Рожденная жить - Ольга Соврикова

Они дружно принялись смеяться, а я, сделав шаг вперед и приблизившись к графу, начала неторопливо развязывать его шейный платок, а затем и пояс. В это же время герцог не выдержал ожидания и, подойдя ко мне сзади, прижался вплотную всем телом. Ну и мерзость! Его руки начали шарить у меня по груди, но плотный корсет меня великолепно защищал, и его прикосновений я почти не почувствовала. Они оба буквально наслаждались, говоря мне гадости и рассказывая о том, что они со мной сделают, а я радовалась тому, что они оба находятся так близко.

К этому моменту я готовилась вчера полдня, продумывая различные варианты действий, но они сами подтолкнули меня к самому эффективному, при помощи которого можно будет скрыть чужое присутствие. В мои манжеты были воткнуты несколько иголочек из набора «тихий убийца». Вот ими-то я и воспользовалась. Изобразив попытку отцепить якобы запутавшийся шейный платок, я, закинув руки на шею графу, при помощи иголочки просто спровоцировала у него паралич. Затем, плавно извернувшись в объятиях герцога, повторила этот же трюк, причем ни тот, ни другой ничего не заподозрили. Очень уж они привыкли к беззащитным жертвам.

Выскользнув из их жарких объятий, я наблюдала за тем, как два человека смотрят друг на друга, вытаращив глаза, не в состоянии пошевелиться. Время! Оно поджимало. Нужно успеть вернуться в зал. Мне повезло во второй раз, оба придурка стояли возле дивана, и я, объясняя свои действия вслух, приступила к созданию правдоподобной мизансцены.

— Прошу меня извинить за спешку, господа, но долго болтать с вами я не могу. Правда, могу сообщить, что сейчас вы умрете. Вот я усаживаю вас друг напротив друга, одного в кресло, другого на диван. Ну вы и разожрались, господа! Тяжелые, жуть! Теперь ставлю между вами столик, фужеры с вином и закуски. Подливаю яд из голубого флакончика в фужер графа, а сам флакончик кладу в карман герцогу. Беру зеленый флакончик и поступаю таким же образом, но наоборот. Теперь я капну вам на губы каждому из своего бокала, и через десять минут вы трупы. Боли будут страшные! Но, увы, двигаться вы не сможете, и поверьте, ваш друг барон уже умер. Так что на помощь к вам он не придет. Такие мрази, как вы, не имеют права жить. Завтра все решат, что вы отравили друг друга.

Объясняя все это, я вытащила из-под одежды за цепочку медальон герцога, при помощи магии разрушила целостность центрального камня и вернула его на место. Теперь осталось только подчистить следы магии, а сам медальон остался только украшением, и ничем больше.

Подождав минуту и убедившись, что яд начал действовать, я забрала свои иголочки, подошла к окну, открыла его и, ступив на подоконник, глянула вниз. Окно находилось на высоте третьего этажа, а так как потолки в замке высотой до пяти метров, то спуск предстоял нелегкий. Зима уже вступила в свои права. На улице мела вьюга, кружа пушистые снежинки. Надеюсь, он скроет меня от любопытных глаз. Повезло, что ветер довольно сильный и поможет мне в этот раз. Он дует именно на ту стену, по которой мне придется спускаться. Под платьем у меня надеты сапожки и бриджи, поэтому подоткнула спереди подол под пояс и вытащила один из метательных ножей. Буду использовать для дополнительной опоры, просовывая в щели между каменной кладкой, ведь стена жутко холодная, а спуститься нужно быстро. Внизу должен ждать Дасти. Закрыла за собой снаружи окно магическим пассом и начала спуск.

Следов от магии на окне не останется. Если верить заверением Теодора, то наша с Нел магия изменилась так, что скоро ее можно будет применять даже при магах. Теодор утверждает, что даже он, зная о ней, видит ее все хуже и только лишь потому, что знает, где именно искать.

Принц Кристиан

Сегодня на балу все девушки говорят только про милашку-барда, прибытия которого они так давно ждали. Все леди рассказывают друг другу о том, насколько он красив и мил, какой у него потрясающий голос и какая великолепная фигура. Хотелось бы посмотреть и составить свое мнение об этом «милашке».

Вчера король объявил о том, что на днях будет организована охота. Богиня! Как я не люблю зимнюю охоту. Хорошо, если снег будет неглубокий, а вместо вьюги — безветренная погода.

Охота зимой. Мне кажется, это занятие на любителя, и нам всем не повезло, что король Дориан обожает именно зимнюю охоту.

Вот как только метель стихнет и погода станет более-менее ясной, так и нужно будет ждать приглашения.

Не хочу!

Приглашая герцогиню на танец, я думал о том, что король наконец-то согласился поговорить о помолвке и определился с датой свадьбы. Задумавшись о странном поведении его величества, который очень торопил нас с отцом со свадьбой, а теперь тянет время и ничего не объясняет, я не сразу заметил, что мы с моей партнершей оба упорно молчим. Она внимательно за кем-то наблюдает, и при этом ее пальчики у меня в ладони дрожат. На мой вопрос о самочувствии она ответила, что мне не о чем беспокоиться, и больше до конца танца не произнесла ни слова и даже не ответила на еще один мой вопрос. Честно говоря, последнее время она меня все чаще удивляет, и я никак не составлю о ней окончательного мнения.

Бал продолжается, но, на мое счастье, дамы ждут другую жертву и не обращают на меня внимания.

Спустя час прибыл бард. Ну что я могу про него сказать: молодой человек лет двадцати шести на вид, блондин с голубыми глазами и стройной фигурой, очень обаятельной улыбкой. Но мой друг граф Дали охарактеризовал его по-своему:

— Смазливый ублюдок!

— С чего ты так решил? — спросил я.

— На самом деле ему уже почти пятьдесят лет. Цветущий внешний вид ему помогает поддерживать его жена, магиня жизни. С высокородных дурочек он сострижет неплохой урожай драгоценных подарков. Может, даже переспит кое с кем, но он очень осторожен с высокородной публикой и намеренно никаких законов не нарушает. Пару лет назад он выступал у вашего отца во дворце, и мой отец, как глава службы безопасности, наводил о нем справки.

Пока мы разговаривали, блондинчик начал петь слезливую балладу о любви. Голос у него действительно был неплохой и в сочетании с внешностью и артистичной игрой вызывал у женской половины зрителей слезы.

Заметив, что на меня никто не обращает внимания, я отошел к дверям с большими стеклами, сквозь которые было видно, как бушует на улице метель, как кружатся снежинки под музыку, которую ноет им ветер. За этими дверями находились ступеньки, по которым можно было спуститься в королевский сад. Мне безумно хотелось туда выйти, ведь там сейчас никого нет и можно хоть на миг просто вдохнуть свежего воздуха, ненадолго отрешиться от действительности. Это желание оказалось непреодолимым.

Оглянувшись и удостоверившись, что на меня никто не смотрит, я, взявшись за ручку, потянул дверь на себя и выскользнул на улицу. Ветер сразу же разметал волосы, и снежинки закружились вокруг, ударяя в лицо и тая на губах. Этот проказник резкими порывами попытался сбить меня с ног. Возвращаться не хотелось, и, заметив, что за поворотом он вроде бы потише, я сделал десяток шагов и повернул за угол. Мне сразу показалось, что я оказался в другом мире. Окна бального зала выходили на другую сторону и освещали малый сад, а здесь передо мной во всем своем мрачном зимнем великолепии раскинулся темный парк, в котором стояли мощные деревья, подняв к небу голые ветви. Снежинки вели свой бесконечно прекрасный танец вокруг этих исполинов.