К чему приводят девицу... Объятия дракона - Анна Рассохина

— Мм… э-э-э…

— Не понимаешь, — констатировала она.

- А…

— Молчи уже, объясню сама! Помимо того, что ты чуть было не лишилась девичьей чести, так существовала еще опасность, что ты забеременеешь.

— О! — Я задумалась. Так вот как получаются дети!

— Нилия! — возопила маменька.

— Я раскаиваюсь, — пискнула я.

— К хмару лысому твое раскаяние! Ты же могла умереть при родах, если бы у вас получился мальчик!

— Ой, — испугалась я. — Больше не буду так делать!

— Не зарекайся. Я сама была молодой, все понимаю.

— Я теперь к нему даже близко не подойду!

— И я в свое время подобное утверждала, — вздохнула маменька, задумчиво разглядывая меня.

— Мам, можно я оденусь? — смущенно попросила я.

Родительница подняла с пола верхнюю часть моего кружевного комплекта.

— Что это? Давно ты это носишь?

— Целый год. И не только я, исподнее от госпожи мир Ль’Виллен носят все магички Славенграда.

— Н-да-а, — задумчиво протянула маменька. — Теперь я понимаю, почему он не утерпел.

— Вообще-то в первый раз он как раз сдержался и даже отругал меня, — тихо призналась я.

— В первый раз? — возопила матушка, а затем уперла руки в бока: — Давай рассказывай мне все с самого начала!

Пришлось поведать ей все, начиная с ночи нашего с Шайном обручения и заканчивая тем, что произошло у нагов. Умолчала я лишь о том, что эту тайну знал Василь. Мне не хотелось выдавать нашего заботливого нечистика.

Маменьке история в целом понравилась, только она все равно пожурила меня за то, что я все от нее скрывала. Под конец родительница напомнила мне о необходимости не поддаваться соблазну. Я старательно кивала, а потом поменяла тему:

— Мам, а правда, что у нас с Арриеном завтра состоится второе обручение?

— Правда. И я теперь поняла, отчего твой дракон раз сто повторил, что не желает и дальше просто наблюдать за твоей жизнью.

— Прямо-таки сто раз повторил? — прищурилась я.

— Я не считала, но он говорил это много раз за сегодняшний день. Ты лучше платье подбери для завтрашнего обручения! Леля!

Домовая явилась на зов моей матушки быстро и с хитрющей улыбкой на лице.

— И браслеты надо. И туфли… О боги! Как мало он оставил нам времени! — засуетилась маменька.

Я призадумалась и объявила:

— Мам, я хочу, чтобы и мое второе обручение было таким же необычным, как и первое!

Родительница округлила глаза, а Леля нервно хихикнула:

— Тоже Йена будет играть роль жрицы?

Матушка строго глянула на нее и перевела взор на меня:

— Что ты предлагаешь?

Я подошла к шкафу, заглянула в него и увидела, что среди моих платьев торчит клочок светло-сиреневой ткани. С любопытством вытащила новое платье. С благоговением прикоснулась к тонкому мягкому шелку, струящемуся сквозь пальцы.

— Это тоже шил мир Милиниль? — спросила я родительницу.

— Узнала?

— Да, оно очень похоже на мое выпускное платье. Тоже плечи открытые, и шнуровка на спине, и юбка, как цветок!

— Это немного другое. Видишь, здесь спереди есть складки и бант, скрепленный брошью из мелких аметистов. Мир Милиниль его сшил для тебя в качестве подарка.

— Очень дорогой подарок, — заметила я, — надо будет поблагодарить.

— Поблагодари, только про цену не упоминай, а то обидится. Я этого эльфа давно знаю!

Я улыбнулась, а затем воодушевилась:

— Туфли я надену те, что подарил мне Зест!

— Это все? — осторожно осведомилась матушка.

— Нет! Вычурных браслетов не нужно — в первый раз их тоже не было. Арриену повяжем белую ленту, расшитую золотом. Леля, ты за ночь успеешь? — поинтересовалась я у домовой.

Она ошалело покивала, а я увлеченно продолжала:

— Моим браслетом станет венок из ромашек!

— Что? — изумилась родительница, а я азартно вещала дальше:

— А еще позовем гостей: жителей Крыла, всех ир Корардов, архимага, Эстану, ну и друзей — всех, кто успеет приехать. Ах да — еще тетю Мариту с семейством!

— Погоди, — взвыла матушка. — Какие ромашки? Какие гости?

Я с серьезным видом смотрела на нее, и родительница, поморгав, наконец произнесла:

— Пусть тогда ромашки будут мелкими, садовыми, а венок я сплету сама.

— Я согласна! — захлопала в ладоши.

— И давай пока не будем приглашать ир Корардов и архимага с Эстаной. Друзей зови — если успеют, пусть приезжают. Крылатских тоже позовем, но я лично отберу самых достойных, — сообщила родительница.

— Мам, — увлеченно объявила я, — это еще не все. Слушай, что я придумала!

Маменька с Лелей обменялись настороженными взглядами. В конце своей пламенной речи заметила, что у них обеих отвисли челюсти, но останавливаться я не собиралась:

— Леля, позови сестер. Скажи — срочно!

Домовая исчезла, а матушка изрекла:

— Мне страшно даже представить, что ты к свадьбе надумаешь.

— Рано еще говорить о свадьбе, ты лучше тетушек озадачь. Я тебе нарисую цветок драконьей слезы для тети Гораны, и не забудь напомнить папеньке про музыкантов, а сама подумай насчет угощения для гостей.

— Уже подумала. Пойду озадачу Василину, — с озабоченным видом кивнула родительница.

Я обняла ее:

— Ты у меня самая лучшая матушка на Омуре!

— Не подлизывайся.

Я обняла ее еще крепче. Маменька с нежностью улыбнулась:

— Выдумщица ты моя!

В этот момент в комнату стали входить сестрицы, потом появилась Леля. Она сообщила:

— Собрала всех, кого нашла. Этель где-то со своим темным пропадает.

Сестры с интересом посматривали на меня, а я быстро начертала пару строк Андеру и Нелике, где просила их прибыть завтра в Крыло на мое обручение. Еще я просила по возможности привезти с собой Дарина, Конориса, Лейса, Зилу и Осмуса.

— Девочки, у меня к вам будет большая просьба! — Я внимательно поглядела на сестриц.

— Говори уже, — за всех ответила Лисса.

— Завтра вы должны сопроводить меня в храм. Вернее, вы должны выйти к алтарю вперед меня. И не просто пройти, а протанцевать.

Сестры молча переглянулись между собой. Первой кивнула Тинара:

— Я согласна. Только какой танец мы будем исполнять?

— Танец я еще не придумала, — извиняющимся тоном созналась я.