Перевозчик - Алекс Орлов

«И это за полштуки казенных денег…» – вспомнил он и вздохнул, подходя к двери. Роджер уже собрался вдавить кнопку дверного звонка, но заметил, что дверь чуть отошла и сквозь тонкую щель пробивается свет.

Что ж, старый нелегал Ковальский заранее отпер ее, чтобы агент легко проскользнул внутрь и не рисовался перед дверными глазками соседей. Очень даже умно.

Роджер вошел, неслышно притворив дверь, но легкий сквозняк вздернул шторы в большой комнате прямо напротив двери.

Справа, видимо, ванная, оттуда пахло шампунем. Налево, рассуждая логически, туалет. Справа, чуть дальше, дверь на кухню, а прямо – основное обиталище Ковальского. Студия.

Роджер сделал, шаг, потом еще. Прислушался. Где-то спустили воду, и она зашумела по канализационной трубе. Роджер сделал еще пару шагов, чтобы выглянуть в большую светлую комнату, но каким-то затылочным зрением заметил движение.

Он бросился вперед и справа от письменного стола, под самой стеной, увидел оброненный пистолет «уллис» со снятым предохранителем.

Швырнув пиджак через плечо, Роджер метнулся к пистолету, и, обгоняя его, две пули прошили занавески и ушли через стекло. Роджеру показалось, что он очень медленно летит и время совсем остановилось, а тот, сзади, уже наводил пистолет, чтобы пригвоздить его к полу. Или шкафу?

Вот и земля, обрезиненная рукоятка привычно легла в руку, Роджер крутанулся вьюном и, вскинув руку, упредил выскочившего стрелка пятью выстрелами. Потом вскочил, выбежал в коридор и стал стрелять через двери – кухонную, туалетную, ванную. Везде его пули находили цель, и по их звуку Роджер определял – готово или бронежилет. Затем выбивал дверь ногой и завершал дело. Выбивал следующую дверь, прятался за косяк, пропуская мимо встречный выстрел, а затем доканчивал дело.

Он не допускал ошибок, он не полагался на авось. Он делал все как надо, потому что его хорошо учили.

Проверив всю квартиру, Роджер сказал себе «чисто» и еще раз вернулся в комнату, где за письменным столом лежал Ковальский. Видимо, он действительно открыл дверь заранее, ожидая, что войдет Роджер, и зачем-то отлучился в комнату, но вместо агента появились чужие, и Ковальский успел выхватить «уллис», однако не успел выстрелить.

Роджер взглянул на счетчик – осталось два патрона из тридцати. Он приподнял окровавленную рубашку связного и увидел пояс с кобурой и запасной обоймой. Сменил ее и вышел в коридор, где лежал самый первый из стрелков – в бронежилете, который не помог, ведь Роджер стрелял по контрграницам. Этот метод мешал последующему опознанию, зато можно было просмотреть документы чистыми. И это было удостоверение «си-четырнадцать», а еще попались ключи от машины.

Роджер зашел на кухню, где среди осколков стекла из выбитой двери нашелся еще один обладатель удостоверения «си-четырнадцать».

Итого, четверо агентов государственной службы пытались убить агента другой государственной службы. Ну и где были их мозги? Или они чего-то не понимали? Они прекрасно все понимали и просто выполняли приказ.

За окнами послышался визг полицейских сирен – не менее пяти машин. Еще раз осмотревшись, Роджер выбрался на лестничную площадку, а внизу уже молотили по ступеням полицейские подковы.

Нужно было срочно убираться – арест равнялся провалу задания.

Роджер глянул в дальний угол возле двери квартиры шестьдесят один и увидел чердачный лаз и осыпавшуюся на кафель пыль. Именно отсюда спустились стрелки, убившие Ковальского.

Времени на раздумье не было – лифт с полицейскими уже поднимался. Роджер разбежался, запрыгнул на лестницу и через полминуты оказался на чердаке, аккуратно опуская крышку люка. А полицейские, меж тем, ворвались в квартиру, и Роджер даже услышал их первую фразу:

– Екарный бабай! Да тут просто рубилово какое-то!..