Хоббит и Глаз Дракона - Дмитрий Суслин

Вот как случилось, что у Бильбо появились новые друзья – поющие эльфы. И теперь уже не три путника, а тридцать три шли по Лабиринту Подземелий.

У нашего героя как гора с плеч свалилась. Мало того, что с поющими эльфами стало светло, как от дюжины факелов, так еще и поболтать теперь было с кем. А то ведь одиночество (а с такими спутниками, как Зелендил и Биинор ходить все равно, что одному) хуже всего. Да и думать обо всем теперь было не трудно. Есть с кем посоветоваться.

Поющие эльфы оказались существами довольно серьезными, и опасения Бильбо, что его новые друзья пустые создания, которые подобно бабочкам только и могут, что порхать с цветка на цветок, да петь песни и исполнять музыку, не оправдались. Вовсе нет. Эльфы сказали, что не издадут ни звука, пока не выведут Бильбо наружу, и не расколдуют свой народ.

Бильбо очень удивился, когда услыхал, что поющие эльфы собрались вывести его из лабиринта.

– Как это вам удастся? – спросил он. – Только Гэндальф со своим чудесным посохом спокойно ходил по лабиринту, не боясь заблудиться.

– Об этом не беспокойся, – сказал ему Лилиан.

И тут оказалось, что эльфы слов на ветер не бросают. Они полетели вперед по одному, вытянувшись таким образом в длиннющую цепочку. Один эльф отдалялся от другого на предельное расстояние, пока его можно было увидеть, и смотрел, что там впереди. Если там было все в порядке, то вперед летел следующий эльф, за ни другой, третий. Эльфы не теряли друг друга из виду, постоянно давали друг другу сигналы, окликали, и если пути впереди не было, или он был слишком подозрителен, то они возвращались назад и меняли направление.

– Да вы ловкие ребята! – восхитился их действиям Бильбо. – Этак мы очень скоро окажемся снаружи.

– Не все так просто, – охладил его пыл Лилиан. – Не забывай, что тебя ищет Веннидетта.

– Вот уж о чем бы я вовсе не хотел вспоминать! – У Бильбо сразу испортилось настроение.

Тем не менее, они продвигались вперед и понемногу поднимались наверх. Все дорогу Бильбо разговаривал с Лилианом и с еще одним почтенным эльфом по имени Рениоальт и выспрашивал у них о том, что неужели за все это время их никто не пытался расколдовать.

– Увы, – вздыхал Рениоальт, – так получилось, что сразу после того, как Око Дракона превратило нас в камень, над Горелыми горами разразилась великая битва драконов.

– Кажется, мне о ней рассказывал Гэндальф, – вспомнил Бильбо.

– Да-да! – подхватил старый (хотя эльфы редко бывают старыми, потому что пьют молодящий нектар) эльф. – Тысячи, десятки тысяч драконов заполнили небо. Словно туча закрыла солнце. Они так яростно сражались друг с другом, что сожгли все вокруг дотла. Завалили все проходы к цветущим долинам, и остальные эльфы видимо решили, что мы погибли в огне сражения. Если бы они знали, что мы заколдованы, они бы обязательно попытались бы что-нибудь сделать. Но к счастью пришел ты, пришелец издалека и снял с нас чары. А теперь, если судьбе будет угодно, мы снимем чары и с остальных.

– Обязательно это сделаем! – заверил эльфа хоббит.

Но тут их беседа прервалась. Впереди эльфы что-то тревожно закричали и стали стремительно возвращаться.

– Что случилось? – спросил Лилиан.

– Там впереди драконша! – ответили ему. – Она лежит в пещере и караулит все выходы, как кошка караулит мышиные норы.

– Это плохо, – ответил Лилиан.

– А нельзя ли как-нибудь в обход? – поинтересовался Бильбо.

– Другого выхода нет, – вздохнул Лилиан. – Но мы потеряем много времени.

– Лучше потерять немного времени, – заметил Бильбо, – чем жизнь.

И они стали искать новый путь. Лилиан оказался прав. Им пришлось вернуться назад на достаточное расстояние и снова идти, несколько иным, окольным путем. Как ни странно, но Бильбо это нисколько не огорчило. Он так радовался, что у него есть интересная компания, что даже забыл про свои страхи.

Не видел он и не чувствовал того, как подрагивает за его спиной мешок, в котором волновалось Око Дракона.

Они пробирались по туннелям, и путь их шел через самый низкий и узкий туннель. Даже Бильбо приходилось нагибать голову, а уж Зелендилу и вовсе приходилось несладко. Он шел согнувшись в три погибели и вид у него был очень несчастный.