На крыльях демона - Карина Хэлли

Хоть это было мелочно, но меня это раздражало. Серьезно. Он пришел мне помочь, мог спасти мою жизнь, а я хотела большего. Я хотела, чтобы он страдал. Не физически и не от моих рук. Удушение ничем не помогло. Я все еще злилась. Я все еще была растеряна и опустошена от случившегося. Я думала, что переступила это, что все осталось в прошлом. Я думала, что готова идти дальше. Но одного взгляда на его затылок мне хватило, чтобы понять, что это не так. И если я выживу, если Роман как-то меня спасет, я приложу все усилия, чтобы убрать Декса Форея из своей жизни. Чувства к нему были моей самой большой ошибкой.

Я посмотрела на Аду. Она спала, сжавшись у дверцы, посапывая, ее светлые волосы закрыли лицо. Бедняжка. Она этого не просила. Я думала, что она не столкнется с тем, через что я прошла в ее возрасте. Но, похоже, все повторялось.

Я подумала о словах матери, что это передается в семье. А потом подумала, как мало знала о семье. Они казались мне сейчас чужими.

Я посмотрела в зеркало заднего вида, и, ощутив мой взгляд, Декс посмотрел туда.

Он улыбнулся, уголки губ на миг дрогнули.

— Ты спала? — прошептал он.

Я покачала головой.

— Я то приду в себя, то отключусь. Но я не спала. Вроде.

— Нет. Не спала. Или спала. Ты сейчас говоришь и спишь с открытыми глазами?

— Нет…

— Похоже на правду.

— Декс… — начала я. Было страшно продолжать. Узнавать правду.

— Ты хочешь знать о Деклане О’Ши, — ответил он. Он всегда знал, о чем я думаю.

— Да. Откуда ты знаешь моих родителей?

Он перевел взгляд на темную дорогу, фары пронзали ночь.

— Не знаю толком. Я едва их помню. Думаю, мы как-то раз встречались. Я и не вспомнил бы, если бы не слова Пиппы на записи.

О, БОЖЕ. Я забыла о ее словах на записи. Мои глаза стали огромными.

— Не переживай, — сказал он, заметив. — Я не злюсь из-за лекарств. Вообще-то, ты оказала мне услугу.

— Декс, прости. Слушай, это было подло с мо…

— Я не злюсь, Перри. Я не могу тебя за это ненавидеть. Ты не просто так проверяла. Ты заботилась обо мне. Так ведь и было?

Редкий проблеск нежности звучал в его голосе. Я не позволила себе радоваться этому.

— Так почему Пиппа упомянула моих родителей?

Он медленно выдохнул через нос и тряхнул головой.

— Думаю, это нужно спросить у нее.

Я чуть не бросилась на нее. Мне было плохо, и я устала играть!

— Я не изображаю гада, — поспешил объяснить он.

— У тебя это само выходит.

— Я серьезно. Я не хочу говорить тебе. Это касается большего, чем ты думаешь.

— О, так проще просто игнорировать? Мне не нравится, что ты знаешь то, чего не знаю я, особенно, что связывает тебя, Пиппу и моих родителей вместе!

Ада пошевелилась рядом со мной, и я пожалела, что повысила голос. Но я злилась. Сильно злилась.

— Что происходит? — сонно спросила она. — Она снова демон?

— Да, — сказал Декс.

— Нет! — заорала я и заерзала в коконе из скотча. — Ада, он скрывает от меня. От нас. Откуда он знает наших родителей.

— Что? — она склонилась и стукнула его по плечу. — Зараза! Выкладывай.

— Эй, я же за рулем, — сказал он, дергая плечом.

Она пригрозила пальцем.

— Говори. Откуда ты знаешь наших родителей? Они никогда не жили в Нью-Йорке.

— Значит, они были там в гостях, — сказал он, с опаской поглядывая на ее палец.

— У кого? — осведомилась она.

Я хотела задать этот же вопрос, но вдруг горло начало сильно покалывать, как от аллергии на киви. Горло, казалось, распухало. Я слышала гудение, желудок сжимался. Что-то двигалось. Что-то происходило.

Декс вздохнул.

— У моей бабушки.

— Ребята… — я закашлялась. Казалось, по горлу лезет что-то ужасное, словно я проглотила что-то еще живое, и ему нужно было выбраться. Скотч мешал делать глубокие вдохи, и воздуха, чтобы вытолкнуть это, не хватало.

— Будто у тебя была бабушка, — сказала Ада. — Как ее зовут? Мэри Поппинс?

Я закашляла громче, но они не обращали внимания.

Наконец, Декс посмотрел в зеркало и спросил:

— Перри, ты в порядке?

Я покачала головой, лицо пылало, я содрогалась. Меня тошнило.

— Тошнит? — Ада чуть отодвинулась от меня.

Что-то выбиралось на мой язык. Кусочек еды? Нет. Он медленно полз в моем рту, щекоча нёбо.

Я с отвращением плюнула, и черный шарик вылетел на сидение.

Мы с Адой посмотрели на него с отвращением и любопытством.

Черный шарик развернулся, и я увидела, что он и не черный вовсе. Черно-желтый. И живой.

Оса.

— Что происходит? — спросил безумно Декс, пытаясь ехать и оглядываться.

— Фу-у-у-у, — сказала Ада. Оса попыталась улететь, но Ада была быстрее, сняла туфлю и раздавила ее.

Мы выдохнули с облегчением. А потом гадкое ощущение усилилось, словно в моем животе было осиное гнездо, и они не давали мне дышать, лазая внутри. Я задыхалась.

Я напряглась и корчилась в путах, пока Ада и Декс с ужасом смотрели на меня. Мой рот раскрылся, и на мои колени упала масса корчащихся ос с противным шлепком.

Ада закричала. Меня тошнило, я не могла выгнать их всех из себя.

А у Декса была на них смертельная аллергия. Он запаниковал первым. Я не могла винить его. Он закричал, попытался вести, но не смог.

И машина медленно, как в фильме, слетела с шоссе.

Мы подпрыгнули, шины скрежетали об асфальт, потом гравий, потом траву, и мы пару секунд были на ровном месте, время замедлилось.

Дерево появилось в свете фар, раздался оглушительный грохот.

И крики.

Летели тела.

Осы.

Кровь.

И все закончилось.