Враг империи - Диана Удовиченко

– Кто? – с разбега вцепившись в его плечо, выпалил я.

– Гном, – друг понял меня сразу и даже не удивился, откуда я узнал о случившемся.

А я и не знал, поэтому следующим вопросом было:

– Что?

– Горячка, – ответил Лютый, – причем сильная. Ночью даже думали, что умрет. Но пока держится.

Из комнаты раздавалось быстрое неразборчивое бормотание. Я вошел внутрь и увидел лежащего на кровати мастера Триммлера, рядом с которым сидел Дрианн, меняя на лбу больного холодную повязку. Гном бредил, что—то все время повторяя. Голова его беспомощно металась по подушке, руки словно что—то собирали с одеяла.

– Вы можете его вылечить? – спросил я вошедшего вслед за нами Райла.

– От действия драконьей крови нет лекарства, – произнес изначальный. – Он должен справиться сам.

От драконьей крови… Да, читал я сказку, в которой говорилось о свойствах крови дракона. Попав на кожу человека, она может убить. А если уж в открытую рану угодит – тогда вообще хана. Но ведь это миф, а как обстоят дела в реальности? И еще надо учитывать, что мастер Триммлер – гном. А у них организм покрепче будет. Райл ничего объяснять не стал. Меня порядком достала его политика невмешательства. При виде его смиренной рожи, захотелось опробовать на ней силу удара моего кулака. Но я осекся, потому что в голову закралась простая мысль. А какие, собственно, могут быть претензии? Я сам сюда пришел, по своей воле. И хотя Райл и говорил о каком—то предначертании, меня никто не звал. Помогать нам они не обязаны. Спасибо хоть не убили на пороге. Только вот что теперь делать…

– Как видишь, Рик, возвращение в Галатон пока невозможно, – сказал Райл. – Вам придется ждать исхода болезни гнома. Но время ожидания ты можешь провести с пользой для себя. Узнать больше о селении и нашем народе, познакомиться с теми, кто согласился восстановить память души и вновь стать изначальным. Увидеть, как они работают над собой.

– Да—да, – нетерпеливо ответил я, желая только отвязаться от Райла. – Сейчас я могу остаться здесь?

– Конечно. Внешний город построен специально для того, чтобы переход от прошлой жизни к новой совершался плавно и безболезненно. Он выглядит более привычным для твоих глаз. Оставайся с друзьями. Я же буду ждать, когда тебе захочется посетить Внутренний город.

Изначальный покинул нас, а Лютый засыпал меня вопросами. Дрианн держался как—то отстраненно, почти не интересовался моим рассказом. Он не отходил от мастера Триммлера: менял повязки, поил водой с ложечки, а когда гном начинал в беспамятстве слишком сильно метаться, придерживал, чтобы тот не свалился с кровати.

Я пересказал Ому нашу с Райлом беседу, впрочем, не особо беспокоясь о том, чтобы мои слова были понятными. Я и сам—то одурел от всего этого. Лицо Лютого омрачилось, когда он понял, что миссия провалена, а все жертвы были напрасными. Спасибо хоть не упрекнул. Вскоре явилась хозяйка дома и позвала нас ужинать.

– Поешьте, поешьте, а я с ним посижу, – сказала она, устраиваясь на табурете рядом с кроватью.

В небольшой гостиной был накрыт стол. За ним восседали двое гостей: хрупкий юноша лет двадцати и уже виденный нами гном с желтой бородой.

– Ардис и мастер Боммлин, – представил их Лютый, – они пришли сразу после того, как ты отправился во Внутренний город.

За обедом у нас завязался разговор.

– Ко мне пришли ночью, – рассказывал Ардис. – Изначальный возник из воздуха возле моей кровати. Я подумал, что перепил вина на вечеринке.

– Это что! – солидно посапывал гном. – Ко мне прямо в штольне подошли. Представьте: из стены выходит человек! Я за амулет – все, думаю, нечисть какая—то вылезла: то ли тоннельный упырь в человека перекинулся, то ли еще что совсем неведомое…

– И что потом? Вы поверили? – вяло поинтересовался я.

