МИФЫ. Корпорация МИФ - Роберт Линн Асприн

– О, извините. Там внизу таксист, и он говорит, что ждет вас. Я думал, вы захотите узнать…

Я почувствовал, что главное слово тут «ждет», но от понимания коридорного это, похоже, совершенно ускользало. И все же я теперь проснулся, и мои поиски нисколько не ускорятся, если я буду торчать в номере.

– Ладно. Скажите ему, что я спущусь через несколько минут.

– Разумеется. О… я вот еще о чем хотел спросить вас… Ничего, если этот парень, Ааз, узнает, что вы его ищете?

Над этим мне пришлось немного подумать. Конечно, Ааз отбыл, не поговорив со мной, но я не думал, что он станет прятаться, узнав о моем пребывании на Извре.

– С этим сложности возникнуть не должно. А что?

– Я думал поместить объявление в газете, но потом мне пришло в голову, что, возможно, он задолжал вам деньги или что-нибудь в таком духе, и поэтому решил сперва спросить у вас.

– Объявление в газете?

– Это ежедневный бюллетень, отпечатанный на бумаге, – снабдил меня информацией Кальвин, присоединяясь к нам, не закончив зевка. – Записки от одних граждан к другим… поздравления с днем рождения, послания жен к заблудшим мужьям и тому подобное. Многие люди постоянно читают их.

Это не походило на одно из увлечений Ааза, но всегда существовала возможность, что объявление прочтет кто-то из его знакомых и сообщит ему. В любом случае повредить это не могло.

– Да, верно. Объявление. Прошу меня извинить, я все еще толком не проснулся. Мысль, кажется, хорошая, – сказал я, шаря в поисках мелочи. – Сколько оно будет стоить?

К моему удивлению, коридорный сдерживающе поднял руку.

– Если не возражаете, господин Скив, стоимость его я оплачу сам.

– О?

– Разумеется. Но если дело выгорит, то сами понимаете, кто получит упомянутое вами вознаграждение.

С этими словами он сверкнул мне быстрой усмешкой и отбыл. Мне подумалось, что не мешало бы начать следить за своими расходами – для уверенности, что у меня хватит денег на выплату вознаграждения, если коридорный или один из его друзей сумеет отыскать Ааза.

– Каков же план на сегодня, Скив?

Кальвин последовал за мной в ванную и задал этот вопрос, когда я разглядывал в зеркале свое лицо. Мне теперь приходилось бриться, но нечасто, и я решил, что сегодня как раз пора. Забавно, когда я был моложе, мне не терпелось начать бриться, но теперь необходимость это делать стала казаться мне утомительной. И я понимал, почему некоторые мужчины предпочитали отпускать бороду.

– Нам не стоит сидеть здесь и ждать, не ответит ли Ааз на объявление коридорного, – сказал я. – Кроме того, сегодня оно все равно не даст никаких результатов. Считаю, нам следует немного поискать самим.

Как только я это сказал, то сразу понял всю банальность собственного изречения. Конечно, нам предстояло отправиться искать Ааза. Этим бы мы и занялись, не вмешайся коридорный со своей идеей насчет «объявления». Но Кальвин или ничего не заметил, или не стал заострять на этом внимания.

– По-моему, неплохо. С чего начнем?

Об этом я успел поразмыслить. И в итоге размышлений со смущением осознал, как мало мне известно о прошлом Ааза… или о прошлом любого из моих коллег, если уж на то пошло.

– Специализировался Ааз главным образом на магии и финансах. Давай немного пошуруем в этих кругах и посмотрим, не появится ли хоть какая-нибудь зацепка.

Но начало нашего поиска задержал один небольшой эпизод.

Мы только вышли из дверей отеля, и я, оглядываясь по сторонам в поисках Эдвика, заметил уличных торговцев. Они были там и вчера, в день нашего приезда, но я их по-настоящему не разглядел. Сегодня же они привлекли мое внимание хотя бы контрастом с ночными толкачами.

Ночные толкачи – народ крутой, хищный, готовый торговаться ради части ваших денег, если уж нет возможности просто тюкнуть вас по башке и забрать все. Дневные же лоточники представляли собой малообеспеченных мелочных торговцев и тихо стояли за самодельными прилавками из чемоданчиков или ковриков, улыбаясь или расхваливая свой товар любому прохожему, какому случалось задержаться и взглянуть на развал. Держались они, если уж определять их манеру, довольно скромно и постоянно зыркали по сторонам, словно боялись быть замеченными в своем занятии.

– Интересно, чего это они остерегаются? – спросил я, обращаясь чуть ли не к самому себе. Я будто на мгновение забыл о присутствии Кальвина.

– Кто? Эти? Они, наверное, остерегаются полиции.

– Полиции? Почему?

– По обычной причине. То, чем они занимаются, – незаконно.

– Да?

У меня не было ни малейшего желания снова сталкиваться с полицией, но его слова просто озадачивали. Возможно, я что-то упускал, но почему-то не видел в деятельности уличных торговцев ничего непозволительного.

– Я все забываю, что ты с Базара-на-Деве, – рассмеялся джинн. – Видишь ли, Скив, в отличие от Базара почти везде для уличной торговли требуется патент. Судя по их виду, эти бедняги не могут себе его позволить. А если бы могли, то скорее открыли бы лавку, вместо того чтобы торговать на улице.

– Ты хочешь сказать, что у них нет выбора? Разве они не работают на какой-то большой концерн?

На Деве уличные торговцы обычно работали на более крупных бизнесменов, забирая утром товар и возвращая нераспроданный в конце смены. При этом они стремились выглядеть мелкой сошкой, чтобы привлечь туристов якобы низкой по сравнению с магазином или палаткой ценой «у этих бедных уличных лоточников». Мне не приходило в голову, что эти вот уличные торговцы могут оказаться мелкими частными предпринимателями.

– Совершенно верно, – ответил Кальвин. – Большинство этих людей вложили свои сбережения в… эй! Куда ты?

Я проигнорировал его, смело подходя к одному из торговцев, которого все-таки приметил накануне. Он там же и сидел – за ковриком, заваленным солнцезащитными очками и дешевыми браслетами. Мое внимание он привлек своей молодостью, он был моложе даже меня. Учитывая долгожительство извергов, это и в самом деле был очень юный возраст.

– Выбирайте, что вам по вкусу? – сверкнул он заостренными зубами, отчего мне бы сделалось не по себе, если бы я не привык к усмешкам Ааза.

– Позвольте задать вам несколько вопросов.

Улыбка исчезла.

– Вы кто? Репортер или что-то в этом роде?

– Нет. Просто любопытно.

Он нахмурился и быстро огляделся.

– Ладно, пока нет денежных клиентов. Время – деньги, знаете ли.

В ответ я бросил ему на коврик золотую монету.

– В таком случае считайте меня клиентом, покупающим у вас немного времени. Дайте мне знать, когда оно иссякнет.

Он сделал быстрый пасс рукой, и монета исчезла, тогда как улыбка опять вышла из укрытия.