Книжный Дозор - Аркадий Шушпанов

– Что там такого?

– В захолустных вузах всегда найдутся подвижники. Или энтузиасты – карьеры не сделаешь, Нобелевку не получишь, но делом своим занимаешься просто из любви к искусству. Светлые, только не Иные. Такой из студентов душу вытрясет, если не помнят, кто чего написал да по какому поводу. Мне вот попался энтузиаст мифологии. Не знаю, жив ли еще. Но кое-что он мне крепко вбил.

Дмитрий говорил это, но думал о другом. Он представлял себе похожую скамейку в похожем сентябре десять лет назад. Рядом сидел Стригаль, но его сознанием в тот момент овладел Кармадон – Совиная Голова. С несвойственной ему мимикой, практически не мигая, чужим голосом псевдо-Стригаль раскрывал наставнику Дрееру тайны Сумрака. Наставник Дреер должен был убедить Анну и ее незадачливых друзей отказаться от своего плана сделать всех Иных обычными людьми.

«Если исчезнут Иные, между людьми из Сумраком не останется никого», – сказал тогда Кармадон.

Как всегда, это была далеко не вся правда.

– Выкладывай, – приказал Александр.

– Сумрак может быть разумен, – начал Дреер и взглянул на Анну.

Девушка тоже помнила, что рассказал им Дмитрий Леонидович в ту сентябрьскую ночь на террасе Елизаветинского парка в Царском Селе.

– Именно может быть. Дети-«маугли» тоже бывали разумны лишь в общем и целом. Они развивались только до определенных пределов. И Каспар Хаузер не все пробелы в развитии заполнил. Вообще развитие – это лишь возможность. А ее воплощение от многого зависит. Какая среда, семья, учителя.

– У Сумрака – ничего… – проговорила Анна.

Александр глянул на нее исподлобья. Наверняка и он собирался изречь нечто подобное.

– Сумрак – это лишь свойство самоорганизации материи. Тоже – возможность. Потенциал. На Земле он начал реализовываться. Сначала он как-то отображал просто живую природу. А до нее, может, и не живую, как реликтовый звездный свет. Только в нашем случае это была тень, отброшенная миром неизвестно от чего. А потом появились мы, то есть люди, я имею в виду, не Иные. Сумрак, он как ребенок-«маугли», только наоборот, а мы – его стая. Но это ребенок с колоссальной задержкой развития. В тысячи и тысячи лет. Просто у человека не бывает столько времени, а у Сумрака оно есть. Он обучаем и воспитуем, просто медленно.

– До сих пор играет в солдатики, – сказал Александр, – и в рыцарей.

– Когда он впервые вышел на контакт с людьми?

– Примерно в эпоху овладения огнем. Уже были кроманьонцы. Кстати, по уточненным данным, первые Иные – это вампиры.

Анна удивленно посмотрела на Инквизитора, хотела что-то сказать, но сдержалась.

– А я думал, что первые – оборотни, – поделился Дреер.

– Считай это научно подтвержденным. – Александр хмыкнул. – Мы все в каком-то смысле их потомки. Играть с чистой Силой научились много позже.

– Не Сумрак подарил людям магию, – произнес Дреер. – Это люди его научили.

– Шутишь?

– Ты сам мне только что сказал. Первые – вампиры. Иных в процентном отношении было наверняка меньше, чем теперь. Оборотни, надо полагать, были вторыми. Тотемизм, единение с природой. Все логично! Потом, скорее всего, шаманы и ведьмы. Травы, корешки, кости и прочая требуха, чтобы выходить в Сумрак. Непосредственно – позже. В каждом племени был свой шаман, но каждый ли был Иным?

– Конечно, нет!

– Вот именно. А магию практиковали все. Просто у Иных она стала получаться. Благодаря новому ресурсу. Но существовала она до!.. Как простые суеверия. Первобытные люди кидали палками в изображения мамонтов, чтобы получить удачу на охоте. Это и называется магическое мышление. Связать одно с другим напрямую. Формальная-то логика в каком веке появилась? Не Сумрак научил людей магии, все наоборот! Понимаете? – Дмитрий не выдержал и даже вскочил, встал перед скамейкой.

Маугли посмотрел на него с лестницы и снова отвернулся.

– Он впитывал эмоции, переживания, образы. А другого мышления, кроме магического, тогда не было! – вещал Дреер. – Если бы тогда у всех в голове был теоретический минимум Ландау – Сумрак стал бы совсем другим. Только вот загвоздка! Люди додумались до классической философии или там экспериментальной науки. А Сумрак остался на уровне первобытного магического мышления. В нем еще слишком много звериного.

– Ты сильно не расходись, ближе к делу! – осадил Александр. – Я же старый вояка, не забывай. Ты мне гордиев узел не плети, мне покажи, откуда рубить сподручнее.

– Сейчас все будет, не волнуйся. Что есть основа колдовства? Ритуал. Древнейшие мировые культуры построены на обрядовой магии. Урожай, охота и тому подобное. Потому и Сумрак не может без ритуалов. Смотрите, он есть везде или почти везде. По крайней мере там, где есть люди, так? Каждый Иной связан с Сумраком. То есть время от времени выходит туда, или общается через него, или другие действия совершает… Не перебивай, подожди! Что мешает Сумраку при желании просто взять и развоплотить любого? Для чего нужен Тигр? Чтобы охотиться за маленьким мальчиком?

– Действительно, – проговорил Александр.

– Это ритуальные игры! Он не может просто взять и сделать! Ему нужно разводить церемонии. То же самое с Двуединым. Ты сам сказал, мавр сделал свое дело. Ему нужен был спектакль! Хотя бы пляски у костра. Сумрак – дикарь, он по-другому не может. Он еще не научился бомбить без предупреждения.

– Благодаря этому мы еще и существуем, – уронил Инквизитор.

– Кошка ведь играет с мышью, прежде чем задушить, – не унимался Дреер. – Но хитрая мышь бывает, что и сбежит. Так же и здесь. Сумрак играет с Иными. Рыцари могли стереть нас в порошок одним ударом. Но им нужен ритуал. Потому они давали шансы, вступали в переговоры. Если бы Сумрак мыслил прагматически, он бы забрал мальчика сразу, а всех, кто мешал, утащил бы за компанию. Но это у него от людей – создавать себе препятствия, чтобы преодолевать. Вспомни кино или театр. Гамлет не мог просто пойти и заколоть убийцу короля. Драмы не будет! Игра – тень жизни. Основа ритуала. Все искусство с этой точки зрения развилось из первобытной магии!

– Не так уж сильно, выходит, Сумрак отстал в развитии…

– Оно неравномерно, – вдруг сказала Анна.

– Что? – хором спросили Александр и Дреер.

– Развитие. Особенно у детей. Мальчик может отставать по всем статьям, но прекрасно разбираться в компьютерах. Или очень хорошо считать. Что-то очень хорошо развивается, чтобы компенсировать другое.

– Да вы на человечество посмотрите! – замахал руками Дреер. – Кое-кто живет в Средневековье или даже в первобытном обществе, а воюет современными боеприпасами! Вот что такое Сумрак наяву.

– А пацан тут при чем? – откинулся на спинку скамьи Александр. – Рыцари устраивают игрища, турниры. Хорошо. Но зачем им дефективный ребенок? Он же не пророк!

– Аня, может, скажешь ему уже? – сказал девушке Дреер. – Если ты догадалась про неравномерное развитие, то и все остальное тоже поняла?