Демоны вне расписания - Сергей Осипов

Вся операция по извлечению «беспамятника» длилась минуты две, и Настя пришла в себя примерно посередине этого процесса. Максим к этому времени сделал три небольших надреза и теперь шептал с плохо скрываемым азартом:

– Вот он, милашка… Кеша, подай мне такую длинную спицу с крючком. Ага, она самая. Сейчас мы его подцепим…

Эти его слова Настя слышала, но еще не осознала, где она и что с ней и имеют ли какое-то отношение к ней слова насчет «подцепить». Сначала она думала, что нет, не имеют. Но потом она почувствовала в своей шее что-то холодное, неприятное и, что самое главное, – движущееся.

– М-м-м?! – спросила Настя подушку, уткнувшись в которую она лежала.

– Подцепил, – услышала она радостный шепот. – Сейчас…

И тут она поняла, что все эти странные разговоры шепотом имеют к ней самое прямое отношение, потому что вслед за предупреждающим «сейчас» у нее из шеи что-то выдернули, причем ощущение было такое, как будто выдернули кусок позвоночника и тело Насти в этом месте оказалось разорванным на две независимые половины. Однако затем в обе эти половины хлынула одинаково горячая боль, и Настя поняла, что первое впечатление было ошибочным. Что не помешало ей завопить что было сил.

– Я же говорил, что она жива, – сказал Максим и бросил красного извивающегося паразита в подставленное блюдце. – Люди только прикидываются слабыми созданиями… Что?

Иннокентий, державший в руке блюдце со слабо шевелящимся червяком, выглядел озадаченным.

– Что? – повторил Максим.

Иннокентий слегка шевельнул рукой, червяк подлетел вверх и снова упал на блюдце. С тем же металлическим звуком, что и в первый раз.

– Дайте его сюда, – жестко сказал Филипп Петрович. – Займитесь девушкой, а эту тварь дайте мне.

– Он что, ненастоящий? – Максим, похоже, не мог поверить услышанному. – Он – сделанный? Как это могли… Кто?!

– Как кто. – Иннокентий развернул Максима в сторону открывшей глаза Насти. – Люди, конечно же, люди. В этом им нет равных…

Настя видела, как шевелятся его губы, но вместо слов слышала невнятный гул. Боль из шеи ушла на удивление быстро. Максим обработал рану каким-то холодным раствором, а потом сдвинул края разрез пальцами и сильно сжал, отчего те словно склеились.

– Сейчас все пройдет, – говорил он. – Эту тварь мы вытащили, теперь жидкость, которую он выделял, постепенно нейтрализуется… Тебе надо просто полежать, просто полежать…

Настя лежала и прислушивалась к новым ощущениям внутри себя. Пульсирующей точки, которая могла быть то леденяще-холодной, то нестерпимо горячей, теперь не было. Была обычная физическая боль, как после удаленного зуба, была слабость, но постепенно стало происходить и еще кое-что, ранее неведомое Насте…

– Я не ослышался? – говорил между тем Максим, складывая инструменты. – Вы упомянули Дениса Андерсона? Вы сказали, что она была девушкой Дениса Андерсона?

– Я ничего не говорил, – мрачно произнес Филипп Петрович, вытаскивая пинцетом червяка из раствора спирта. – А ты ничего не слышал.

– Нет, ну как же… Это же всем интересно, потому что ходят всякие слухи… Слухи про новый Вызов, к примеру, а Денис Андерсон…

– Для болтливых вампиров у меня есть серебряные пули. Да, а еще лицензия на использование серебряных пуль.

– Это так невежливо, – сказал Максим. – Иннокентий, ты привел с собой очень невежливого человека. Неужели вам не будет стыдно стрелять в меня после того, что я для вас сделал?

– Стыдно будет, но я все равно выстрелю. Поэтому заткнись. Да, и забудь все, что ты здесь сегодня слышал.