Джинния против! - Галина Черная

Кажется, он наблюдал за нашими потугами.

Акиса, с трудом сдерживая раздражение, процедила:

– А ты, о недостойнейший, знаешь, как надо?

– Эй, зэнаю, канещно. Помогу вам.

Джинния окончательно сдалась:

– Надеюсь. Но не вздумай снова ущипнуть мою подругу или обмануть нас, получишь у меня так, что мало не покажется!

– Ребята, зачем так злиться? Ведь он только выполняет свою работу, – попыталась я заступиться за нечистого. Неожиданно Миша смерил меня таким разочарованным взглядом, смешанным с жалостью и грустью, что я мгновенно все осознала…

Конечно, для меня этот шайтан был милым несчастным пройдохой. А вот он на себе испытал, что на самом деле представляют собой демоны. Недаром и Акиса относится к ним крайне плохо. А я всякий раз начинаю испытывать симпатию, не оправдывая их цели, но пытаясь хоть как-то понять их самих. Для этого они и являются людям в обликах обаятельных негодяев…

Аумакуа, демон-черепаха Анарх, Пазузу и Ишнагарат – все они такие же мерзавцы и мошенники, как наш шайтан, только большего размаха. В противном случае Черный Ирем находился бы на небесах, а не в низших мирах астрала, что его обитателям никогда не удастся скрыть. Сама душа этого черного города чего стоит…

– Проведем дознание. Что мы сделали не так?

– Закилинаний нужно другое-такое, – охотно ответил шайтан. – Я вам скажу, но вы сами далжны его прощитать над Кораном и чащей сэ вином.

Миша достал из кармана сотовый и включил диктофон:

– Диктуйте, гражданин.

– Ай… нэ… эт заклинаний людям гаворить нельзя. Защем минэ такой компромат? До нащальства дойдет, бедный щайтан по башка попадет.

– Ах вот как, тогда скажи на милость, зачем ты «рвешься» нам помочь? – язвительно спросил мой парень.

Шайтан посмотрел на меня, тайком улыбнулся и перевел взгляд обратно на Мишу:

– Она со мной хорошо говорила, не обидела несщастный щайтана. А то минэ давно никито не слушал, а она выслущал, добирий девущка, э…

Я поневоле прослезилась, тут же простив ему, что он меня щипал, и позабыв о своем решении не подпадать впредь под обаяние демонических существ. Миша смягчился:

– Мы сразу сотрем, как используем. Просто из-за одного неправильно произнесенного слова все дело может вылететь в трубу, поэтому я и хотел…

– Да эт совсим короткий заклинаний. Только эти слова сэкажи, и висе тибе будит!

Миша посмотрел на Акису, она подумала и кивнула. Держу пари, они как-то молча договорились о том, что, если нам подсунут не то заклинание, она пристрелит хвостатого советчика первой!

Шайтан с важным видом тихо произнес какую-то тарабарщину. Боюсь пытаться повторить, чтобы не вернулся весь тот кошмар, что воспоследовал через минуту благодаря этим словам.

Мы с Мишей вопросительно уставились на джиннию как на более просвещенную в таких вопросах. Может, она знает, что это значит и насколько безопасно, к тому же мы ее жениха вызволяем, и не хочется нести ответственность, если его по пути расплющит или разделит на атомы…

Однако сама Акиса выглядела, как только что узнавшая истину чайка по имени Джонатан Ливингстон. Она тут же выхватила у меня бутылку, сделала большой глоток прямо из горла, раскрыла Коран на середине и, не глядя в него, с бледным лицом повторила все то, что сказал шайтан. Я только успела позавидовать ее памяти…

И началось!

Поднялась такая грохочущая цементно-песчаная буря, что мое вам почтение. Минут пять не видно было ничего, кроме летающего по всему двору всякого строительного мусора и кирпичей. Мы с Мишей упали на землю и прикрыли головы руками.

Но любопытно же, и я подняла нос. Акиса стояла в полный рост, спокойно наблюдая за происходящим. Но что же творилось? Летающие кирпичи оседлали шайтаны в респираторах и касках, как две капли воды похожие на нашего. Видно было, что их, как и все прочее на стройке, подхватило и понесло против их воли. Сколько же здесь пряталось этой мелкой нечисти по углам? Вихрь захватил их, как тараканов на кухне в первые секунды после включения лампочки…

Похоже, что уже в воздухе некоторые из них схватились за пролетающие рядом кирпичи и куски шифера. Некоторые из них вдруг попадали в заработавшие бетономешалки и с визгом вылетали оттуда, покрытые цементом, серые, как подтаявшие снеговички. Захотелось им сунуть каждому по морковке, только не в нос, а в другое место. За то, что они нам устроили, уверена, они все были в курсе. И хотели посмеяться над нами…

Сзади незаметно подкатил на рельсах подъемный кран и, скрипуче хихикая, попытался задрать мне подол, подцепив своим крюком. И зачем я надела юбку именно сегодня, теперь еще год не надену. Акиса только обожгла его гневным взглядом, как он поспешно откатился назад. Мы встали втроем, спина к спине, готовые погибнуть в любой момент под напором сбрендившей строительной площадки…

Мой старенький эпилятор, который опять увязался с нами, а вернее, с Акисой, вылез у нее из сумочки. Мигом оценив обстановку, он храбро ринулся в бой, защищая хозяйку от нападения шайтанов на кирпичах, которые с улюлюканьем наскакивали на нас, пытаясь схватить за волосы. Миша поймал совковую лопату и пару раз успешно сбил самых наглых…

Мы с ним с трудом стояли на ногах, такой силы был ветер, круживший все вокруг.

– Ай, ну я жи шайтан, должын наврэдить, – громко заключил наш горе-помощник, на секунду появляясь и тут же снова скрываясь в вихре цемента. Но я успела заметить, что у него не был вид триумфатора.

– Зачем было ему верить, знали же, что так и будет?!

– Я вас предупреждала, – свалила на нас всю вину Акиса, но убегать с площадки явно не собиралась. Видимо, все еще надеясь, что ее возлюбленный появится. Но это буйство продолжалось уже минут пятнадцать, а Яман-бабы все не было. Кажется, мы скорее получим летающим кирпичом по затылку, чем его дождемся. По земле заклубился синий ползучий дым…

И в этот момент непрекращающегося хаоса вдруг сорвались и стремительно взлетели, как ракеты, крышки с канализационных люков. Четыре потока взвились вверх и устремились друг к другу держа на весу… кого бы вы думали? Конечно, Яман-бабу! Только мы не ожидали, что он вылетит из канализации, весь в помоях.

Он был мокрый, драный, заляпанный и жутко ругался. Его зачем-то швырнуло в бетономешалку, но не успели мы перехватить, как он сам выпрыгнул оттуда, как черт из табакерки. Потом сделал два шага, упал к Акисиным ногам, но мгновенно вскочил, вытер лицо, отстегнул и сбросил грязный плащ, оставшись в довольно приличных одеждах его любимого черного цвета. И только после этого заключил в объятия мою подругу…

Тут же вертеп прекратился, все попадало на землю, и установилась такая тишина, словно бури не было и в помине. Мелкие шайтаны, отряхнувшись и пошатываясь, принялись вновь за свои козни по оттягиванию дня сдачи восстановленной мечети. Естественно, кто же их с работы отпустит…