Эпоха Пятизонья - Михаил Белозеров

– Думаю, они прячутся.

– Где?.. Под землей? – опять удивился генерал. – Мы смотрим из космоса – ничего не видно.

– В разных временах.

– Как это?.. – нервно переспросил генерал.

– Ну, склад у них есть в прошлом, точнее, в семнадцатом веке.

Трубка долго молчала. Потом генерал осторожно спросил:

– А ты не того, сынок?.. Не загибаешь? Не обкурился?

– Не того, товарищ генерал, и не загибаю, и не обкурился. Я только хочу напомнить, что у меня еще полтора дня.

– Считай, что один, – быстро отреагировал генерал.

Должно быть, эта фраза засела у него в голове в качестве последнего приказа, и баста! Как с ним работать?! – в отчаянии подумал Костя.

– Полтора! Вы же обещали!

– Обстоятельства изменились… На меня давят… ты даже не представляешь как!

Это была отговорка – Костя сразу понял, просто генералу надоело ждать. Да и полдня, в его представлении, были чепухой. Что за это время можно сделать? Разве что напиться и удавиться?

– Я могу не успеть, – сказал он. – Я и сам еще не все понял. Надо этот самый вход найти.

– А поздно не будет?

– Не будет, – дерзко ответил Костя, которому уже надоело пререкаться с генералом. Связь, как всегда, могла оборваться в любой момент.

– Добро. Жду до двенадцати ночи следующего дня. Я на тебя по-прежнему рассчитываю.

– Спасибо, – поблагодарил Костя. – У меня по-прежнему полтора дня!

– Ладно-ладно, действуй, – согласился генерал.

Хорошо вам, подумал Костя. А как действовать? Как? Он начал тяжело думать и… проснулся. Перед ним стояли майор Базлов и Серега Гнездилов в синей майке. Костя перевел взгляд на Ивановскую площадь, ожидая увидеть там строй универсальных солдат, то бишь «богомолов», разыскивающих дезертира, то бишь его, Костю Сабурова, но, увы, Ивановская площадь была по-прежнему пуста, только над Арсеналом одиноко и потерянно летал «протеиновый матрикс». Должно быть, заблудился во времени, решил Костя. Ну и бог с ним.

– Привет! – сказал майор своим сухим баритоном, словно они и не расставались. – Дай пожрать…

Костя так на них посмотрел, что они отступили на два шага, и только тогда он понял, что солнце светит вовсю, что наступил новый день и что пошли вторые сутки его пребывания в Кремлевской Зоне. А значит, она цела и никакой ядерной атаки не произошло. Молодец генерал Берлинский! Держит слово. Настоящий мужик, только от этого не легче, а может, даже и страшнее. Может, лучше, если бы площадь была полна здешнего люда, тогда все было бы ясно и понятно. А так – где их искать?

– Иди ты знаешь куда! – ответил он майору.

– Ты что, обиделся? – осведомился Базлов, хотя на лице у него не было и следа раскаяния.

– Если бы у меня был «пермендюр», – сказал Костя, – я разнес бы это осиное гнездо еще вчера.

Он думал о «жабаке» в Арсенале, который пожирал человечину, от одного этого можно было сойти с ума.

– Дай пожрать, будь другом, – слезно попросил Серега Гнездилов, выглядывая из-за спины майора.

Его белобрысые ресницы выглядели особенно печально.

– Знаю я вас, опохмелиться хотите, – смилостивился Костя, доставая хабар-кормилец.

– Есть малость… – осмелел Серега Гнездилов. – Ты не думай, я ведь настоящий. Я человек. Это Кирилл Васильевич у нас «фракталом» заделался. А я нет, я настоящий. Его когда копировали, меня в подвал бросили. Молод я еще. Я по привычке Кирюху и слушался. Мне пиво положено… – не очень уверенно добавил он, следя голодными глазами за каждым движением Кости.

