Хрустальная колыбель - Сергей Станиславович Юрьев

На следующий день тела их свалили с повозки у стены первого попавшегося селища, и только после этого перепуганные землепашцы со старейшиной во главе вышли к нежданным гостям и сами начали выдёргивать из земли идолов, стоящих у ворот, словно стражи.

Эрл Бранборг всё же заставил себя уснуть, но сон не принёс покоя. Сквозь пелену клубящегося серого тумана ему виделась удаляющаяся спина Юма, а там, куда он шёл, зияла пустота, увенчанная Алой звездой, которая то вспыхивала, то блекла.

– Брат, мы поймали троих лазутчиков. – Служитель Донат склонился над спящим старшиной дружины Храма. – Ты сказал – будить, если что…

Эрл Бранборг с трудом разлепил тяжёлые веки. Короткий сон прервался, и видение рассеялось. Теперь до рассвета можно было уже не ложиться.

– Где поймали? – Старшина сел, не вылезая из своего спального мешка.

Неподалёку ухнул филин, и какая-то неопознанная птаха разразилась паническими криками.

– Да прямо на наш дозор вышли, – сообщил Донат. – Врут, что из дружины лорда Сима сбежали, потому что не хотят Нечистому служить. Страшно им, говорят…

– Веди, – приказал Служитель Эрл и резким движением поднялся с дощатого настила.

Сначала кто-то из младших Служителей внёс в шатёр два горящих светильника, а потом ввели первого из пленников, и Донат ударом ладони по плечу повалил его на колени.

– Говори, – позволил старшина, доставая из ларца хрустальный шар, с помощью которого можно было вытянуть правду из кого угодно, не прибегая к пыткам.

– Когда старуха сдохла, он совсем рассудка лишился, – сдавленным шёпотом сообщил пленник. – Только вчера шестерых, считай, ни за что повесили. А всё потому, что старухи нет, и снадобий мало осталось, которыми она его опаивала…

Эрл, подумав, положил шар на место.

– Так, а теперь всё сначала, только по порядку: что за старуха, кто рассудка лишился, какие снадобья? – Он сразу же почувствовал, что пленник не лжёт, и теперь надо было помочь ему хотя бы немного успокоиться. – Брат Донат, развяжи его.

Пока Донат возился с тугим узлом, Эрл зажёг еще пару светильников.

– Имя?

– Чьё?

– Твоё.

– Арсан, дюжинник Его Милости лорда Сима Тарла.

– Кто те двое, что с тобой?

– Из моей дюжины…

– А теперь говори.

Пленник немного успокоился, но рассказ всё равно получился сбивчивым и сумбурным, но теперь уже можно было понять, что к чему…

С полгода назад, ещё зимой, пограничный разъезд обнаружил старуху, которая шла по снежному насту, в то время как дозорные, попытавшись её догнать, оказались по пояс в снегу. На окрики она не обращала никакого внимания, поэтому пришлось выпустить ей вслед несколько стрел, но все они были сбиты с верного пути внезапными порывами ветра. Тогда разъезд решил обогнуть поле по натоптанной дороге, чтобы перехватить старуху на другой стороне, но на того, кто шёл впереди, вдруг набросилась странная чёрная птаха с глазами навыкате и с человеческими руками вместо лап. А когда птичка, расцарапав воину лицо и пробив клювом в трёх местах бронзовый шлем, улетела, старуха тоже исчезла, как будто её и не было никогда.

А ночью кто-то постучался в ворота сторожевой башни, и стражник, выглянув в смотровую щель, на какое-то время утратил дар речи – за воротами стояла всё та же старуха, а на её плече, насмешливо щёлкая клювом, сидела та самая птичка. Память об оборотнях была ещё жива, и, прежде чем впустить ночную гостью, начальник заставы приказал достать из сундука пару посеребрёных мечей, чтобы в случае чего… Но как только калитка отворилась и старуха вошла, вся осторожность сама собой куда-то исчезла. Старушка выглядела вполне мирно, а что птичка у неё такая странная, так с кем не бывает…

– Я тут пошижу… – скромно сказала она, исподлобья оглядывая караульщиков. – Лорда вашего подожду.

О том, что сам лорд собирается посетить пограничную крепостицу, не знал никто, в том числе и командовавший здесь сотник, но старухе почему-то сразу поверили, как будто и не было недавнего происшествия… А лорд и вправду появился на другой день. И не успел почётный караул трижды прокричать приветствие, как странная ведунья, возникнув будто из-под земли, оказалась рядом с лордом, взяла его за руку и, глядя ему в глаза, сказала:

– Дай погадаю, шоколик, вшю правду рашшкажу…

И лорд с того времени так и не надумал возвратиться в свой замок, как будто безымянная пограничная башня стала его родовой усадьбой. Вечерами он запирался с ведуньей в трапезной, где они подолгу о чем-то говорили, и лорд обычно выходил оттуда уже глубокой ночью сам не свой. А однажды стражники видели, как он среди ночи в полнолуние выплясывает босиком на снегу что-то несусветное, как будто корча его одолела. Хотели уже послать за знатным ведуном в соседний Холм-Дол, но лорд внезапно очнулся, быстро подскочил к тем двоим воинам, которые попались ему на глаза, каким-то стремительным нечеловеческим движением свернул им шеи и зашёлся хохотом. А потом, вроде бы снова оказавшись в здравом уме, приказал приготовить погребальные костры, и чтобы со всеми почестями…

Потихоньку сюда же начали подтягиваться эллоры из замка, несколько наёмных дружин прибыли за жалованьем и, получив всё до последнего гроша, стали лагерем поблизости.

А весной доставили пленных варваров, пятерых резчиков и двух волхвов. Для резчиков построили бревенчатый сарай, где они начали делать идолов, а волхвов, когда первые деревянные изваяния вкопали неподалёку от ворот башни, сожгли живьём на глазах у всего воинства, и это почему-то называлось жертвоприношением. Когда их тела ещё корчились в пламени, лорд произнёс речь, которая на одних нагнала невиданный ужас, а других привела в неописуемый восторг:

– Мне открылась Истина! Скоро, очень скоро я обрету подобающее мне величие, и тех из вас, кто проявит должную покорность и рвение, ожидает слава, рядом с которой померкнет память о великих воителях прошлого. Мне открылись тайны Древних! И скоро источник их могущества станет доступен мне, а значит – всякому, кто честно отрабатывает свой фунт серебра…

Эрл Бранборг почти не слушал перебежчика – перед его мысленным взором вставали живые картины того, о чём тот говорил, а когда рассказ дошёл до загадочного бегства пленённого лорда и гибели старого ведуна, священный оберег, который уже не одну сотню лет принадлежал старшинам дружины Храма, вдруг начал нагреваться и мелко дрожать на груди. Это означало, что вот-вот должно произойти что-то страшное, что-то непоправимое, и надо торопиться, пока ещё не поздно…

– Что случилось вчера?! – прервал старшина сбивчивую речь Арсана. – Почему вы бежали именно вчера? Говори!

– Вчера утром, мой господин, старая ведунья сдохла! Кто-то её так покромсал, что смотреть страшно. А рядом с ней нашли молоденькую, тоже, по всему видно, ведунью. Их Милость тут же изволили озвереть и лично снесли головы всем, кто стоял в карауле, а потом приказали собрать всю дружину и готовиться нынче же перейти границу. Только парни из дюжины Сроба под шумок стащили пару бочонков с напитком Яриса и куда-то скрылись…