Ректорша со шпаргалкой - Ксения Мур

У стола, для посетителей расположились два массивных, темных кресла с бархатной изумрудной обивкой. Да и для меня тоже предполагалось именно такое кресло, только спинка была выше и на самой верхушке, вытесанный из дерева гордо горел герб академии.

— Красота какая! – в восторге от увиденного говорила я, любовно поглаживая светлые стены. — Самая настоящая мечта! Спасибо тебе, моя хорошая!

— Действительно, очень красиво, — улыбнулся Ингирис мне тепло. – Завтра сможешь перенести свои бумаги сюда и начать работать.

– Почему завтра? Немедленно! К вечеру успеем!

На самом деле, весь мой переезд занял не так уж много времени. Убирать в новом кабинете не нужно было, академия подогнала его чистеньким и новеньким. Мне оставалось только перебрать книги: которые я хотела бы видеть на своем рабочем месте, а которые хотела бы оставить в спальне, как, собственно, и отчеты прошлых ректоров. Те планы, которые я набрасывала себе на будущее, также оставила пока в комнате, чтобы никто случайно их не нашел и не увидел.

После того, как необходимые книги, свитки и папки были отобраны, нужно было только попросить академию, и она все это добро переместила из одного места в другое. Очень удобно, кстати! Магическая доставка! И никакой тебе беготни туда-сюда.

— Теперь расставить все на полках и можно начинать работать, — довольно мурлыкала под нос.

– Только не перегружай себя, – Ингирис снова завел свою любимую песню.

– Да я еще ничего даже не сделала, – я закатила глаза и мысленно стукнула себя ладонью по лбу. Ну, что с ним делать? — Слушай, может, тебе просто необычно видеть меня работающую? До этого долгое время я почти ничего не делала, вот тебе и кажется, что сейчас перенапрягаюсь. Ну не я, а… Ты понял!

Мужчина только тихо рассмеялся, обнял меня за плечи и на ухо прошептал:

– Понял.

Перлигор еще немного с нами побыла, а потом увидела книги со древними письменами, которые Ингирис отнес ко временам Тарума (первого ректора) и всё, пропала женщина. Она дрожащими руками взяла те дневники и едва слюной на них не капала!

– Вы можете перевести их? — спросила я профессора.

— Если разрешите, то я готова ночами бодрствовать!

— Ну, такие жертвы нам не нужны, – прыснула я, наблюдая за безумным сияющим взглядом женщины. Похоже, профессия и на нее свой отпечаток наложила. – Берите! Расскажите нам потом, что там интересного.

— Будем надеяться, что госпожа Перлигор завтра хоть о своих парах не забудет, — задумчиво сказал Ингирис, как только за профессором захлопнулась дверь. — О том, чтобы отдохнуть или поужинать, я уже молчу.

– Она получила новую игрушку, – пожала я плечами. Все мы дети во взрослом теле. – Лучше помоги мне расставить всё это и пойдем домой. Как раз за ужином нормально поговорим. Хотя, я уже боюсь и говорить это вслух. В прошлый раз ты пропал как раз перед ужином.

Он подошел ко мне вплотную, нежно взял за руку и поднес ее к своим губам. И прежде чем оставить на ней нежный поцелуй, томно произнес:

– Сегодня я никуда не исчезну, буду с тобой все время.

У меня даже дыхание сбилось. Ингирис когда целовал мою руку не отводил взгляда, а смотрел мне прямо в глаза. Теперь я видела в них совсем другие эмоции: нежность, благодарность, уважение и даже симпатию. Не уверена, что за столь короткое время можно было влюбиться, но и банальным интересом эти чувства уже нельзя было назвать.

Да и у меня внутри все сильнее разгорался костер, который вполне мог перерасти во что-то глубокое и крепкое. Хотелось бы надеяться, что в любовь.

— Тогда предлагаю закончить как можно скорее и наконец-то насладиться отдыхом в уютной атмосфере, — кокетливо улыбнулась мужу и даже игриво подмигнула.

— Как прикажете, тайра! — в шутку поклонился Ингирис, и мы весело подтрунивая и флиртуя вернулись к свиткам и книгам.

Мне нравилось проводить время с мужчиной в такой неформальной обстановке. Мы могли говорить об учебе, о работе и одновременно обсуждать, что хотелось бы съесть на ужин или чего выпить.

Пожалуй, в этом и была моя ошибка в прежней жизни: нужно было выбирать себе мужчину с похожими интересами. Потому что если так подумать, то мы с Виктором никогда друг друга не понимали, не могли представить важность каких-либо вопросов и только по вежливости поддерживали беседу о работе. Да и то, первые годы, потом это начало раздражать. Ну, а кончилось все совсем глупо.

Хотя! Если бы не предательство Виктора, если бы не безответственная Алиссия, я бы никогда не встретила Ингириса. Может быть, все должно было произойти именно так? Ха, как оказывается, я фаталистка! Никогда раньше за собой этого не замечала.

— Ну вот, мы закончили, — когда полки заполнились книгами и свитками, на рабочем столе появились рабочие папки и набор для письма (чернила и перо), мы довольно осмотрели кабинет. – Теперь все выглядит, как и должно – солидно! Можно принимать уважаемых гостей.

— И проводить собеседование. Картлейна нужно кем-то заменить.

– Не будем сегодня об этом говорить, – я вздохнула расстроенно. — Знаю, что нужно, но не знаю, где искать. Пока поставим замену или предложим студентам самостоятельно поработать.

— А можем обратиться к тому, кто преподавал до Картлейна, — Ингирис любезно открыл мне дверь, придержал их, пока я собиралась и закрыл, когда вышла, запечатав их каким-то заклятием. — Если повезет, то, может, еще некоторое время не нужно будет искать нового профессора.

– Ключевое слово "если", – я взяла мужчину под локоть, и мы неторопливо пошли по коридору домой, точнее в комнату. — Пусть! Сегодня все равно уже поздно и для писем, и тем более, для визитов. Утром уже решим этот вопрос.

Зайдя в комнату, я впервые почувствовала легкое волнение и предчувствие чего-то неизвестного, но столь желанного. Эти ощущения совсем не походили на страх или переживания, совсем нет. Скорее, казалось, что я вот-вот получу долгожданный подарок!

Мы с Ингирисом продолжали говорить о студентах, о заменах, обо всех тех рабочих вопросах, которые обсуждали по дороге, а потом как-то постепенно перешли к рассказам о себе, о своем прошлом. И казалось бы, ничего и не изменилось, мы так уже сидели и разговаривали не раз, только не столь откровенно. Но на этот раз было кое-что, что как раз и демонстрировало те изменения в наших отношениях. Пустячок казалось бы, но на самом деле это был большой шаг вперед.

Впервые за все время, мы с Ингирисом не уселись друг напротив друга в кресла, между которыми стоял столик, словно преднамеренная преграда, а удобно устроились рядом, на маленьком диванчике. При желании, немного наклонившись вперед, мы могли соприкоснуться плечами, а если еще немного уменьшить расстояние, то и сомкнуть губы в поцелуе.

— Честно говоря, — сказал мужчина, после того, как внимательно выслушал мой рассказ о прошлой жизни, — я не понимаю зачем тот Виктор тебе был нужен. Ты умная, трудолюбивая, преданная тому, что любишь. Это ведь прекрасные черты! А он — болван!