Черная тропа - Александр Конторович

— Операция, Всеволод Николаевич, подошла к финальной стадии. Группа наших бойцов сейчас находится…

— Так! С самого начала давай. У меня голова — не Дом Советов, всего сразу не упомню.

— Слушаюсь! Как вы знаете, весь замысел у нас базировался на том, что у немцев, на этом самом объекте, имеется какой-то пленник. Чрезвычайно осведомленный человек, вероятно причастный к некоторым событиям, которые…

— Это помню! Дальше!

— Как удалось установить, во главе всего этого мероприятия стоит профессор Иоахим фон Хойдлер, видный сотрудник Аненербе. Кстати, как совсем недавно выяснилось, он имеет также и звание штандартенфюрера СС!

— Гиммлер?

— Принимает в этом самое активное участие, — кивнул полковник. — Постоянно держит на контроле ход мероприятия.

— Стало быть, придает ему серьезное значение.

— Совершенно верно. Далее мы установили, что немцы приступили к поиску людей, имевших отношение к случаям, входящим в особый список…

— Понятно! — кивнул нарком. — Дальше.

— Им удалось организовать похищение одного из наших сотрудников — старшего лейтенанта Демина.

— Как это произошло? Кто дал наводку на его место службы?

— Непосредственно этим вопросом мы не занимались — не наша компетенция. Материалы переданы в контрразведку, там уже удалось кое-что раскопать.

— Так! — Меркулов что-то записал на бумаге. — Проверю…

— Нам удалось определить список приоритетных целей — людей, которых постараются захватить немцы. Вот он, — на стол легла бумага.

— Угу… Барсова? Помню эту фамилию…

— Вы не так давно подписывали представление на неё…

— Да! И что же?

— Допустить её захвата, учитывая возможные меры, которые немцы могут к ней применить, мы не имели права. Да и по другим соображениям — тоже.

— Это понятно. Благов мне докладывал о своих мыслях в этом отношении.

— Поэтому мы аккуратно подставили противнику другую, гораздо более соблазнительную, с их точки зрения, фигуру. А учитывая то, что непосредственно у нас в тылу работал абвер — так и просто незаменимую. Для этого пришлось, на глазах их агента, разыграть целую постановку — инсценировать нападение бандитов на магазин, в котором тот работал. Для этого в банду был внедрен наш человек, который и указал им цель. В момент нападения в магазин «случайно» зашли наши люди, в том числе и Барсова, вместе с майором Гальченко.

— Так!

— Наш человек «опознал» в майоре бывшего уголовника. Назвал его кличку — «Франт». Причем сделано было всё артистично — мы специально обыгрывали этот момент. Оперативнику даже доску в штанину запрятали, и когда, в процессе задержания, ему ударили по ней — явственно был слышен хруст! Полное впечатление, что нога была сломана по-настоящему. Вот он, якобы от боли, и выкрикнул… Майор выстрелил — наш человек прикинулся убитым. Специально для этого у него в обойме как раз холостой патрон вставлен был. Опять же, со стороны все естественно происходило — нельзя такого языкастого и информированного урку в живых оставлять.

— Кто ж это у вас там такой режиссер нашелся?

— Капитан Мольнар. Он тоже принимал в этом участие.

— Молодец! Мастерство не пропьешь! — хозяин кабинета улыбнулся.

— Вот и агент немецкий поверил. А уж когда абвер узнал кличку майора… Да и мы подсуетились — заранее подкинули кое-куда информацию, мало ли, что там немцы знают? А так — всё очень даже логично вышло. Они с а м и пришли к выводу, что давно разыскиваемый ими «Харон» и Гальченко — один и тот же человек. И вот тут уже Канарис уперся! Вместо того чтобы похищать никому не известного человека — Барсову, он предпочел гораздо более лакомый кусочек. Мы не знаем достоверно, какой именно он отдал приказ, но со своей стороны подстраховались, обставив всё так, что у немцев просто не осталось никакого выбора. Или они «берут» майора — или никого. В подобной ситуации у них имелась только одна возможность — и они её реализовали. С нашей помощью, разумеется. Надо сказать, Всеволод Николаевич, что Гальченко всё исполнил с блеском — даже осечку пистолета имитировал!

— А как, кстати говоря?

— А у него второй патрон «вареный» был… Не сработал. Вот немцы его и «повязали». Правда, далось им это недаром — из всей группы только два человека и уцелело. Да и агент немецкий, который в магазине работал — с ними тоже убежал. Двоих мы даже в плен взяли, они, между прочим, тоже много чего интересного рассказали. В том числе — и про обстоятельства захвата Демина, они ведь и там тоже участвовали. Вот контрразведка за них-то и ухватилась.

— Рисковал майор сильно… немцы ведь и ответный огонь могли открыть.

— Как сказать… им мертвое-то тело — без надобности. Живой человек нужен!

— Живой — не обязательно целый.

— Это так. Но Гальченко меня уверил в том, что они стрелять не станут. Опыт у него есть, вот и поверили мы. И не ошиблись!

— Но риск-то каков был! — покачал головой Меркулов. — Ведь могли его там и пристрелить ненароком!

— Но в результате этого у немцев не возникло ни малейшего подозрения в том, что это был хитрый ход с нашей стороны! Да и то сказать — сдать «Харона»! Кто из них в это поверит? С нашей стороны — глупость непростительная!

— Так-то оно так… А ну, как не выдержит он там? Представляете себе, что тогда может произойти? В абвере далеко не дураки сидят, умеют языки развязывать!

— Так Гальченко и не должен изображать из себя стойкого противника гитлеровской Германии! Авантюрист, причём, удачливый и азартный — в это они поверить могут. Тем более что никаких сведений, противоречащих этой картине, у них не имеется.

— Точно? Вы готовы в этом поручиться? — нарком пристально посмотрел на полковника.

— Готов!

— Ну… ладно, что там у вас дальше?

— Несколько дней мы ничего не знали о том, как всё сложилось. То, что немцы увезли майора, подтвердили наши наблюдатели — они видели, как его грузили в кузов автомашины. А вот дальше… — развел руками Чернов. — Оставалось ждать. И вот спустя две недели он вышел на связь!

— Каким образом? Лично?

— У нас были оговорены разные варианты. Гальченко прибыл в ресторан, где у него была назначена встреча со связным. Это радист, агент второго отдела генштаба Польши.

— Поляк?

— Так точно.

— Он работает на нас?

— Нет. У него связь с Лондоном, он считает, что до сих пор с ним поддерживает связь агент польской разведки. На самом деле, тот уже давно погиб, а этот канал использует разведка для дезинформирования англичан. Ведь те, официально находясь в состоянии войны с немцами и в союзе с СССР, продолжают поддерживать антисоветское подполье в самой Польше.

— То есть, на нас он никаких выходов не имеет?