Родственный обман - Эльвира Плотникова

— А сюда можно будет возвращаться? — Эмилия подумала о тетушке, оставить ее без поддержки на старости лет было бы черной неблагодарностью.

— Межмировой барьер может отказать в перемещении, — честно ответил Даниэль. — Но для этого нужна веская причина. Например, после магического лечения. Или во время болезни или беременности.

— Беременности?..

Эмилия как раз собиралась купить тест и проверить, не ждет ли она ребенка от Мартина. Получалось, не ждет. Иначе ее не выпустили бы из того мира.

— Угу. Накормят меня уже в этом доме или нет?

— Почти все готово, — отозвалась Милена.

— Имейте терпение, ваша светлость, — улыбнулась Эмилия.

Она закончила резать салат, заправила его сметаной — настоящей деревенской, тоже привезенной от заботливой тетушки, — и накрыла на стол. По герцогским меркам получилось скромно, но зато вкусно. Даниэль уплетал за обе щеки и мясо с молодой картошечкой, и салат из свежих овощей, и оладьи со свежей клубникой.

Пока он ел, Милена постелила ему в гостиной. Даниэль уснул, едва голова коснулась подушки, а сестры вернулись на кухню.

— Мила, прости…

— За что, глупая?

— Мы снова расстанемся.

— Ненадолго. Он же не обманет, правда?

— Нет. Если Даниэль пообещал, так оно и будет.

— Значит, нет причины грустить. Тебе нужно собраться.

— Зачем? Барьер не пропускает почти ничего. А одежда и эта сойдет. Хотя нет, пожалуй, надену рваные джинсы и майку с черепом.

— Ой, Миль, а у тебя там правда корсеты и кринолины?

— Почти. Корсет мягкий, ты же помнишь, у меня фобия. Так муж расстарался, специальный заказ, между прочим. Кринолины есть, но они под бальное платье. А его еще шьют на королевский бал.

— Тебя пригласили на королевский бал?

— Мартина. А меня в качестве диковинной обезьянки. Представление жены мастера-мироходца высшему обществу.

Эмилия скривилась, а у Милены загорелись глаза.

— Ох, я бы тоже хотела.

— Думаю, у тебя впереди много балов. Даниэль занимает высокий пост при короле. Noblesse oblige.

— Положение обязывает?

— Верно. Будешь ты у меня герцогиней.

— Миль…

— А?

— Ты думаешь, я легкомысленная? Недавно еще был Марк, а сейчас…

— Ничего я не думаю, — перебила сестру Эмилия. — Между вами искры трещат, только слепой не заметит.

— Ох, Миля… У меня аж коленки подгибаются от его взгляда.

— Желаю вам счастья, Мила.

Сестры до вечера просидели на кухонном диванчике: то разговаривали, то молчали, прижавшись друг к другу. Эмилия так и не решила, что скажет Мартину. Главное — доказать, что он не виновен, а там уж как получится.

Даниэль скептически оглядел наряд Эмилии и приподнял бровь:

— Ты настаиваешь?

— Еще как. Пусть убедятся, что я из другого мира, а не из подвала, где меня держали взаперти.

Как и обещала, она нацепила черные рваные джинсы и черную майку, но не с черепом, а с розовой надписью «Я-то блондинка! А у вас есть алиби?» В комплекте — босоножки на высоком каблуке и сумка-планшет через плечо.

— Логично. А там? — Даниэль показал на сумку.

— Косметичка и кое-какие инструменты, с которыми удобно чертить. Думаю, пропустит.

— Ну-ну… Ладно, ты не моя жена, не мне тебя воспитывать. Браслет надень, — он достал из кармана знакомый артефакт и защелкнул его на запястье Эмилии. — Время, леди.

Он подхватил Эмилию на руки и почти сразу же отпустил, но уже в незнакомом ей месте. Светлый мраморный зал с журчащим фонтаном посередине. Везде цветы: в кадках, на полках, в кашпо. И двери — много дверей с номерами.

— Тебе сюда. — Даниэль подтолкнул Эмилию к двери с номером 101.

— А ты?

— А мне пора. Извини, дела.

И Даниэль исчез. Взял — и исчез! И как она отсюда будет выбираться? И вообще, кто там, за дверью?

Эмилия глубоко вздохнула, постучала и толкнула дверь.

— Можно?

Она вошла в кабинет, остановилась на пороге и осмотрелась. Комната без изысков — стол, стулья вдоль стены, металлический шкаф и полки с папками. Смутные ассоциации с кабинетом следователя из популярных сериалов. За столом — мужчина в форменном сюртуке — лысый, плотный и с оттопыренными ушами. Глаза навыкате, изумленный взгляд из-под очков. Сложно сказать, что его удивило больше — появление Эмилии или ее безумный наряд.

Перед столом, вполоборота к ней, сидел Мартин. У Эмилии подкосились ноги. Она-то думала, что идет давать показания! Коварный Даниэль!

Мартин почти не изменился: волосы немного отросли, а в остальном такой же статный и безупречный. Эмилия не могла оторвать от него взгляд. Сначала муж обрадовался и даже подался вперед, но потом глаза его потемнели, а губы превратились в тонкую ниточку. У Эмилии внутри все оборвалось и скрутилось в тугой узел. Все же зол больше, чем рад. Ничего. Она только выполнит обещанное и уйдет из его жизни, теперь уже навсегда.

— Вы кто? — отмер мужчина за столом.

— Позвольте представить, леди Эмилия Стивенс, моя жена, — произнес Мартин, легко поднимаясь на ноги. — Присаживайся, дорогая. А это следователь, офицер Кроу.

Эмилию как будто прошибло током, когда пальцы Мартина коснулись ее кожи. Она вздрогнула, но послушно села. Ожидаемо закружилась голова, застучало в висках, и знакомые спазмы сжали горло. Голос Мартина звенел от плохо скрываемого раздражения, и это причиняло ей невыносимую боль.

— И откуда же она взялась, если вы наотрез отказались предъявлять ее следствию? — скептически спросил Кроу.

— Полагаю, его светлость герцог Аберкорн постарался. Так, дорогая?

Мартин называл ее «дорогая», но при этом сверлил злым взглядом. И ей снова захотелось плакать.

— Да, — выдавила Эмилия. — Я пришла сказать, что жива. Вы не имеете права судить моего мужа за убийство.

— Если это так, до суда дело не дошло бы, — заметил Кроу и полез в ящик стола, — ментальное сканирование доказало бы невиновность лорда Стивенса. Но раз уж вы здесь, потрудитесь поставить свою подпись.

Он положил перед Эмилией чистый лист бумаги. Она не сразу смогла расписаться: руки дрожали, листок расплывался. Ее снова обманули! Даниэль заставил ее вернуться, а никакой опасности для Мартина не было.

— Маленькая формальность — и дело закрыто, — довольно объявил следователь, забирая у Эмилии листок с подписью. — Маг сверит его с регистрационной записью, чтобы подтвердить вашу личность. Это дело нескольких минут.

— Мы подождем, — ответил Мартин.