Мое проклятие. Право на счастье - Алиса Ардова

— Вы добились своего, Великая, я здесь. И готова сообщить Вольпену, Теомеру, Кариффе… всем, кому смогу, что Проклятая — на самом деле Сва. Это все, что от меня требуется?

— Нет. — Я по-прежнему не видела лица богини, но мне показалось, что она улыбается.

— Чего же вы от меня хотите?

— А ты? Чего ты сама желаешь, Катя?

— Я? — выдавила ошеломленно.

— Да, именно ты, девочка. Ты шла сюда договариваться, менять услугу на услугу. — Она уже не улыбалась — откровенно смеялась. — Вот и поведай мне, чего же ты на самом деле хочешь. Только не говори о проклятии — его я и так сниму. И привязку к высокородному разорву, это несложно. А дальше? Что потом, дитя? Чего жаждет твое сердце? Вернуться в свой мир и жить как ни в чем не бывало? Или остаться здесь и бороться за свое счастье и за тех, кто стал тебе дорог?

— А если я выберу Землю… — хрипло откашлялась. Во рту пересохло так, что язык едва ворочался. — Вы сможете меня туда перенести?

— С теми силами, что ты мне дала, это несложно. — Казалось, богине нет никакого дела до моих метаний, так ровно и холодно звучал ее голос. — Не скрою, мне нужна твоя помощь, но добровольная, а не принудительная. Предпочтешь Эргор, расскажу, чего от тебя жду. Соберешься уйти — отпущу и препятствовать не стану. Так что думай, Катя. Решай…

Застыла растерянно. В душе — сумятица из противоречивых эмоций и чувств, в голове — ни одной связной мысли. Легко сказать «решай» — и невероятно трудно сделать, особенно когда понимаешь, что от твоего ответа зависит очень многое.

Мечтала разрушить проклятие? Пожалуйста.

Надеялась навсегда освободиться от связи с родовым артефактом и стать свободной? И это, как оказалось, не проблема.

Радуйся, Катя. Отправляйся назад, в свой мир, и вспоминай империю Ирн лишь как тяжелый кошмарный сон. На Земле, в привычной обстановке залижешь раны, придешь в себя и начнешь все заново. Без Артема, Светки и ее не нормальной бабушки. А сиятельный? Что сиятельный?! Забудет тебя рано или поздно. И ты забудешь. А не забудешь, так по крайней мере научишься без него жить. Никуда не денешься.

«Кэти, Кэти… Ты только вернись», — всплыли в памяти слова Саварда, и в груди защемило от острой тоски.

Перевела взгляд на Проклятую. Богиня смотрела прямо на меня — холодно, бесстрастно, отстраненно.

— Есть надежда, что мы с Савардом будем вместе? Без всяких хозяев, наид, дополнительных жен и наложниц?

Спросила и замерла в ожидании, страшась и надеясь одновременно.

В глазах Верховной мелькнула искра сочувствия. Всего на миг, но этого оказалось достаточно, чтобы понять: она вовсе не так невозмутима и равнодушна, как хочет показать.

— Надежда есть всегда, дитя, — Сва помедлила, словно сомневаясь, стоит ли говорить дальше, но потом все-таки добавила: — Ваше общее будущее зависит не только от твоего выбора, но и от выбора мужчины тоже. Скажу только одно: уйдешь — потеряешь его навсегда, останешься — у тебя… нет, у вас обоих появится шанс… Если вы его не упустите. Каждый должен принять собственное решение. Сейчас твоя очередь, Катя. Так чего же ты, именно ты, хочешь?

Чего хочу? Остаться с Савардом!

Ответ пришел мгновенно, ясный и четкий, стоило мне представить, как я существую там, на Земле — час за часом, день за днем, год за годом — одна, без сиятельного. Просыпаюсь, куда-то иду, с кем-то общаюсь, работаю, развлекаюсь, ем, гуляю, ложусь спать… А его нет. Меня даже передернуло от подобного будущего. Пусть богиня ничего не обещает и говорит лишь о шансе — это все равно лучше, чем бессмысленное, тоскливое одиночество и сожаление о том, что потеряла.

А Вольпен и Теомер? Как я их брошу?

— Беспокоишься о магах своего круга, Катя? — Проклятая словно подслушала мои мысли. — Не стоит, я о них позабочусь. Они забудут о тебе, вернутся к прежней жизни и снова станут теми, кем были, — наследником рода и слугой-магом, до последнего вздоха привязанным к господину кровной клятвой.

Мда… замечательная перспектива.

Ну а Кариффа, Вионна, няня Мори, которую я обещала забрать к себе? Наланта, ставшая мне подругой? Даже Тисса… Ведь не прощу себе, что сбежала, не попытавшись изменить их судьбу к лучшему. Тем более если появится хотя бы малейшая возможность это сделать.

Тряхнула головой, отгоняя последние сомнения.

— Я остаюсь.

— Не пожалеешь? Или так уверена в своем саэре? — хмыкнула Проклятая. — А если он предаст? Отречется от тебя? — настойчиво добивалась она ответа.

Сердце кольнуло болью, но я не позволила неуверенности сбить себя с толку.

— Это будет его решение. А я свое уже приняла. Но мне необходимо знать, что случилось с душой настоящей Кателлины? Где она сейчас? И что с нею стало, если я забрала это тело? Она получила мое, возродилась в новом или исчезла навсегда?

Я никогда не встречалась с бедняжкой Катэль, но обрекать ее на гибель и силой занимать чужое место не хотела.

Последовала долгая пауза.

— Я предполагала, что ты об этом спросишь, девочка, — откликнулась наконец Верховная. — Что ж, смотри.

Из середины кристалла, в котором находилась богиня, вырвалось серебристое пламя, стремительно закручиваясь в бесконечную радужную спираль. С каждым новым витком она вращалась все сильнее, ширилась, пока не превратилась в гигантскую воронку. А потом окружающий меня мир перестал существовать, и я увидела… себя.

— Узнаешь, Катя? — донеслось издалека гулкое эхо.

Еще бы не узнала. Никогда не забуду свою свадьбу — я надеялась, что этот день станет самым счастливым, а он обернулся кошмаром.

Да, именно так все и началось. Мрачный Артем, рыдающая Светка, ненависть в глазах Натальи Владимировны, ее вытянутая в мою сторону рука и роковые слова: «Будь ты проклята!» Потрясенная, я снова переживала те бесконечные мгновения, которые навсегда перевернули мою жизнь.

Вот Нэталина замолчала. Сейчас случится самое страшное. Поежилась, вспомнив жуткую черную тень и когтистые лапы, больно царапавшие кожу, но… ничего не произошло.

Я по-прежнему стояла напротив Светкиной бабушки, оторопело на нее уставившись. Столпившиеся вокруг нас многочисленные свидетели этой безобразной сцены начали переглядываться — морщились, ехидно улыбались, шушукались, кто-то крутил пальцем у виска.

— Не удивляйся, — прошелестело рядом, — сейчас ты видишь то, что сохранилось в памяти оставшихся на Земле людей.

Наталья Владимировна вдруг мертвенно побледнела, прижала ладонь к груди и, хватая ртом воздух, осела на пол. Светка, отчаянно заверещав, бросилась к родственнице. Гости забегали, засуетились, поднялась суматоха, и никто не заметил, как я зашаталась и, закрыв глаза, тяжело привалилась к стене. Нет… Артем обратил внимание. Попытался пробиться ко мне, но его быстро оттеснили в сторону, а потом к мужчине подскочила Светка, повисла на шее и стала настойчиво что-то втолковывать.