Врет, подумал Костя, по последним данным, «фракталы» – древнейшая небиологическая раса людей. В общем понятии – энерготоники, существа, произведенные из небелковой материи. Но почему они приняли человеческий вид? Это вопрос вопросов! Тайна вселенной! Загадка мироздания! Возможно, они самая древняя форма жизни, а я здесь со своими проблемами Зоны, и вообще – мне все надоело!

Базлов Олег Павлович до попрошайничества не опустился, но по его печальным глазам Костя понял, что майор тоже хочет опохмелиться.

– Сейчас, но не гарантирую… – пожалел он их и вытряс из хабара ровно три бутылки «Невского светлого».

Получается, что хабар-кормилец читает мысли? Он даже не успел удивиться, чтобы воздать хвалу Реду Бараско, – как всегда, некогда было разбираться с подобными чудесами, которыми были полны все без исключения Зоны.

– Вообще-то, я темное предпочитаю… – поморщившись, заявил майор. – Но и светлое пойдет, – заторопился он, поняв, что может лишиться и этой бутылки, потому что Серега Гнездилов тут же готов был вцепиться в нее, как клещ, мертвой хваткой.

– Где ж ты был? – спросил Костя, делая глоток. – Я без тебя здесь навоевался.

Пиво было холодным, с выраженным привкусом хмеля. Майор закашлялся. Сергей Гнездилов заботливо постучал его по спине. Сдружились, понял Костя, аж противно. Заговор, что ли, плетут за моей спиной?

– Мы теперь решили тебе вдвоем помогать, – поведал Гнездилов, моргая белесыми ресницами.

– Тоже мне помощники! – усмехнулся Костя и выдавил из хабара-кормильца три плавленых сырка с грибами.

Больше хабар ничего не выдавал, сколько Костя его ни тряс. Наверное, он решил, что и этого достаточно.

– Ты хоть понимаешь, что мы тебя спасли? – важно спросил Базлов, раздирая пальцами бороду.

– От чего? От чумы?

– Э-э-э… – с укоризной произнес майор, принимаясь за сырок. – Я, может, с «песиголовцами» сражался. От тебя, между прочим, уводил.

– Ешь… ешь… – не поверил ему Костя. – А где «пермендюр»?

– Потерял… – потупился майор, сдирая с сырка остатки фольги. – Прыгать пришлось, бегать… когда обронил, возвращаться не имело смысла.

– Остались мы без артиллерии… – вздохнул Костя. – А где Кирилл Васильевич?

– Кирюха? – переспросил Гнездилов, допивая содержимое бутылки. – Так он это… к себе подался…

Врут, наверное, не поверил Костя, очень талантливо врут, но не стал разбираться. «Фракталов» нам еще не хватало, подумал он. Надо что-то предпринимать. У него еще не созрел план. Можно пойти в Арсенал и наказать «жабаков», но для этого надо было иметь хотя бы «пермендюр», который Базлов потерял. Черт знает, каким оружием эти «жабаки» владеют и во что они могут превратиться с перепугу? К тому же я один реальный боец. Майор и пацан только обуза.

Костя оценивающе посмотрел на Базлова и Гнездилова. Без «пермендюра» мощь его армии уменьшилась больше чем наполовину. Разве что свистнуть Амтанта и выпросить у него новое оружие? Такой вариант не исключался, но это значило раскрыть Амтанта перед Базловым и Гнездиловым. Косте почему-то этого делать не хотелось. По крайней мере, не сейчас. Амтант – его единственная козырная карта. Тайный агент на службе у Зоны, то бишь ее хозяев. Не то чтобы Костя не доверял никому, просто Базлов до сих пор непонятная лошадка, а Гнездилов – явно «фрактал», но без «дрона», что бы он ни говорил. Жигунов где-то здесь шляется со своим «дроном». Тоже тот еще фрукт! Ничего не пойму, думал Костя. Запутался.