Колдовская компания - Ольга Баумгертнер

– Однажды Арош похвастал, что его род ведет начало от повелителей Брингольда, и если бы горцы обрели свободу, его старший брат стал бы королем. Тогда он получил от старших мальчишек несколько подзатыльников. У вас ведь не принято ворошить прошлое, сейчас все горцы равны. Так что же, это действительно было бы так?

– Что? – Гарнаш отрешенно глядел на горы.

– Ты бы действительно стал королем?

– Этого никогда не произойдет, – глухо произнес он. – Смотри. Смотри, что сделали с моим народом!

Прииски представляли собой страшное зрелище. Разрытые горловины карьеров. Ютящиеся по бокам хижины, топившиеся по черному. Здесь они рождались, жили и умирали… Одни остались в Брингольде, физически более слабые. Других, сильных и выносливых, когда-то давно загнали сюда. Цепи, носимые ими, связала магия. Отсюда действительно никому невозможно было убежать. На приисках трудились и женщины, и дети, и старики, а мужчины, чем могли пытались облегчить труд. Мы, наконец, оторвались от мрачного созерцания рудников.

– Зачем? – только и вымолвил Гарнаш, ища ответ на моем лице – он заметил, что вид рудников поразил меня, как и его самого. И я действительно не так себе все представлял.

– Я не знаю…

– Для чего Ретчу эту нужно?…

– Не Ретчу, – поправил я его. – И не моему отцу. Это нужно Ментеперу.

– Кто это?

– Наш самый мудрый колдун и учитель. Который живет отшельником в лесу, в крошечном, скромном бревенчатом домике, не имея ни одного слуги. Я понятия не имею, что он делает со всем этим золотом…

Я развернул Шэда. Всю обратную дорогу горец не проронил ни слова. В Брингольде он спешился и куда-то тут же направился.

– Гарнаш, – окликнул я его. – Ты мне кое что должен.

– Я помню, – он на миг обернулся. – Только сначала повидаю брата.

Следующие занятия с ним я стал осторожнее. Жгучая ярость горца, рвавшаяся наружу, сменилась холодной и несколько отрешенной ненавистью, что делало его намного более опасным противником. Но он пока не предпринимал попыток меня убить. Мы с ним занимались до седьмого пота. Арош, принесший мне чистую рубашку на смену мокрой, уставился на мою спину, когда я переодевался.

– Откуда это у тебя? – спросил Гарнаш, проследив изумленный взгляд брата.

– Для обитателя Брингольда ты задаешь глупый вопрос.

Я вышел вон и направился на конюшню. Однако Гарнаш не отстал и тоже стал заседлывать свою лошадку.

– Ты куда собрался? – поинтересовался я.

– Я еду с тобой.

– Ты думаешь, я вновь направляюсь на рудники? Я больше не поеду туда.

– Нет. Я хочу, чтобы ты рассказал о Ментепере.

– Зачем? – я чуть усмехнулся. – Он не по зубам даже такому искусному воину, как ты. Он не по зубам даже мне… Пока не по зубам…

В его глазах застыло изумление, и он не последовал за мной, когда я выехал на Шэде на прогулку.

Незаметно минул месяц. Этого времени мне вполне хватило, чтобы уже Гарнаш опасался моего меча. Я объявил, что он и его люди могут покинуть Брингольд.

– Когда ты вновь посетишь замок? – спросил он напоследок.

Я лишь пожал плечами. Невольно я внушил горцу надежду, что собираюсь покончить с Ментепером. Одновременно с этим он ждал и освобождения Брингольда. Что подвигло его к таким ожиданиям? Гордость древнего рода и королевская кровь или только желание освободить свой народ?… Они уехали.

А Ретч так не объявлялся. В горах начал таять снег. Старый колдун сообщил о прибывшем маге из обители, известившем, что раньше осени Ретч не приедет. Я в досаде понял, что больше не могу ждать. Я покинул Брингольд в какой-то странной и непонятной тревоге. Только Шэд, истосковавшийся по дороге, бодро бежал вперед по расцветающей земле. Снег почти сошел, зазеленели луга, пестря цветами, и из лопнувших на деревьях почках уже разворачивались молодые листья. И мое мрачное настроение почти развеялось.