Сирота - Вера Чиркова

– И что… я начну по ночам обрастать шерстью и бегать по кустам за зайцами? – мрачно осведомилась Эми.

Ответом ей был взрыв смеха. Вернее, здорового, мужского хохота, от которого свалилась корзинка и рассыпались по ступеням переспелые плоды.

Миэль с укором смотрела на эти хохочущие лица и начинала понимать, как права была Кора. Вовсе не при чем, сколько лет человек или нечеловек прожил на свете. Он будет молод до тех пор, пока способен вот так, по-мальчишечьи смеяться, взмахивая от восторга руками и стирая невольные слезы.

– Это байки… – наконец смог выговорить Дейн, щелчком пальца возвращая груши в корзину, а ее – на столик, – темные люди по недомыслию болтают. Так как видят собственными глазами человека а затем – появившегося на его месте волка или медведя. Вот и домысливают пропущенную фазу в меру собственной фантазии. У кого-то это происходило с болью и выкручиванием костей, у кого-то с прорастанием шерсти из желудка. Но ни один маг, уже точно знающий, сколько энергии требуется на создание простого кусочка хлеба, не станет повторять этой чепухи. Чтобы действительно превратиться в зверя, маг должен иметь необычайно огромный резерв энергии и знать наизусть строение собственного организма и одновременно – строение звериного. При этом нужно как-то вместить человеческий мозг в меньшую посудину другой формы… в общем, любой здравомыслящий человек четко понимает, что это невыполнимый бред.

– А в итоге можно получить только полуживого, растерянного и голодного зверя, – добавил Итенс. – Нет Эми, все намного проще и рациональнее. Зверь, который возникает на месте мага – это видимая часть его щита, та, куда будет бросаться стая хищников, от которых оборотни изначально и придумывали эффективную защиту. А пока этот фантом отвлекает зверей, оборотень, прячущийся под его защитой, точными ударами молний выводит из строя одного врага за другим.

– А скорость? – недоверчиво уставилась на них Миэль. – говорят, все оборотни бегают как волки.

– Все высшие расы могут, при необходимости, добавить себе силы и скорости заклинаниями или зельями, – посерьезнел Дейнрад, – но обычно стараются никому этого не показывать. Чаще люди просто рассказывают собственные сказки.

– А драконы? – вспомнила девушка, – ведь многие видели, как они летают.

– Да, – спокойно согласился эльф, – но это просто обман зрения. Летает магический щит, похожий на обычный праздничный шелковый шар. А дракон сидит сверху или даже внутри в особой кабинке, и управляет им с помощью магии. Им в той, древней катастрофе повезло меньше всех, целый народ остался на голых, горячих скалах. Правда места хватало, и какие-то растения в ущельях росли, и козы с зайцами водились. Но горы постоянно трясло и требовалось развить умение быстро перебираться с места на место. Как рассказывает история, сначала, обнаружив что магии стало намного больше и даже у детей открываются сильные способности, они пошли по неверному пути. Постарались развить умение выращивать крылья, разумеется призрачные, воздушные. Некоторые старые драконы и до сих пор это умеют, и их магические крылья выглядят со стороны довольно внушительно. Но на самом деле пользы от них немного, перепрыгнуть расселину или спланировать с верхушки горы, все, на что способны драконы с таким умением. Слишком большими они должны быть в пересчете на человеческий вес, и слишком мощными должны быть мышцы дракона, чтобы удержать тело в полете, не позволить ему болтаться. Конечно, приходится все это регулировать магией… но уходит ее много и хуже всего – очень быстро. В общем постепенно драконы пришли к тому же решению, что и оборотни, создали фантом летающего чудища. И зверей впереди отпугивает, если добавить нехитрое заклинание дыма, и может переносить по целой семье зараз.

– А гномы? – обдумав его слова, заинтересовалась Миэль.

– Им магии не досталось, – развел руками Лебруз, – зато перепали старинные теплые крипты и тянувшиеся во все стороны катакомбы. С едой было конечно похуже, наверху во все стороны тянулись вечно заснеженные горы, но гномы быстро научились выращивать в своих подземельях грибы и некоторые овощи, и особо не страдали. Добывали и сортировали камни, мастерили украшения и различные механизмы, стараясь делать их как можно миниатюрнее. А через тысячелетия, когда решились выйти навстречу добытчикам, искавшим руду, неожиданно для себя обнаружили что те их почти вдвое выше.

– Вот вы где устроились, – раздался незнакомый девушке голос и на ступеньки беседки ступил улыбающийся мужчина неопределенного возраста, – я мастер Гранст. Ну, так объясните мне, какая беда могла выгнать из столицы мага, эльфа и оборотня?

Дейн рассказывал кратко и только факты, но по хмурившемуся лицу магистра можно было понять, что он прекрасно разбирается в тонкостях ситуации.

– Значит вам нужно привлечь на свою сторону мощного союзника, – уверенно сделал вывод хозяин замка. – и как я понимаю, Азхарт решил, что это должны быть драконы.

– Мы все так решили, – тихо поправил Итенс.

– Что? – ахнула Миэль, – какие драконы? А меня вы спросили? А вы знаете что мои родители погибли на этом пути? Там ловушка на ловушке, не знаю кто понаставил… но пройти невозможно!

– Эми… – не расстраивайся так, Эми! – эльф мгновенно поймал ее за руку, успокаивающе погладил тыльную сторону ладони, – Азхарт нам все это рассказал. Но после случая с твоими родителями там работали особые команды зачистки, в них входили магистры и маги всех рас.

– А до драконов добрались? – недоверчиво смотрел на него рыженький парнишка.

– Нет. У них не было такой задачи. Они убирали ловушки и искали поставивших их магов. Нашелся один отщепенец, бравшийся за подобные заказы, но он к тому моменту погиб, попав в собственную западню.

– Кто-то подчистил следы, – хмуро усмехнулся Гранст, – я тоже хорошо помню этот случай. Но заказчиков так и не отыскали. И главное, не смогли вычислить причину такой ненависти к драконам. Ведь они давно не высовываются из своих долин и ни во что не вмешиваются. А мотив должен быть очень весомым, в замке того отщепенца нашли слитков и камней побольше, чем в сокровищнице у какого-нибудь герцога.

– Ты считаешь, – прямо глянул на него Лебруз, – нам следует отказаться от этой затеи? И просто спрятать Эми подальше?

– Нет, я так не считаю… – задумчиво сообщил хозяин, – прятаться всю жизнь не получится. Да и оборотни в этом случае получат статус обманутых, обиженных… и начнут всюду кричать, что их притесняют.

– Они не все такие, – заступился Итенс.

– Конечно, – уверенно кивнул Гранст, – вся раса оборотней наоборот, очень трудолюбива и добродушна. Но те, кто живут в столице нашего королевства, полукровки и квартероны, после удачных женитьб получившие статус чистокровок – это совершенно особая статья. Вообще давно бытует негласное мнение, что искатели приключений, которые не прижились на родине, покинули свои дома, родителей и друзей, не могут говорить за свой народ, потому что давно ничего о нем не знают. Но именно они обычно и оказываются главными крикунами и правдоискателями.