– Куда там! – весело воскликнул мастер Боммлин. – Да только вот изначальный стал каждый день приходить, потом фокусы показал.

– Продемонстрировал наши возможности, – поправил его Ардис.

– Каким же образом?

– Я был в университете худшим по практическим заклинаниям. Увлекался теорией магии, но вот волшба… Один урок – и я устроил на занятиях такое… Причем сам не понимал, как это делаю.

– А я и вообще отродясь колдовать не умел! – расхохотался гном. – А меня изначальный летать заставил! Как есть, вышел я из штольни на воздух – и воспарил! Конечно, потом задумался. А через пять лет решил: все, ухожу!

– А я всего год думал, – застенчиво улыбнулся юноша.

Не были они похожи на тех осознавших необходимость слияния индивидуумов, которых описывал Райл. Обычный парень и самый заурядный гном.

– А ты как решился? – спросил меня мастер Боммлин.

Я замялся, не зная, что сказать. Рассказывать правду не хотелось, да и прозвучало бы это примерно так: «Я здесь случайно оказался». Здорово, молодец, парень! Пробегал мимо Зеленого сердца, заскочил к изначальным. Все сразу уверуют в мой рассказ.

– Ты же видишь, он не хочет рассказывать! – выручил Ардис, укоризненно глядя на гнома.

– Ох, прости, друг, – спохватился тот. – Никак не могу научиться человеческому… этому… как его…

– Чувству такта, – напомнил его товарищ.

– Точно! Только вроде нам оно теперь и ни к чему. Вроде мы уже и вообще из другой расы.

Кругом сплошной бред! Теперь еще и эти фанатики хреновы! Я встал из—за стола. Не желал больше слушать белиберду про другую расу и ее невероятные возможности.

Новообращенные дети Хаоса быстренько откланялись. Я проведал мастера Триммлера, найдя его в том же плачевном состоянии и отметив самоотверженное поведение Дрианна, который не отходил от гнома. Потом вышел на улицу и прилег под кустом сирени. Полученные сведения разрывали сознание, но никак не хотели в нем укладываться. Вернее, я не мог смириться с тем, что не выполнил миссию. То есть, провалил целиком и полностью. Окончательно и бесповоротно. Хоть бы получил какую—нибудь ценную информацию: к примеру, каким образом можно помочь империи? Чего именно хочет Вериллий? Как с ним справиться? Как предотвратить войны? Что ждет страну? Райл говорил, что на Галатон обрушится куча несчастий. Каких именно? Как их избежать? Почему—то я был уверен, что получу стандартный ответ: у каждого, мол, свой путь, и все будет так, как угодно Вселенной. Вопросы, вопросы… Они разноцветными бабочками кружили в моей голове, потом взмыли вверх и запорхали перед глазами… Вскоре я крепко уснул.

Утром меня разбудил трубный глас, распевающий что—то очень жуткое, и в такой же степени знакомое. Гномья песня про пивную кружку! Я подскочил из—за куста, ожидая увидеть неунывающую физиономию мастера Триммлера, но вместо него у калитки стоял мастер Боммлин.

– Вот, решили за вами зайти, – смущенно поклонился воспитанный Ардис. – Урок скоро.

Делать все равно было нечего, и я решил посмотреть, что ж там за уроки такие. Встал и, наскоро умывшись, забежал в дом проведать мастера Триммлера. Узнав, что никаких изменений в его самочувствии нет, поплелся за новыми знакомыми в глубину селения, к стене из Солнечного камня. Со всех сторон улочки шли группки людей и присоединялись к общему потоку. Вскоре набралось, наверное, сотни две разномастных личностей. Больше всего было людей, оно и понятно – раса многочисленная, значит, и доля тех, в ком возродились души изначальных, соответственно, больше. Гномов тоже было немало – я насчитал десятка три. Гоблинов пять или шесть.