешал. Когда масло на плите начало потрескивать, я высыпал картошку в сковородку, перемешал еще раз и накрыл сверху все той же миской. Поставив умеренный огонь, я достал из стенного шкафчика тарелки.

– Маша, пойди, разбуди нашу, в смысле мою гостью, – попросил я, расставляя тарелки на столе.

– Почему я? – удивленно подняла на меня глаза соседка.

– Потому, что ты ее вчера укладывала, это раз. Потому, что ей нужно будет помочь привести себя в порядок, это два. Потому, что я слежу за картошкой, это три, – терпеливо объяснил я, доставая из ящика стола вилки. – К тому же, ты девушка и вам будет легче поладить между собой.

Маша кивнула и ушла, а я опять остался на кухне один. Правда, меня это нисколько не угнетало. Пока картошка жарилась, наполняя кухню ароматными запахами, я порезал хлеб. Опять не рассчитал и пустил под нож почти всю буханку. Спрятав половину нарезанного хлеба в кулек, я выложил остальную часть буханки на тарелку и принялся ждать девушек, периодически снимая миску и помешивая картошку. Спустя двадцать минут я достал из своей коробки с продуктами маленькую упаковку с черным молотым перцем и щедро приправил картофель. Жаль, что лука нет, с ним картошка была бы просто великолепной. Хотя я уверен, что и так она будет весьма неплоха.