Падение Предела - Эрик Ниланд

Капитан Кейс опустился в командирское кресло — «тёплое местечко», как называли его между собой матросы — и сверился с полученной информацией. А затем удовлетворённо кивнул.

— Похоже, у адмирала припасены козыри в рукаве. — Он повернулся к Холл. — Как наш реактор, лейтенант?

— Двигатели выведены на половинную мощность, — доложила она, прежде чем выпрямиться во весь рост, который составлял почти шесть футов, и посмотреть на капитана. Судя по выражению её глаз, она готовилась защищаться. — Сэр, реактор серьёзно пострадал в последнем сражении. Произведённый ремонт… Что ж, это лучшее, что можно было сделать без полной замены всех систем.

— Я понимаю, лейтенант, — спокойным тоном ответил Кейс.

По правде говоря, капитана тоже беспокоило состояние двигателей, но нельзя было позволять Холл перейти определённую грань. Последнее, в чём он сейчас нуждался, так это в том, чтобы её доверие оказалось подорвано.

— Оружейный пост? — Капитан повернулся к лейтенанту Хикове.

Изящная девушка скорее напоминала обликом фарфоровую статуэтку, чем боевого офицера, но Кейс уже знал, что её хрупкость не простирается глубже кожи. Стрелок обладала стальными нервами, а вместо крови в её жилах текла ледяная вода.

— Конденсаторы ОМУ наполняются, — отчиталась Хикова. — Текущий заряд — шестьдесят пять процентов. Рост со скоростью два процента в минуту.

Из-за не до конца восстановленных систем «Ирокез» едва полз. Двигатели, оружие… Даже медлительная «Колыбель» поспевала за ними.

Капитан Кейс выпрямился в кресле. Времени на самокопание не было. От него сейчас требовалось приложить все свои силы. Другой альтернативы просто не оставалось.

Двери лифта разошлись, и на мостике появился молодой мужчина. Он был высок и худощав. Тёмные волосы — длиннее, чем позволял устав — были зачёсаны назад. Парень обладал обезоруживающей красотой; Кейс обратил внимание, что весь женский персонал на секунду оторвался от своих дел, чтобы полюбоваться новичком.

— Энсин Ловелл по вашему приказанию прибыл, капитан, — отрывисто отсалютовал парень.

— Добро пожаловать на борт, энсин. — Кейс ответил на приветствие, с удивлением отметив, что неряшливый офицер на деле проявил удивительное почтение к военному уставу. — Прошу вас занять место за навигационным пультом.

Остальные офицеры одарили энсина критическими взглядами. Было крайне необычно, что человеку со столь низким званием доверили управление крупным боевым кораблём.

— Сэр, должно быть, это какая-то ошибка, — смущённо наморщил лоб Ловелл,

— Вы ведь энсин Уильям Ловелл, ещё недавно служивший на «Архимеде»?

— Так точно, сэр. Меня так быстро сорвали с этой должности, что я…

— Займите свой пост, энсин.

— Слушаюсь, сэр!

Парень опустился в кресло напротив навигационной консоли, потратил пару секунд на то, чтобы ознакомиться с расположением клавиш — и перенастроил их под себя.

Губ Кейса коснулась лёгкая улыбка. Он знал, что Ловелл обладает куда большим боевым опытом, чем любой лейтенант, находящийся сейчас на мостике, и капитана порадовало, что энсин настолько быстро осваивается в незнакомом окружении.

— Энсин, мне необходима информация по текущему построению флота и положению противника, — приказал Кейс.

— Будет исполнено, сэр, — отозвался Ловелл.

Его руки запорхали над клавиатурой. Ещё секунда — и на главном экране развернулась карта звёздной системы. Несколько дюжин небольших треугольных значков отмечали позиции флотилии адмирала Стэнфорда, разместившейся между Сигмой Октана IV и её луной. Слишком неудобное положение. Нахождение на орбите загоняло их в ловушку гравитационного колодца — то же самое, что драться, прижимаясь спиной к стене.

Кейс посмотрел на дисплей и нахмурился. Адмирал выстроил весь флот плотным порядком. Если бы ковенанты применили плазменное оружие, у кораблей не осталось бы места для маневрирования.

Суда чужаков стремительно приближались. Капитан Кейс насчитал двадцать отметок на радаре. Ему это откровенно не нравилось.

— Получаю приказ, — произнёс Доминик. — Адмирал Стэнфорд требует, чтобы «Ирокез» немедленно вышел на данную позицию.

На карте в самом уголке общего построения запульсировал голубой треугольник.

— Энсин Ловелл, мы должны оказаться там как можно скорее.

— Есть, сэр, — отозвался новичок.

Капитан Кейс заставил себя справиться с накатившим на него изумлением — перед носом «Ирокеза» проскользил правый борт «Колыбели». Ремонтная станция занимала позицию прямо над «фалангой», выстроенной адмиралом. Оказавшись на месте, она развернулась к ковенантам узкой стороной, чтобы подставлять им как можно меньшую поверхность.

— Разворот и торможение, — произнёс Ловелл. «Ирокез» повернулся и начал сбавлять ход. — Машина: полный стоп. Сэр, мы вышли на позицию.

— Очень хорошо, энсин. Лейтенант Хикова, заберите как можно больше энергии на зарядку ОМУ.

— Слушаюсь, сэр, — откликнулась стрелок. — Конденсаторы заряжаются с предельной скоростью.

— Капитан, — произнёс Доминик, — ИИ «Левиафана» передаёт кодированный сигнал. Это исходные данные по управлению огнём и обратному отсчёту.

— Перешлите их лейтенанту Хикове и выведите на мой экран.

Тактическую карту пересекла полоса, соединяющая «Ирокез» с одним из приближающихся ковенантских фрегатов. В уголке вспыхнул таймер, отсчитывающий время до начала стрельбы: двадцать три секунды.

— А теперь, Доминик, покажите мне боевое решение по всем кораблям.

Карта покрылась паутиной траекторий, под каждой из которых отсчитывал время крошечный таймер. Адмирал Стэнфорд приказывал своему флоту пойти в атаку на ковенантов, словно повторяя сражение «Красных мундиров» и колониальной полиции во время Войны за независимость в США, — лучше всего эту тактику описывало слово «кровавая»… или «самоубийственная».

Чем, чёрт возьми, адмирал думал? Кейс вгляделся в экран, пытаясь понять причины подобного безумства, и вдруг всё осознал. Затея была рискованной, но — если всё получится — гениальной.

Таймеры были выставлены так, что выстрелы кораблей разбивались на два, а может, и три массированных залпа. Первый удар должен был — во всяком случае, Кейс на это надеялся — снести щиты ковенантов. А последний — нанести смертельные раны.

Но сработать это могло только один раз. Затем оставшиеся суда чужаков уничтожили бы флотилию ККОН. «Ирокез», как и все остальные корабли людей, превращался в неподвижную мишень. Кейс по достоинству оценил тот факт, что адмирал не стал уводить свои войска слишком далеко от Сигмы Октана IV, но при нулевом разгоне и полном отсутствии места для маневрирования они просто не могли увернуться от плазменных зарядов.

— Лейтенант Холл, приказываю объявить разгерметизацию во всех не являющихся необходимыми отсеках и откачать из них воздух.